Семейные тайны, 3 глава

Зоя Иверцева искоса разглядывала мужчину, согласившегося подвезти её в больницу: возраст – немного за сорок, приятное лицо и умный взгляд глубоких глаз.
- Владимир Николаевич Майоров – капитан полиции, так теперь Вам спокойнее, - с усмешкой взглянул на пассажирку представитель органов правопорядка.
- Спокойнее, - эхом повторила Зоя. – Не знаю, сейчас время неспокойное…
- Это точно, на такой небольшой территории за такое короткое время несколько преступлений, причём различного характера.
- Да, поэтому мне, конечно, спокойнее, что наше имущество…даже и наши жизни находятся под охраной доблестных органов правопорядка, - без тени сарказма произнесла Зоя Иверцева.
- Ого! Как сказали: я так понимаю, что Вы всех знаете в посёлках?
- Более-менее, уже больше десяти лет живу здесь.
- Одна? – непроизвольно вырвалось у капитана.
- Нет, с сыном и дочерью, с мужем я давно развелась, - откровенничала Зоя, отчего-то Владимир Майоров внушил ей доверие.
- Я тоже в числе разведённых, - как-то отстранённо заметил Владимир Николаевич. – А в больницу по работе едете?
- Можно и так сказать: так-то сегодня у меня выходной, но теперь появилась ещё одна работа – сыск, к тому же там лежит моя младшая сестра, которая нуждается в заботе и контроле.
Зоя Иверцева решила открыть новому знакомому почти все свои карты, надеясь, что, объединив свои усилия, они узнают правду и помогут тем, кто больше всех в этом нуждается, а если, Бог даст, то помогут и друг другу. Она рассказала про странное поведение своей сестры, незнакомца из реанимации, Романа Коновалова; на что капитан со знанием дела кивнул, а закончила тем, что показала Владимиру конверт и бумажку с планом, найденные её детьми.
- Хотелось бы познакомиться с Вашими детьми, - вырвалось у Владимира Николаевича.
Зоя бросила на него недоумённый взгляд.
- Я имел в виду, что это будет очень полезно для следствия. Сейчас мы уже скоро подъедем к больнице, - внимательно следил за дорогой капитан. За пару минут он поведал Зое Александровне о краже Иверской иконы Божией Матери из коттеджа Титовых.
- Мне кажется, что между всем этим есть какая-то связь, - задумчиво проговорила доктор Иверцева.
- Всё так или иначе связано, - Владимир Майоров припарковал машину на больничной стоянке. – Я пойду допрашивать Коновалова. Давайте обменяемся телефонами, чтобы быть на связи.
- Хорошо. А я сначала к сестре, а потом разведаю обстановку.

В доме Титовых дознаватели заканчивали свою работу, а Ника Хоботова заканчивала медицинские манипуляции, Николай Павлович смиренно терпел, хотя и не был любителем лечиться, но действительность заставила.
- Всё, дядя Коля, можете вставать. Надеюсь, Вам станет лучше. Да, можно мне называть Вас дядя Коля, как в детстве? Или всё теперь по-другому?
Николай Титов внимательно посмотрел на молодую девушку: она была в белом халате, тёмные волосы были зачёсаны назад, весь её вид был серьёзный и сосредоточенный, вроде бы ничего в ней не осталось от беззаботной девчонки, но всё же она была близка и понятна ему.
- Ника, отношение нашей семьи к тебе прежнее, - улыбнулся Титов-старший.
- Я рада, но это касается только Вас…А Женя? – робко поинтересовалась девушка.
- А что Женя? Я-сам-то его редко вижу – мы с ним слишком много работаем. А ты как? Не устроилась куда-нибудь? Например, в больницу?
- Нет, я пока свободный художник, хожу по адресам, мне так проще увидеть свои ошибки, а в больнице всё на потоке, там никто не будет меня направлять и учить, - серьёзно заметила Ника.
Её последние слова слышал Евгений, который заглянул в комнату, его глаза расширились от удивления: эта девушка изменилась не только внешне, но и внутренне.
От Ники не укрылось это обстоятельство, она улыбнулась краешком губ.
- Папа, можно с тобой поговорить по важному делу? – Женя сделал акцент на последних словах.
- Я уезжаю на работу, оставляю тебя на попечение нашей очаровательной соседки, - отец не мог удержаться от иронии.
- Я сам сейчас должен ехать по делам, - сухо ответил сын, встретившись взглядом с Никой.
