Ох, уж эти женщины... ч. 1

Сергей впервые задумался о великой силе равнодушия в тот момент, когда Ольга назвала его как-то по особенному «милым»...

— Серёжа, ты такой милый, — сказала она полузагадочно и погладила его по голове, как пушистую болонку...

Сергей тогда как раз подарил ей букет из тридцати трёх роз, отчаянно  прочитал с выражением наизусть отрывок из «Евгения Онегина» (тот самый, который про «Я вас люблю!») и принёс её любимые эклеры из кондитерской. Ольга взяла эклеры, простенько улыбнулась уголками губ и молча ушла на свою йогу. Розы почти сразу же засохли на кухне. А Онегин его повис в воздухе неоценённым подвигом...

— Что я делаю не так? — спросил сам  себя  Сергей у зеркала.

Зеркало промолчало. Зато ответили тут же подруги Ольги,  Светлана и Катя, которые почему-то считали Сергея «своим в доску парнем» и не стеснялись в разных выражениях даже об Ольге...

— Ты слишком доступен, — сказала Светлана, жуя его же чипсы у него на диване, выслушав жалобы. — Ты,  как бесплатный вайфай,  все рады ему, но никто не боится чего-то  потерять ценного при этом способе связи...

— А надо, чтобы боялись? — уточнил Сергей.

Катя, которая в этот момент красила ногти каким-то ядовито-розовым лаком, подняла палец кверху:
— Слушай великого Пушкина!
—  «Чем меньше женщину мы любим, тем легче нравимся мы ей!».
— Это не просто стихи, Серёжа!
Это подробная инструкция по эксплуатации!

— Но я её правда люблю, — тихо сказал им  Сергей.

Светлана и Катя переглянулись между собой с выражением санитарок в палате для безнадёжных.

— Вот и отлично, — сказала Света. — Значит, сейчас ты будешь делать вид, что тебе на неё плевать! Полюс и  север...

— И с головой в прорубь, — добавила Катя.

Сергей хотел возразить, но в этот момент пришло сообщение от Ольги:

— «Серёжа, привет! Ты не мог бы завтра помочь мне со шкафом? А то я одна, а он очень тяжёлый, подсобрать его надо!»

Он уже начал набирать «Конечно, любимая! Буду через 15 минут!», как Катя резко выхватила у него  телефон.

— Нет, — сказала она твёрдо. — Пишем так:
— «Не могу! И вообще я подумал — мы слишком много общаемся с тобой, время сейчас для меня дорого. Давай сделаем паузу!».

— Какую паузу?! — ужаснулся Сергей.

— Таинственную, — подмигнула ему  Света.

На следующее утро Сергей чувствовал себя уже полным предателем...

Вместо «Доброе утро, солнышко!» он отправил Ольге «Ок». Просто «Ок». Без смайлика. Без всего. Без всякой  души... Как от него требовали две подруги...

Ольга перечитала это его  сообщение несколько раз. Потом позвонила Кате на громкую связь:

— Он что, заболел?

— А что случилось-то? — спросила Катя невинным голоском.

— Он никогда не писал мне «ок». Он всегда пишет «Олечка, какое чудное утро! Как тебе спалось? Приснилось ли тебе море и мы с тобой на закате?»

Катя даже подавилась чаем...

— Может, он стал просто нормальным парнем? — предположила она.

Через два часа Сергей выдержал ещё один тест: Ольга прислала ему фото кота в смешной шапке («Смотри, какой балбес!»).

Раньше он бы написал целую  простыню комплиментов коту, хозяйке, судьбе и создателю. Теперь же по совету Светы он ответил: «Нууу,  такой котярааа, просто норм...!».

Ольга закрыла телефон и задумчиво  уставилась в стену. Внутри неё зародилось какое-то странное чувство,  зудящее, беспокойное, похожее на первые признаки аллергии на такое мужское безразличие.

Вечером того же дня Светлана устроила ему как бы  «случайную» встречу в кофейне. Сергей сидел с независимым видом человека, который только что закрыл сделку на миллион и тут же забыл об этом. Он листал книгу с максимально скучающим лицом.

Ольга вошла с широкой улыбкой:

— Привет. А ты чего такой серьёзный?

— Читаю, — ответил Сергей, даже не подняв головы. — О природе отчуждения!

(Он понятия не имел, о чём эта  книга. Света ему так прямо и  подсказала: «Если не знаешь, что ответить ей,  говори про отчуждение. Это звучит умно и чуток больно!».)

Ольга села напротив. И тут случилось неожиданное: она взяла его за руку! Сама! Первая!

Не для того, чтобы погладить. А так,  с проверкой что ли... Спросить, наверное,  мысленно его: «Ты сейчас  где витаешь?»

Сергей внутренне даже заорал. А внешне,  аккуратно убрал руку свою  и сказал:

— Извини, я сейчас немного занят. Давай созвонимся как-то на неделе?

