Тайна паромной переправы и Царского моста в Зиме

Над текстом фрагмент спутниковой карты, на котором историческая часть села Зиминского. Толчок развитию села дал Московский тракт – на карте он представлен современной улицей Калинина. Улица обрывается на довольно крутом береговом склоне, который, при сдаче тракта в эксплуатацию, был срыт до пологого спуска к воде, чтобы обеспечить беспрепятственный доступ гужевого транспорта к паромной переправе. Впоследствии, паромная переправа, от выхода на берег Московского тракта, была перенесена на окраину села, а спуск к реке был засыпан за ненадобностью и чтобы владельцы гужевого транспорта, по привычке, не выезжали на берег и не поднимали скандал, требуя подать паром на переправу. Голубая стрелка указывает на сторожку паромщика. Жёлтая - на место возведения Царского моста, используя фарватер первого зиминского парома. Полагаю, что при перемещении переправы, в домике кто-то проживал, и постоянные стуки в дверь заблудившихся возниц доставляли постояльцам большое беспокойство. В настоящее время, на этом воднотранспортном тупике, разворачивается маршрутный автобус - он виден на карте в «поворотном кругу».
Первоначально, осваивая Сибирь, казаки шли по рекам в челнах. Местные жители, тоже не гнушались использовать реки вместо дорог, хотя, зачастую их выручали лошади, олени и даже монгольские верблюды. Но, на присоединённых к России новых землях, нужно было налаживать связь, чтобы царь мог управлять разраставшимся государством. Кроме ямщицкой почты, другого способа управления государством, в то время никто ещё не придумал. А связь посредством ямщицкой почты предусматривала строительство почтовых трактов, ямщицких станцев и инфраструктуры, для их обслуживания. Известно, что дороги – это двигатель прогрессса. Рядом с ними и почтовыми станциями образовывались и быстро разрастались населённые пункты. А через века, население этих сёл и городов не понимало смысла названия улицы Московский тракт. Такая улица есть, до сих пор, и в Зиме. Но она обозначает только незначительную часть тракта, проходящего через весь наш город. И даже местные краеведы, большинство из которых имеют педагогической образование, потеряли место, где Московский тракт впервые вышел на паромную переправу через Оку. И даже те, кто знает, что Московский тракт это современная улица Калинина и своими глазами видели, что эта улица оканчивается в тридцати метрах от речного берега ничем от него не отгораживаясь, отрицают наличие в этом месте парома. Слишком берег крут! Как к воде подъезжал гужевой транспорт, чтобы грузиться на паром? А доказать, что первая паромная переправа была именно при съезде с улицы Калинина, где сейчас крутой берег, довольно легко. Впервые деревня Зиминская упомянута научным светилом по имени Миллер, в 1735 году. Этот разносторонне образованный немецкий учёный, за приличные деньги, был привлечён к подробному научному исследованию покорённой Сибири. Находясь в Нижнеудинском остроге, он написал в отчёте царскому двору, что в устье реки Зимы находится русская деревня, мужики которой платят ясак в царскую казну, вместе с местными ясашными народами. До Нижнеудинского острога было сотни вёрст, а до Братского ещё дальше. Как русские крестьяне с семьями, окружённые сибирскими племенами, осмелились поселиться в этой глуши? А они поселились на острове Муринском, который обтекают два русла реки Зимы, впадающие в Оку. Земли там плодородные и, до сих пор, на острове, местные жители, имеющие земельные участки в дачном посёлке, выращивают овощи. А реки Ока и Зима, защищали своими холодными водами, первых поселенцев и их потомков от хищных зверей и недобрых людей.  Но вот наступил 1743 год, который объявлен датой образования Зиминского почтового станца, как предшественника нашего города. А это значит, что в 1743 году, был сдан в эксплуатацию участок почтового тракта от Канска до Иркутска. Как он выглядел? Столбовая дорога, на которой, через каждые 25 – 40 километров был оборудован ямщицкий стан с постоялым двором, конюшней, ремонтной базой и прочей инфраструктурой почтово-гужевого транспорта. Там, где тракт выходил на берег реки, оборудовалась паромная переправа, так как перевозить на противоположный берег почтовые дилижансы другого способа не было. То есть – на берегу Оки, к которой выходил почтовый тракт, ещё не было ничего, кроме почтовой станции и парома. Там ещё не было ни деревни Зиминской, ни села Зиминского, ни, тем более, города Зима. А был участок тракта, упирающийся в реку и паром. И никакой улицы Калинина! А зря! Краеведы – люди конкретные. Они знают, что улица Калинина – это конечный участок Московского тракта. Они знают, что паром отплывал от Московского тракта.  