- Николай Павлович, тут такое дело…- на пороге возник Григорий Ильич. – Хотел с Вами обсудить.
- Мне некогда, - Титов-старший на ходу попрощался со всеми и вышел на улицу.
- Евгений, может, ты взглянешь…по нашему делу…- обратился к нему Григорий Ильич.
- Дело о краже иконы? – посмотрела на них Ника.
- Откуда ты знаешь? – повернулись жильцы коттеджа к ней.
- А это не тайна, по крайней мере, у нас в посёлке. Тайна тут в другом: зачем украли икону, - загадочно заявила медик-следователь.
- В общем, там отпечаток ноги на подоконнике с уличной стороны, - заявил Григорий Ильич.
Евгений Титов был рассержен: то ли от болтливости Григория Ильича, то ли от бесцеремонного вмешательства соседской девчонки. Он быстрым шагом двинулся к месту преступления.
- Между прочим, я окончила юридические курсы, так что кое-что в этом деле соображаю, - продолжала удивлять Ника.
- Эти дознаватели осматривали всё внутри, а снаружи…
- Похоже, это наша задача, - вздохнул Женя, он уже смирился с присутствием Ники.
- А ночью шёл небольшой снежок, так что следы на улице искать бесполезно, - вставила она свои пять копеек.
Евгений вздохнул: видимо, придётся звонить капитану Майорову. Они втроём двинулись в кабинет, открыв окно, Титов-младший увидел неясный след на подоконнике. Он написал сообщение отцу с просьбой выслать номер капитана, получив его, набрал его номер, но тот не взял трубку, так как был занят допросом Романа Коновалова.

Тот чувствовал себя на удивление сносно, видимо молодой организм вступил в активную стадию выздоровления. Его мать Ирина Павловна собиралась во второй половине дня навестить его, пополнить запас продуктов, хотя питание и так было нормальным. А пока Рома отвечал на вопросы Владимира Николаевича Майорова, сначала шли стандартные, касающиеся его личных данных, а потом…
- Расскажите, как Вы попали в фирму, которая вам сделала заказ на очистку снега, - посмотрел на пациента капитан.
- Хотите узнать, как я докатился до жизни такой, - усмехнулся Ромка. – Долго говорить не буду, но вкратце: мне срочно нужны были деньги, а там обещали заплатить сразу. В общем, это была фирма…название не помню, но адрес могу сказать.
Он продиктовал, Майоров сделал пометки в своём блокноте:
- Фирма-однодневка, скорее всего, но мы проверим. Как вы оформляли свою работу?
- Да никак, просто мне выдали задания, я успел побывать на одном, там было всё нормально, это было в деревне, а вот в «Серебряном ручье» …Там сразу всё пошло не так…
- Ещё расскажите про напарника, который с Вами работал, – посмотрел на Романа Владимир Майоров.
- Тут всё очень странно: изначально я должен был работать один, потом с работником этой фирмы, но в последний момент появился этот левый мужик…Якобы ему тоже очень нужны были деньги, мы виделись с ним на фирме накануне вечером, а на следующее утро мы пошли чистить снег на крышу, с которой я упал, - излагал потерпевший.
- Телефон его дадите?
- Пожалуйста, - Роман показал в своём телефоне номер бывшего напарника.
- Вот, хоть какая-то зацепка, - удовлетворённо заметил капитан.
- Кстати, я его, похоже, видел сегодня, - и Рома рассказал Владимиру о странном ночном визитёре.
- Очень интересно. Я расспрошу охранника об инциденте подробнее. А теперь вспомните тот день, когда вы получили травму.
Роман Коновалов наморщил лоб:
- Я приехал в посёлок к 9 утра, набрал его номер, он появился минут через 5-7…
- Откуда появился? – поинтересовался дотошный капитан.
- В смысле? – удивлённо воззрился на него Ромка.
- Из ворот или откуда-то из дома, расположенного в «Серебряном ручье». Дело в том, что его видели в этом посёлке дети.
- Какие дети?
- Сын и дочь вашего лечащего врача – Зои Иверцевой, я с ней говорил по дороге в больницу, - чётко изложил последние события Владимир Николаевич.
- Моего лечащего врача…Как всё запутано…- пробормотал Роман.
- Да, и в то же время всё упирается в этого мужика, при этом он какой-то неуловимый. Хотя кое-что он после себя оставил, - с этими словами Майоров осторожно вытащил из файла жёлтый конверт и бумажку переданные ему Зоей.