Ольга медленно поморгала... Это было движение глаз человека, который только что обнаружил, что вселенная перестала вращаться вокруг него совсем!

— На... неделе? — переспросила она.

— Да. В середине где-то. Или в конце. Я тебе тогда  напишу!

Он встал, кивнул и ушёл, оставив на столике нетронутый кофе...

Ольга громко выдохнула. Покрутила головой...
Потом спешно  набрала Свету.

— Ты не поверишь, — сказала она ей тихо. — Сергей стал... почти очень  серьёзным мужчиной! И каким-то недоступным! Ё-моё!

— Ох,  уж эти мужчины, — вздохнула Света притворно. — Вечно они заняты!

Через три дня такого режима Сергей был похож на зомби на энергетиках.
Он почти написал Ольге «Я ТЕБЯЛЮБЛЮЛЮБЛЮ...!» двадцать семь раз. И каждый раз Катя отбирала телефон из его рук в последний момент...

— Терпи, солдат!, — говорила она. — Сейчас она уже начала немного  сомневаться. Ещё немного, и она начнёт хотеть тебя!

— Хотеть чего? — простонал  Сергей.

— Тебя, дурачок!

В пятницу вечером Света и Катя организовали, якобы опять, «случайную» вечеринку у Ольги дома. Сергей пришёл последним, без цветов, без вина, в простой чёрной футболке, которая, как выяснилось, очень хорошо сидела на его плечах (тут Света дала ему профессиональный совет: «Забудь про свитера с оленями. Чёрное, просторное, как бы  какой  сексуальный беспорядок»).

Ольга встретила его в коротком шёлковом халате поверх топа. Она явно готовилась,  с лёгким макияжем, но тоже с видом «ой, я это  просто так!».

— Проходи, — сказала она чуть напряжённо. — Ты сегодня... какой-то молчаливый!

— Я всегда молчаливый, — соврал Сергей так нагло, что даже  Катя поперхнулась вином в углу.

Они сели на диван. Рядом. Очень близко. Его новая стратегия сразу затрещала по швам, когда она случайно коснулась его колена своим бедром.

— Серёжа, а ты помнишь, как мы гуляли в парке? — спросила она вкрадчиво.

— Не очень, — ответил он чуть  дрогнувшим голосом.

— А как ты мне  говорил, что я самая красивая?

— Это было немного тогда преувеличением! Не обижайся!

Ольга даже замерла... Потом вдруг рассмеялась, нервно, странно и несчастно, и как-то даже  опасно...

— Ты изменился очень, — сказала она.

— Все меняются, — философски заметил Сергей, молясь всем богам, чтобы она не заметила его учащённый пульс на вене лба.

И в этот момент Ольга сделала то, чего он совсем не ожидал. Она медленно, почти с вызовом, сняла с ноги  туфлю и провела голой  ступнёй по его голени,  под столом, чуть касаясь, и едва дыша при этом... Незаметно для всех...

— А я предпочитаю тех, кто меняется в лучшую сторону, — прошептала она ему тихо...

Сергей чуть даже побледнел. Потом покраснел. Потом побледнел снова. Катя за соседним столиком показала ему из-под скатерти два больших пальца колечком. Света сзади прошептала одними губами: «Не ломайся долго, идиот!».

Он тут же  взял себя в руки. Взял  и аккуратно положил её ногу со своего колена обратно на пол.

— Оля, у тебя, наверное, замёрзли ноги?, — сказал он ледяным тоном. — Сходи надень носки!

Тишинааа... Такая плотная, что  слышно  было, как зазвенел хрусталь...

Ольга посмотрела на него так, словно видела его сейчас впервые. И вдруг улыбнулась,  не дежурно, не как-то снисходительно, а уже  по-настоящему хищно...

— Знаешь, Серёжа, — сказала она ровным голосом, — а ты мне очень нравишься такой!

Сергей внутренне почти упал в обморок. Наружу выпустил только  короткое:
— Заметно? Не ожидал даже!

Когда Ольга ушла на кухню за пирогом, Катя подлетела к Сергею и шёпотом прострекотала:

— Она клюнула! Клюнула, как лосось на блесну! Ещё немного — и сама предложит тебе  встречаться!

— А что потом? — растерянно спросил Сергей. — Я не смогу вечно быть равнодушным. Я её на самом деле люблю до чёртиков!

— Ах ты, романтик зелёный, — вздохнула Света. — В том-то и фокус: ты сделаешь вид, что сдался первым. Но не сразу. Пусть помучается!

— Это жестоко!

— Это зато честно, — сказала Катя. — Она тебя раньше за простого и  милого мальчика держала! Теперь видит в тебе мужчину. А мужчины всегда в муках добываются!

Сергей посмотрел на Ольгу, которая резала в отдалении пирог и при этом бросала на него быстрые взгляды через плечо. Шёлковый халат чуть сполз с плеча. Она его не поправляла...

— Ладно уж, — сказал он. — До победного!