Но ни в одном документе не написано, что с улицы Калинина был съезд на Зиминский паром. Значит, паром был в другом месте.  И не смотря на то, что другого места для паромного причала, чем от Московского тракта, исторически быть не может, я усилю эту версию дополнительными косвенными доказательствами. Взгляните на фрагмент спутниковой карты над текстом. На зиминском и островском берегу, напротив окончания улицы Калинина, хорошее место для причала лодок и паромов - выдающиеся  в реку низкие мысочки. А на зиминском побережье, в районе улицы Калинина - красный усечённый треугольник обозначает свободное пространство на взгорке. Полагаю, что его использовали как накопитель для гужевого колёсного транспорта, перед погрузкой на паром. Возможно, для этих целей, занимался гораздо больший участок побережья, отведённый сейчас под огороды.  Иначе, вереница повозок могла растянуться по тракту на сотни метров. С течением времени, вдоль тракта построили свои богатые дома купцы, там же были их магазины, постоялые дворы, мастерские ремесленников, парикмахерские, фотосалоны  и т.д., и это стало центральной улицей села Зиминского. Там проживала уже вполне себе почтеннейшая публика, которую раздражало столпотворение на переправе. Только в прибрежной зоне, откуда стартовала первая паромная переправа, остались домики попроще – сторожка паромщика, жилища обслуживающего персонала и ямщиков, да лачуги рыбаков. Этих первопроходцев, богатые сельчане выселить не решились, но переправу вынесли от центра села на окраину. И этот факт удалось установить краеведу Наталье Кибардиной из села Покровка. От Покровки почтовый тракт продолжался на противоположном, от зиминского, берегу. Оттуда путь лежал на уездный город Балаганск. Покровские старожилы рассказали сельской учительнице о паромной переправе с Абрумкиного взвоза на остров Конный. Попасть к переправе на северной окраине села, можно было от середины Центральной улицы, по переулку Пионерскому. Так же, народная молва донесла до краеведов легенду о Царском мосте, построенном специально для будущего царя Николая Второго. Что Кибардиной Наталье удалось подтвердить документально, связавшись с архивами. Содержимое документов проливает свет на строительство Царского моста и его дальнейшую судьбу. Оказалось, что после проезда цесаревича через Зиму, мост тут же разобрали, что вызвало гнев главного инженера Иркутской губернии Граумана. Тот негодовал в своём рапорте Иркутскому губернатору, по причине нежелания местных властей строить новый мост в Нижнеудинске, после того как унесло наводнением старый. Но ещё больше его возмутило самоуправство зиминской администрации, разобравшей мост через Оку, после проезда царевича Николая Александровича, 9 июля 1891 года, через село Зиминское. Ответ представителя Зиминской администрации писался в сильном волнении и его черновик сохранился в архиве до сих пор. Суть его запутанной речи в том что мост, в структуру Московского тракта не входил, а был простроен на личные деньги местных жителей только для того чтобы наследник престола проследовал по нему в село. А чтобы будущий император прошёл пешком по мосту через Оку, и через триумфальную арку вошёл в село, построили причал «Государь Император», сойдя по которому на берег острова, представитель монаршей семьи ступил на мост. Так же есть документальные сведения о покупке моста неизвестным частным лицом в личное пользование. Его разобрали, погрузили в вагоны и увезли в неизвестном направлении. То есть – документальные доказательства о том, что Царский мост в Зиме был построен, имеются. Но информации о том – где он был построен, его размеры и внешний вид не известны. Потомки очевидцев рассказали только, что был он деревянным и шибко красивым. Да, сойдя с моста через арку, царевич проследовал к храму Святой Троицы в сопровождении местного протоиерея. Имеющуюся информацию о проезде через Зиму монаршего наследника, дополнила руководитель детского клуба "Ровесник" Людмила Назарчук. С её слов, удалось найти зиминцев преклонного возраста, помнящих рассказы родителей о посещении царевичем острова, на котором, лично для него, большим ковром накрыли поляну возле новой, празднично украшенной бурятской юрты, и подали как угощение пиалу с кумысом и обилие мясных, и молочных блюд. И только после этого, он