- Что ж, в вашу коллекцию могу добавить вот это, - Рома протянул капитану схему, обнаруженную в конфете.
Владимир Николаевич аккуратно взял листочек бумаги, взглянул на него через свет, потом вытащил бумажку, полученную ранее:
- Это две части одного …плана что ли. Взгляните, может быть, это план дома, в котором вы чистили снег.
Рома напряг зрение и неопределённо кивнул головой:
- Вроде бы. Просто я внутри не был почти. Мы зашли в прихожую и сразу там лестница на чердак. Кстати, про ваш вопрос – откуда пришёл мой напарник. Я не знаю, он сзади подошёл. Потом мы пришли в дом, поднялись, я первый поднимался, он замешкался…сказал, что что-то забыл в сумке. Я начал чистить снег, а потом…как провал в памяти.
Владимир Николаевич внимательно его слушал:
- Значит, велика вероятность, что вас ударил именно он…Кстати, как его зовут.
- Я даже не знаю…- растерялся Рома. – Или не помню. А насчёт удара: я ведь сам всего второй раз полез на крышу, да, была страховка, но чувствовал себя не очень уверенно.
- Да, кто те люди, в дом которых вы пришли?
- Нам открыла женщина лет пятидесяти…Не знаю ничего о ней, руководство фирмы договаривалось с хозяевами, у меня был только адрес.
- Ясно. Надо наведаться в дом и искать этого мужика. Если бы вы были здоровы, то мы бы поехали в отделение для составления фоторобота, а так…
- Можно попробовать нарисовать…- неуверенно проговорил больной.
- Это было бы здорово! – обрадовался капитан, убирая в папку с прозрачными вкладышами вещественные доказательства.
- Возьму только блокнот и карандаш, - потянулся Рома к тумбочке.
- А я пока займусь остальными делами в больнице, - проговорил Владимир, с теплотой вспомнив о Зое.
Он уже пошёл к двери, когда Рома окликнул его:
- Подождите, капитан…
Тот в недоумении посмотрел на Романа.
- У меня такое ощущение, что было что-то ещё…Когда я был на крыше, там панорамные окна, и сквозь них видел что-то или кого-того, но вспомнить не могу…Как амнезия какая-то…
- Ничего удивительного – вам же давали большое количество лекарств, может, от них такое действие, да и, может быть, у вас есть и травма головы.
- Как будто флешбэк какой-то выпал…Понимаете, о чём я? – внимательно посмотрел Рома на капитана.
- В общем, да. Вы вот что сделаете: нарисуйте по возможности портрет вашего напарника.
Роман Коновалов послушно кивнул и принялся будить воспоминания в своём сознании.

Владимир Майоров вышел в коридор и столкнулся с каталкой, на которой лежал молодой мужчина без сознания. Каталку везла Анечка и молодой санитар, а рядом шёл главврач больницы – Анатолий Иванович Курцын, он взглянул на капитана поверх очков:
- Осторожнее, молодой человек, это очень важный пациент, к тому же он уже несколько дней находится в реанимации.
У Владимира Николаевича как будто что-то щёлкнуло в мозгу, он достал свои записи и спросил:
- Случайно не Шведов Алексей Валерьевич?
- Откуда вы знаете? – очки главного доктора едва не съехали с переносицы.
- Тайна следствия, - капитан показал своё удостоверение. – Можем с вами поговорить наедине, слишком много странных событий происходит вокруг больницы.
- Хорошо…- замешкался Анатолий Иванович. – Анечка, везите его дальше.
Процессия с каталкой повернула в следующий коридор, а капитан Майров и главврач вошли в его кабинет.
- У нас тут сейчас такая неразбериха. Скоро гости из Москвы и конференция по генетике. Именно на базе нашей больницы будут опробованы новые методы…- Анатолий Иванович резко замолчал и поинтересовался. – Что вы хотели узнать?
- Во-первых, насчёт этого пациента, кто его к вам привёз, во-вторых, посмотреть камеры (они же наверняка у вас есть) с прошлой ночи, когда ваш охранник общался с подозрительным человеком, - Владимир незаметно прихватил лежавший тут же буклет о генетике, сам не зная зачем, желая изучить его на досуге.