Вечеринка близилась уже  к полуночи. Светлана и Катя тактично исчезли под видом «ой, а нам пора  уже!» — хотя на самом деле сели в машину и поехали пить шампанское на лавочку к своему  подъезду, чтобы Сергей мог позвонить им в любой момент паники...

Сергей остался с Ольгой наедине. И понял, что план его  рушится, потому что в тишине, при единственной лампе и запахе её духов, его «холодное равнодушие» даёт трещину размером с разлом Сан-Андреас...

Ольга сидела напротив него на ковре, обхватив колени, и смотрела с улыбкой Мадонны, только с хитрым  прищуром.

— Серёжа!, — сказала она мягко. — Скажи честно. Ты меня  избегаешь?

— Нет, — ответил он ( и это было правда!).

— Ты... разлюбил меня что ли?

Сергей застыл от неожиданности этого вопроса... Это был тот самый момент, когда он должен был сказать по плану:

— «Да, разлюбил!
Всё как-то прошло... Катись колбаской!».

Так велела сделать их совместно с подружками Ольги разработанная  стратегия...

Но он посмотрел в её глаза,  чуть испуганные, чуть вызывающие, полные вдруг появившейся какой-то уязвимости...

И сказал правду:

— Нет. Не разлюбил. Но я устал быть... таким удобным для тебя!
Ты меня называла милым? Ты меня гладила по голове? А я хотел, чтобы ты меня... хотела, как мужчину... По-другому совсем...

Тишина реально сгустилась... Ольга медленно выпрямилась:

— И поэтому ты стал таким холодным?

— Поэтому, — кивнул Сергей. — Идиотский совет твоих подруг...

— Светка с Катькой? — уточнила Ольга. — Я так и знала! У них лица были слишком честные всё это время!

Она подвинулась ближе. Теперь её колено касалось его бедра. Она взяла его за подбородок,  легко, почти невесомо.

— Ты дурак! — сказала она.

— Я знаю...

— Но знаешь что?

— Что ещё?

— Твой план всё же сработал!

И она его поцеловала. Не «мило», не «по-дружески». А так, что у Сергея потемнело в глазах и где-то на кухне с грохотом упала поварёшка, видимо, от сочувствия... Или радости...

Ольга запустила пальцы за воротник рубашки, он притянул её за талию, и всё полетело к чёртям, все  эти стратегии, паузы, «отчуждения» и его книги... И заодно все советы её подружек...

— Ты так дрожишь, — выдохнула она ему в ухо.

— Я три дня не спал, — глухо сказал он. — Я тебя хочу уже с прошлого года!

Она усмехнулась, провела своим носом по его  щеке и прошептала:

— Тогда чего же ты ждёшь? «Милый» только Сергей мне тоже особенно не нужен! А вот этот... который сейчас меня на кровать почти  положил своими глазищами... этого я бы оставила себе!

Сергей подхватил её на руки,  Ольга охнула и одновременно рассмеялась  и понёс в спальню, попутно запнувшись об угол  того самого пресловутого шкафа, который она просила помочь прикрутить...

— Завтра, — сказал он хрипло, — я его точно приделаю. Честно!

— Завтра, ладно уж, — согласилась Ольга, стягивая с него футболку. — А сейчас не говори ни слова. Просто будь послушным!

— Но тогда я только скажу, что люблю тебя, — предупредил он.

— Вот и скажи, — улыбнулась она в темноте. — Мне надоело нравиться тем, кто меня не любит!

Эпилог...
Через неделю...

Светлана и Катя опять сидели на той же лавочке и пили  пиво...

— И что, сработало всё это? — спросила Катя.

— Ещё как, — вздохнула Света, показывая фото Сергея в его  сторис: он там нёс Ольгу на плече по пляжу, а она целовала его в макушку. — Парадокс великого поэта подтверждён экспериментально!

— Значит, чем меньше мы любим,  тем легче нравимся?

— Нет, — мудро сказала Светлана. — Значит, всё гораздо проще! Женщины любят, когда мужчины перестают быть ковриками. Даже если эти коврики очень красиво стелются перед ними!

Катя кивнула и сделала глоток:

— Слушай, а может, нам тоже кого-нибудь разлюбить?

— Поздно, — грустно улыбнулась Света. — Мы себя любим слишком сильно!

Они помолчали...

А где-то в квартире Ольги Сергей наконец прикрутил тот чёртов шкаф. Ольга стояла рядом в его рубашке, покусывала губу и думала о том, какое это счастье,  когда тебя так любят!
Даже глупеньких. Даже со всей своей  дурацкой литературой...

— Я люблю тебя очень и очень, — сказал он, затягивая последний шуруп.

— А я тебя тоже, — ответила она. — И знаешь что?

— И что опять ещё?

— Ты мне очень нравишься! Даже когда не притворяешься!

Сергей отложил отвёртку, вытер руки и улыбнулся так, что у Ольги свело немного  сердце от счастья...

— Это взаимно!, — сказал он. — Вот теперь я всё окончательно понял!

Продолжение следует...