отправился к мосту. А ещё известно, что царская свита, переплывала на наш берег на пароме. Ну что сказать? Сам-то я и этого не знал. Но познав интересную информацию, решил её доработать и узнать о мосте недостающие подробности. Я понял, что местные знатоки истории были уверены в том, что для будущего императора построили мост, по которому он, подъехав по Балаганскому тракту к берегу Оки, прошествовал сразу на зиминский берег. Они не пытались анализировать особенности рельефа местности, а искали готовый ответ, как такое стало возможным. А особенности рельефа в том, что два русла Оки разделены одним большим островом, и от зиминского берега, до покровского, полтора километра. А в документах разговор идёт об одном мосте, а не о мосте через каждое русло. На строительство двух мостов у зиминцев не было ни времени, ни денег. Когда стало известно о прибытии царевича во Владивосток и о его намерении поехать в столицу через всю страну? В середине мая 1891 года, после его прибытия в Приморье из Японии. Наследника престола, там ранил самурай, и дней десять он находился под наблюдением врачей. Затем, торжественно объявил о начале строительства ТранСиба и поехал по стране через весь континент с востока на запад. У зиминских мостостроителей было в распоряжении 50 дней. За этот срок, настоящий капитальный мост через реку построить нельзя. А два – тем более. Опоры моста нужно надёжно закрепить в дне реки. На Оке дно – это спрессованный крупный гравий. А это значит, что мост был через одно русло. И раз уж царевич вошёл по мосту в Зиму, то шел он в наше село с острова. А это значит - покровское русло Оки он переплыл на пароме. Но зачем было входить в село по мосту, предварительно сойдя на остров с парома? Чтобы понять это, я изучил подробности следования цесаревича через города и веси. Всегда, ему устраивали церемониальные встречи от моря, реки, или Байкала, проходом через триумфальную арку на главную улицу населённого пункта. Центральной улицей села Зиминского стал отрезок  Московского тракта, своим тупиком упиравшийся в Оку. В этом месте, речное русло, довольно узкое - 110 метров. Что было удобно, как для натягивания троса на первой паромной переправе, так и для строительства моста. Паром, как мы уже знаем, сменил дислокацию. И место, для строительства моста было свободным. То есть – царственной особе, в Зиме, предоставили возможность, в результате сложившейся традиции, войти на Центральную улицу села таким экзотическим способом. Построить капитальный мост, они  просто не успевали, поэтому он был мостом декоративным, а не объектом транспортной логистики. Главная идея строительства моста заключалась в том, чтобы он выдержал идущего по нему единственного человека, а проезд по Царскому мосту гужевого и автотранспорта, никто даже не планировал. Поэтому его сразу же разобрали, чтобы не охранять и не допустить жертв. Но, даже если бы он был капитальным, какая от него была бы польза?  Транспортный поток имел бы возможность массово заезжать на остров и там ожидать очереди на паром. А живущие на Центральной улице господа хорошие, не имели бы возможности по своей улице ни пройти, ни проехать. Для того ли они перевели паромные стрелки на Абрумкин взвоз?
После торжественной церковной службы, столичные гости вернулись на улицу Центральную и были приглашены на обед в дом купца Елохина - владельца мельниц, магазинов и прочей солидной недвижимости. По случаю приезда дорого гостя, купец построил во дворе ажурную беседку, в которой и откушали "чем бог послал". После праздничного обеда, и отдыха "с дороги", царский эскорт направился в богатое село Кимильтей. Где отстояли вечерню в Свято-Никольском храме. Ужинали в двухэтажном кирпичном доме купца I гильдии Якова Метелева. Его владелец был очень богатый человек, имевший свои магазины в Иркутске, Томске и в Омске. Там и заночевали.
Хочется уточнить, почему главная паромная переправа оказалась на Абрумкином взвозе? Ведь, переправа государственной важности, не может быть перенесена в худшее место по прихоти местных толстосумов. Там находится "талия" острова Конный и русла Оки, по обе стороны "талии", сужаются до 80 метров. В результате - от зиминского до покровского берега расстояние сокращается до километра, что в полтора раза меньше, чем от тупика на прибрежном участке улицы Калинина, до улицы Трактовой в Покровке. Да ещё "талия" перепоясана протокой, как раз в районе переправы. Тогда, зачем, изначально было наводить переправу в не самом выгодном для этого месте? