Мак Маг. Предание, гл. 4

- Я видел ее на берегу моря, в самое хмурое время суток.
Невнятный голос берегов, кажется вещал о всем, и всей мощью на который был способен.
Я думал, что уйду от нее, непременно уйду. И каким образом это свершится - совершенно не важно.
Лера была мне не нужна - я точно знал об этом.
Я лежал на остывшем песке, задумывая все это, она - увлеченно листала свой телефон, в пяти шагах от меня. Ее силуэт разделял плоскость вод, в пяти шагах, впереди от меня.
Слева и справа, перспектива изламывалась на ее спокойной, отвлеченной, поглощенной просмотром немых роликов (их я не слышал).
Ее лицо озарялось красками искусственного интеллекта, а меня отпустило:
"Ничего до сих пор важного и тяжелого со мной не происходило. Все выдумка".
Дефицит внимания какого-то имущества (возможно, непроявленного - но теперь обнуленного) моего организма.
Нет, меня уже не тянуло к ней так требовательно, вожделенно - нет!
Я готов был подняться с отпечатка,  песчаной выемки крайнего преобразования меня в этой местности, - моего тела - уйти, уйти, уйти...
У меня созревали свои собственные планы, и они, к счастью, не вязались с персоной Валерии.
Нет!
Наконец, нет!
Ее волосы, густотой оттягивались назад, за спину, словно кто-то любуясь ими, держал их в распятых руках.
"Или это сейчас особой осанка ее была?"
"Не важно".
Я глубоко вдохнул, переворачивая в памяти многие, многие страницы странной связи ее со мной, меня с ней.
Я обнаруживал - сердце готово перенестись в иные миры многозначительного, многозначного, честного, богатейшего земного социума, дабы там применить свои силы, воодушевление, свое счастье истинное обнаружить.
Я готов был взяться за себя, волею, и думать только о себе, и не тратиться на пустые дни...
Но Лерочка...
Она была всегда богаче меня, - в десятки тысяч усилена "выемка"ее, ее - оставленная сейчас на песке, - ее скрещенными ногами, там, под легко касающимся ее загорелого тела тонким хлОпком дорогого парео.
И за ее спиной - Тот, кто любовался и держал в руках, распятых, рассыпчатую копну ее смолянистых волос.
Да, Макс, я видел это собственными глазами: там сиял еще один телефон своим экраном.
Там был еще кто-то.
Заимствовав зависимость ее, предопределив мою несвободность - рука Та, держащая телефон и просматривающая, подобным ей образом, немые ролики.
Это было невероятно, фантастически, безумно невозможно, но я видел это собственными глазами. 
Яростная форма Кали...
Смерть моего едва пробудившегося Эго и утопшего в ее чарах.
Преодоление страха? Не в ту сторону...
Ожерелье на ее шее из черепов, то - мои черепа!

