Блудница отрывок из романа Остров-призрак...

Блудница

- Ах, как мне надоели эти их многочисленные секты и бесконечные религиозные споры! Какое мне дело до их богов! – жаловался Понтий Пилат своим приближённым, наслаждаясь чудесным вином из Иудеи. – Что мне нравится – так это их вино…
- А женщины?.. – улыбнулся Александр.
- Что?.. – вопрос застал Пилата врасплох. А ведь он уже не раз задумывался о том, что было бы интересно воспользоваться интимными услугами иудейки. Тем более до возвращения Клавдии из Рима более недели ещё. Ему уже не раз говорили, как страстно умеют любить эти еврейки. А почему бы нет?! – Они же воняют эти их женщины, как и сами евреи – разве нет?
- Смотря на какую нарвёшься… – захохотал Александр. – Вы только прикажите, и лучшая иудейка предстанет перед вами.
- Так что же вы всё ещё тут сидите? Ищите!.. Идите!.. Чтобы к вечеру лучшая красавица вошла в мои покои!.. Я уже схожу с ума без женского тепла.
Красавицу не надо было искать, ухаживая за цветами во дворце прислуживала прекрасная Рахиль, муж которой погиб год назад. Выйдя на рыбалку в море и попав в плену непогоды, волны перевернули рыбацкую лодку и море бесчувственно поглотило их тела – мужа Рахиль и её брата. Вот Рахиль-то Александр и решил отправить к прокуратору, повелев служанкам искупать её в ванной с благовониями и привести в покои Понтия Пилата. Прокуратор принял её тепло и страстно; он был настолько удовлетворён её любовью, её умением ублажать и расслаблять мужчин, что Понтий Пилат решил оставит её в своих покоях до возвращения Клавдии. Он бы так и поступил, если б она не заказала себе на обед рыбу. Увы, Понтий Пилат не переносил запаха рыбы и жасмин, чем и разило от Рахиль после обеда, когда прокуратор захотел снова позвать её к себе. Он пришёл в ярость и приказал прогнать Рахиль, повелев больше никогда не пускать её к своему дворцу. И Рахиль с шумом, со скандалом, без какого-либо вознаграждения, была изгнана из дворца прокуратора на улицу, где её ждали позор и гнев религиозных иудеев. Слух побежал впереди неё и народ иудейский уже был готов закидать Рахиль камнями за блудство её. Теперь ей пришлось бежать и от своих. Только один человек мог помочь ей – это был Иисус, и Рахиль искала защиты у него. Увидев Иисуса, она припала к его ногам и поклонилась ему, прося у него защиты от преследователей, которых набралось уже несколько десяток людей. И тут Иуда выступил вперёд.
- Равви, женщина эта взята в прелюбодеянии. Моисей заповедал нам побивать таких камнями.
Иисус, наклонившись к земле, писал перстом на песке, не обращая внимания на их голоса. И, когда спросили, что скажет он на это, ответил, подняв голову: «Кто из вас без греха, первый брось в неё камень» – и продолжил писать. Но, кольцо толпы становилось всё плотней и плотней. – Люди, – прокричал Иисус, – братья и сёстры! Судить других легко, но, я хочу сказать вам, не судите и не судимы будете! Вглядитесь в себя, спросите своё сердце. Неужели вы никогда не лгали, не прелюбодействовали, не крали, не убивали, не зарились на имущество чужое? Кто свят из вас и чист душой и телом? – Толпа затихла. – Так пусть же тот, кто не видит за собой греха, первым и кинет в неё камень, – горящими глазами уставился на них Иисус. Женщина прижалась к его ногам, трепеща от страха.  – А вы, сёстры мои, – посмотрел Иисус на женщин. – Неужели все вы такие святые и нет за вами никакого греха? – Иисус поднял с земли камень и подошёл к Варавве. – Может, ты, Варавва? – Варавва отвернулся. – Или ты, Иуда?.. Андрей?.. Петр?..
И вдруг Иуда встрепенулся, и стал упорствовать больше всех, и подгонять Варавву. Он выхватил у Иисуса камень и вложил в руку Вараввы.
- Исполни закон наш, – обратился к нему Иуда. – Убей её, Варавва! Не ты ли обещал восстановить справедливость и освободить народ Иудейский? Убей! Брось камень первым!
- Да, – Варавва крепко сжал камень, – да! – Иуда числился с Вараввой в одном братстве, и не мог по той причине его ослушаться. Но какая-то неведомая сила удерживала его руку.
- А может, всё-таки, брат наш Иуда, ты первым бросишь камень? – Иисус смотрел на него в упор.
- Уж ты ли безгрешен, Иуда? – вскрикнул Андрей. – Не ты ли хвастался на днях любвеобилием своим, что девушки сходили с ума от рыжей бороды твоей? – это рассмешило всех.
- А ты, Варавва, – Иисус перевёл глаза на Варавву, – скольких людей убил ты за жизнь свою? Скольких казнили по твоей вине? А жизнь ведь святое и прерогатива тут только у Всевышнего.
- Что?.. – испугался бесстрашный Варавва, рука его задрожала и выронила камень. Он развернулся и стремительно покинул площадь. Все с облегчением сердца провожали его, что никто и не заметил, когда ушёл Иуда. Никто не смел поднять лицо своё и посмотреть Иисусу в глаза. Все склонили головы и, отвернувшись, начали друг за другом покидать площадь, что вскоре на ней остались лишь двое: Иисус и блудница.
- На всё воля Божья, – вздохнул Иисус, кладя свою руку на голову блудницы. – Иди, сестра моя, и впредь не греши.