- Имя его вы знаете, поступил он пять дней назад, его привёз какой-то мужчина на машине. Он был без сознания, за это время в он приходил в себя пару раз на короткое время. Его диагнозы: повреждения внутренних органов и сильная сердечная недостаточность, проблемы с лёгкими, он почти не мог дышать сам.
- Интересно, а можно взглянуть на его медкарту? И документов при нём не было?
- Документов при нём не было, а медкарту я не могу вам показать, медицинская тайна, да и на словах я всё сказал, - твёрдо заявил главврач.
- Ну, хорошо, тогда я пойду поговорю с охранником, ведь видеозаписи с камер у него? Кстати, мне хотелось бы посмотреть записи того дня, когда этот пациент к вам поступил, - сказал капитан.
- Ну, что ж идите, - Анатолий Иванович подошёл к окну.
Владимир Майоров удивлённо пожал плечами и вышел из кабинета главврача.

Зоя Иверцева успела в реанимацию, как раз в то время, когда таинственного мужчину увозили оттуда, она удивлённо взглянула на медсестру Анечку, та покачала головой. Зоя Александровна огляделась: в палате реанимации больше никого не было, окно было приоткрыто, на столе лежал какой-то договор, она пролистнула пару страниц – что-то, связанное с генетикой, врач на всякий случай сфотографировала его. А потом её взгляд упал на ведро: сверху там лежала упаковка от каких-то лекарств, она подняла её и удивлённо вскрикнула: это лекарство применяется для полного расслабления пациентов. Надо же: а здесь-то была другая цель – вывести пациента из такого состояния. Зоя Иверцева вышла из реанимации и отправилась к сестре.
Люба сидела на кровати и грызла яблоко:
- О, привет! Ты даже в свой выходной здесь?
- Да, соскучилась по тебе, - сказала полуправду старшая сестра – незачем её впечатлительной сестрице знать, что она тут занимается сыском.
- Это хорошо, а-то мне тут скучно. Даже с моей соседкой по кровати не поговоришь, - Любовь кивнула на мирно спящую на соседней кровати женщину средних лет.
- Слушай, а расскажи, как ты …познакомилась с тем мужчиной из реанимации, которого ты называла спасителем, - осторожно начала Зоя, присаживаясь на кровать рядом с младшей сестрой.
- А…так я уже стараюсь его забыть, его же скоро увезут…
- Почему увезут?! – воскликнула сестра.
- Да, я слышала разговор врача и медсестры сегодня утром, когда они мне лекарство кололи, они думали, что я сразу вырубилась, но доза у них была меньше, вроде бы не хватило, - говорила Люба.
- А куда увезут?
- Куда-то далеко, из больницы подальше. А что ты так им интересуешься? – взглянула девушка на Зою.
- Его уже везли куда-то, я видела в коридоре, - глухо откликнулась сестра и спохватилась. – Всё же как ты с ним познакомилась?
- В ту ночь, когда его привезли, я хотела сбежать отсюда, но на выходе наткнулась на охранника, он хотел мной заняться, но какой-то мужик привёз на машине этого мужчину, охранник отвлёкся, а я спокойно выбежала, тогда я добежала до круглосуточного магазина неподалёку, на мелочь из карманов купила кое-что, а потом вернулась. И меня никто не засёк. Никто! Это было чудо! Спустя пару суток я видела его в окно на улице.
- Ты уверена? – с удивлением повернулась к ней Зоя. – Он же в реанимации…
- Не знаю, - Люба как будто погрузилась в свои мысли.
- Сегодня ты говоришь вполне осмысленно и без эмоций, - признала старшая сестра.
- Так я же говорю, что лекарств мне меньше стали давать, у них нету, - усмехнулась Любовь.
- Странно всё это…Хорошо, что Владимир Николаевич взялся за это дело.
- Кто такой Владимир Николаевич?
- Капитан из полиции, который ведёт дело о пропаже иконы из посёлка «Золотая нива» и расследует травму одного молодого человека, который лежит в нашей больнице, - Зоя Иверцева с тёплыми чувствами вспомнила Владимира Майорова.
- В нашей больнице? – встрепенулась младшая сестра, её неуёмная энергия требовала постоянной заботы о ком-нибудь. – Кстати, мне разрешили свободно передвигаться по коридорам, так что надо посмотреть.
Старшая сестра тоже усмехнулась:
- Ладно, я пойду. Поправляйся. Вижу, что ты уже на пути к этому.

