Подземная Башня Гл. 05

Его шатало по сторонам. Рукав кителя обтёр мокрую гадость с доломитовой стены. Я коснулся её кончиками пальцев. Склизклая, но без запаха. Может, принюхались? Силуэт Андреса качался в лучах фонарика.

— Здесь голубые могут быть! Иди осторожно. – В голосе я ухватил лёгкий азарт.

Словом таким, педерастов называть стали не так давно. В социальный обиход вошло оно не без ухмылок и пошлого юмора. Представители этой породы активно искали друг друга, шли на знакомство в городе, находили взглядами друзей прямо в трамваях и автобусах. Где-то, говорят имелись специальные места досуга. Из общественных туалетов бедокуров мы гоняли, когда маршрут назначен по пути. Гоняли за хулиганство и порчу общественного имущества. Как же иначе назовёшь высверливания дырок в фанерных стенках между кабинами? Дырень такая, чтобы аккурат туда причиндал свой всунуть, и дать доступ к нему человеку на обратной стороне… Дело интимное, но вызывает брезгливость. К тому же, детям видеть порчу, и глядеть к соседу, совсем уж нехорошо. В охоте за «озорной» братией, Андрес имел наработанный и вероятно, никем иным в Таллине, не превзойденный опыт. Протоколы составлял на месте, или звал дежурную машину.

— Место им хорошее, тихое, — приговаривал он.

— И сдались тебе… — кинул я реплику. Думал я об ином: путанные проходы, тёмные байки, скрытые башни… С каждым шагом следовать вперёд, хотелось всё меньше. Ещё провалишься к чёрту…

— А что же ты хотел? – с вопросом этим, Андрес резко развернулся в мою сторону, и приник спиной к шершавой стене. Скользнул по моему лицу светом. Я успел разглядеть улыбку на его лице. – По комсомольским директивам, да и знаешь, life is life, шала-на-на-на…- протянул он на мотив популярной песенки группы «Опус», и вновь улыбнулся.

— Да ты… — я не успел докончить фразу. Где-то сбоку, чуть впереди по коридору, вдруг раздался звук убегающих шагов. Чёткий стук каблуков и подлый, гадский, коварный, но тихий смех. Мужской, женский, детский, не разберёшь… Пробило в озноб. Кто это? Этот кто-то стоял тут некоторое время, при нашем приближении. Хладнокровно соблюдал тишину и молчание, и вот теперь, в полной тьме, резко и уверенно бежит прочь. Поджидал нас, не дождался совсем чуть-чуть, и будто заманивая дальше, увлекает вперёд…

Я в момент, почти отрезвел. Попытался ухватить Андреса за лацкан, но получилось в темноте за ускользающий палец.

— Edasi[4]! – то ли крикнул, то ли громко шепнул он, и мазнув лучом перед собой, ринулся на убегающий звук. Тут же исчез.

— Стой! Куда ты!? — Крикнул я, оставшись в полной темноте. В кармане должна быть мягкая пачка сигарет «Экстра», и спички. Была еще одноразовая красная зажигалка с какой-то рекламной надписью на финском языке, но та работала не всегда. Выбросить жалко, красивая. Надеялся отнести в Дом Быта, где заряжали по новой даже такие. Так, вот они спички! Чиркнул. Головка зашипела и отскочила. Мгновенная вспышка утонула во тьме. Защипало от пота свежую царапину на шее.

— Андрес! Аускюла, бес! – позвал я пьяного дурака. Потерь тут ещё не хватало… Вторая спичка озарила мрак. Поднял повыше. Прямо передо мной, стоял Аускюла, только почему-то без фуражки.

— Ты как тут… Куда дёрнул? – выдохнул я.

Он ответил жестом, только я не успел его разглядеть, потому как потух огонёк.

— Чёрт, фонариком подсвети…

— Я кажется его потерял, — ответил он ровным голосом.

Что-то тут было ни так… Я достал третью спичку. Повёл по сере, осветил.

— Выбираться надо. Пошли на выход.

— Давай, — согласился он, и положил мне руку на плечо. – Идём.

Я повернулся назад. Назад ли? В такой тьме не разберешь. Интуиция молчала.

— Нам туда? – спросил я за спину. Андрес смолчал, но плечо не отпустил. От руки его, даже через погон тянуло холодом. За стены, видать ощупью настудил…

Шаг, второй. Гаснет третья спичка.

— У тебя коробок, есть хоть? – и опять тишина. От плеча пробрал холодок. И в этот момент, откуда-то сбоку, — непонятно, откуда там ход, — выбил прямо в лицо луч.

— Осторожно, Вова! – резкий крик. Я дёрнулся вперёд. Рука слетела с плеча. В этот момент бахнул выстрел. По черепу, немного выше уха, полоснула жгучая боль. Присел. Рукой жму на клапан кобуры.

— Вова, ко мне! – Орут от луча и приближаются вперёд.

Андрес! Он появился скорее, чем я вытащил свой пистолет.

— Жив?

— Ты, сука! – Я мотнул кулаком на встречу, но попал в пустоту. – Ах, сука!

— Стой! Ты, чего?

— Нет, ты чего? Ты мне в голову попал!

Луч, пробежал по глазам. Я прикрывал ладонью череп. Рука мокрая, липкая.

— Это, в тварь я… — Он ухватил меня за пиджак и резко дёрнул за собой. Бежим!

Луч плясал впереди нас, и я только надеялся, что этот козёл понимает куда нам нужно лучше, чем стреляет… Поворот. Следующий. За спиной знакомый цокот каблуков, и тот-же смех. На какой-то момент, Аускюла, выпустил мой китель, и я наскочил плечом на угол. За ним, виднелся тусклый свет комнаты художников! Пронёсся мимо, растопырив руки по сторонам. Успел им крикнуть:

— Блокируй двери! – И через мгновение достиг выхода. Вывалился наружу. Батя перегибает Аускюлу, Щербань в боксёрской стойке, приготовился к отпору атаки. У Петьки рука по-простому, с табельным пистолетом: проход на прицеле. Все тут. Андрес блюёт себе под ноги. Фонарь лежит чуть в стороне.

— Чего там? – Голос у Петро на нервах. – Нашли кого?

[1] Название эстонской минеральной воды.

[2] Остукаарт, — покупательская карточка. Была введена в Эстонии, для защиты внутреннего рынка. С ее помощью стало возможным купить некоторые товары только жителям республики.

[3] Харьяпеа – название подземной реки в Таллине, спрятанной под землю в первой половине двадцатого века.

[4] Вперёд! (эст.)

Конец ознакомительного фрагмента.