***

- Знаете ли, и согласитесь ли вы, Мастер Макс (разрешите мне теперь, один раз, так к вам обратиться), я, как вы верно отметили, обращался к психоаналитикам, ну...
Валерий смолк, внимая мой неопределено-спокойный вид.
Вероятно, он ожидал от меня какой-то реактивной обратной связи, не подозревая - мне приходилось выслушивать еще не такие истории.
- И..., - продолжил, - он мне сказал, что будущее вообще психологии, психотерапии - в выяснениях отношений  левым и правым полушариями.
- Это верно, что ж, - отметил я (ММ), - в этом зерно, да. Данное отношение, а точнее, взаимодействие - давняя загадка - сказать стагнация, зависшего на фрейдеровском популизме всемогущественной сексуальной энергии. Последняя демагогия звучит до сих пор из уст даже именитых, признанных лиц. И этому кто-то должен положить конец.
Эмоции, чувства, личный опыт, эмпатия, математика априори не пересекаются вплотную. Межа - мозолистое тело - corpus callosum - развивается изначально у плода особым порядком.
Данная комиссура - это свод нервных волокон, энергетический мостик, мост сознания, интеграция рационального ума и духовного восприятия. Третий глаз - вы слышали об этом.
- Третий глаз - да.
- Не только через призму Эго происходит целостное восприятие, или только эмоций. Озарение, инсайт можно использовать в материальном мире - это из вашей истории.
- Что мне от этого-то? - Задался мой друг.
- Позвольте себе принимать.
- Как должное, как вынужденное? Я не хочу этого сумасшествия. Не желаю!
Почему бы мне не оставаться простым, нормальным человеком? Я к вам же обращаюсь.
Я, собственно, об этом вас прошу, то есть, помочь мне вернуться к себе самому, Макс!
Я пожал плечами, рефлексивно и необдуманно, тут же улавливая беспокойное движение зрачков моего клиента. Он был не то, что разочарован, а по-настоящему напуган.
- Позвольте себе, - повторил я, - принять  это.
Валерий молчал. Чашка кофе, испачканная по краям стояла перед ним, на краю стола.
Он поднял руку, чтобы прикоснуться ко лбу, отирая пот или щекотку от зависшего волоска, чтобы стряхнуть его.
Кружка его (он не задел ее никоим образом) повалилась на пол. Стукнув там, раскололась ровно пополам.
Лицо Валерия побагровело, он не мог оторвать от меня вид и глядел куда-то сквозь меня.
- Это как?! - Он нырнул под стол, поднял ее (расколотую кружку). Ручка оставалась целой на одной ее половине.
- Это как?!
 Добрая примета, - улыбнулся я.
Валерий заметил мое волнение.
- Это первый ход, "главный ход" е2-е4 - пешка перед королем, - продолжил я. - Вы не спешите, - развивал я идею, - если действительно не торопитесь - вы ступили преимуществом первого хода. Поверьте мне на слово: Валерия - это еще не все, что дОлжно с вами случиться. И это ваше диффузное понимание Любви
(не оригинальное, к сведению) не оставит вас в покое, увы.
 Вы, помнится, говорили о разделении вашего чувства - artificialis creatio (искусственное создание) и artificialis creatio (вновь прибывшее)?
- Вновь прибывшее? 
Я люблю свою жену, я люблю своих детей. Даша, Лизонька и Сашка - это моя жизнь.
- Именно об этом я и говорю...
Это было вашей жизнью, пока вы не обратились ко мне за помощью, где был ваш протест начала, шанса, потенциала.
Это о главном ходе, это о третьем глазе, это о возвращении Валерии и Айра, о котором вы так мало рассказываете, но в котором заключена природа нашей  с вами задачи.
- Х. Айр...
- Худи Айр, - раскрыл я. - Когда вы с ним последний раз пересекались?
Валерий улыбнулся. В улыбке состояла благожелательность. Он ответил:
- Последний раз... Когда я ставил ему воду: чистую воду в чистый стакан.

***

- Искусственная среда - далеко не всегда  иллюзия, а иной раз - наоборот.
Скорее всего вы познакомились с вариациями некоего выбора, - пояснял я (ММ), - в любом случае, вы уже мастер, так как вам предоставлено приглашение к неким силам (назовем это так), и подобная услуга стоит самых лучших качеств, которых достойны лучшие чувства. Но у вас они пока не дозрели.
Если бы вы, Валерий, могли окунуться в далекое прошлое, то, как вы были подростком, например, вы бы поняли... Вы любите печенье?
С этим моим вопросом брови Валерия подскочили.
- При чем тут печенье, простите?
- Сейчас вы знаете (как знают все), печенье - высокое содержание сахара, рафинированной муки, трансжиров. Это ожирение, скачки сахара, это болезнь сердца, наконец. Это вы сейчас знаете (как знают все), но в детстве вы просто наслаждались печеньем (так наслаждались все), и это несомненно приносило пользу тоже, но не от высокого содержания сахара, рафинированной муки, трансжиров и прочее. В детстве вы не задумывались ни про то, ни  про это. Это не нужно было - вы наслаждались. Да, это момент, да это временно. Но это, согласитесь, явление.
То же с искусственной средой: вы либо наслаждаетесь вкупе с неизвестным (малоизвестным), переменным (неустойчивым, таинственным), либо ухудшаете настроение собственное, убиваете органы и нервную систему заодно.
Экологические признаки здесь с обеих сторон.
Качество Х. Айра мне понятно. Мне непонятно откуда вы его подцепили?
Возможно, некоторые несвоевременные поступки ваши сыграли на то, чтобы вы получили эффектную ангельскую помощь?
Возможно, это злая шутка. Так или иначе - отступать нельзя. Отступать - заблуждение.
Вам либо страшно, либо вы  радуетесь на качелях, - искусственных пароксизмальных качелях. Однако выход всегда найдется. Вы знаете имя вашего "преследователя", вы можете прямо сейчас, проговаривая вслух, отказаться от него, лишь проявив силу воли.
Валерий молчал. В конце концов я видел: вся эта волокита, вся эта история развлекала его.
Я вспоминаю Арину Родмировну, которая...








To be continued