В это время капитан Майоров «обрабатывал» местного охранника:
- Мне нужны видеозаписи тех дней, которые я вам назвал. По моим данным, в больнице происходят странные вещи, нужно кое-что проверить. Тут может быть преступник.
- Ладно, глядите, - устало сдался охранник.
Владимир Николаевич внимательно изучил запись предыдущей ночи, но под силуэт мужика в пуховике, которого видел Роман в окне, подходили многие мужчины, найти нужного представлялось затруднительным. Тогда он стал смотреть запись, сделанную за несколько ночей до этого, когда таинственный Алексей Шведов поступил в больницу.
- Что такое? Тут же ничего почти нет, - Владимир вглядывался ночную тьму – тёмная машина и опять тёмные силуэты. – А ещё есть что-нибудь?
- Нет, - охранник был не расположен оказывать помощь.
- Можете хотя бы увеличить запись, может быть, можно рассмотреть номер машины, - теплилась надежда у Владимира Николаевича.
Охранник выполнил просьбу, но номер был чем-то заляпан.
- Что такое?! Откуда зимой грязь? – сокрушался Владимир.
Он махнул рукой: одна надежда на Романа, что он смог нарисовать хоть какой-то портрет. В палате Романа Коновалова находилась Зоя Иверцева.
- Вы, доктор, совсем без выходных работаете? – удивлённо воззрился на неё Рома.
- У меня сестра тут лежит, да и дела тут странные творятся, - задумчиво проговорила Зоя.
- Интересно. Я люблю новые знакомства, - улыбнулся Рома.
- Она – тоже. Как вы себя чувствуете?
- Лучше. Вот, нарисовал портрет таинственного мужчины, который вроде бы везде был, но никто ничего про него не знает, - Роман продемонстрировал Зое Александровне свой рисунок.
Она вглядывалась в черты этого человека, но они были ей незнакомы.
- Неплохо…- раздалось за её спиной.
Зоя вздрогнула – это капитан Майоров незаметно подошёл сзади.
- Я имею в виду, что здесь хоть видны какие-то черты этого человека, а у меня ничего почти: охранник неохотно делится информацией, да и на записях почти ничего нельзя разглядеть, только силуэт, а таких типичных силуэтов очень много в каждом дворе.
- Значит, будете опираться на этот рисунок. Кстати, мои дети тоже его видели, а сын неплохо рисует, - проговорила Зоя Иверцева.
- Можно мне с ними встретиться? И по возможности составить фоторобот? - осторожно спросил капитан.
- Конечно, тут как-то всё связано, - посмотрела на него Зоя и показала капитану фото документов о генетике. – Вот, что ещё интересного я нашла.
- Вы удивитесь, но я тоже нашёл буклеты по генетике. Завтра воскресенье, у меня вроде как выходной, но я буду всё равно заниматься этим делом, надо работать в направлении пропажи иконы.
- Эта икона была украдена у Титовых? Они мои родственники, - подался вперёд Рома.
- Да, всё так, и от этого всё ещё более запутано, - почесал голову Владимир.
- У меня тоже выходной, но я думаю, что во второй половине дня нам удастся встретиться, приезжаете к нам в дом, заодно подышите загородным зимним воздухом, - с улыбкой предложила Зоя Иверцева.
Капитан Майоров удовлетворенно кивнул, а Роман Коновалов заметил свет, исходящий от этих двоих, теперь и у него не было сомнений, что и его жизнь скоро измениться к лучшему.

Тем временем в коттедже Титовых в «Золотой ниве» Григорий Ильич начал своё расследование исчезновения иконы Божией Матери «Иверская». Он сидел в гостиной и чертил схемы, писал какие-то заметки, когда за его спиной раздался голос Ники Хоботовой:
- Григорий Ильич, а ведь окно в кабинете было открыто не снаружи, а изнутри. Я внимательно пригляделась, а след…как будто сделан специально.
- Да? – повернулся к ней Григорий Ильич. – Очень интересно. Я тут кое о чём тоже размышляю…
- Мне тоже интересно это дело. А покажите мне ваш зимний сад, так хочется зелени среди зимы, - вдруг попросила Ника.
Григорий Ильич поднялся. Они двинулись по коридору. На подоконнике стоял горшок с пеларгонией. Ника схватила его и принялась нюхать:
- Какой красивый цветок. Это вроде…
- Пеларгония. Евгений подарит её своей избраннице, - сообщил Григорий Ильич и взял горшок в руки.
- Как интересно! – восхитилась Ника.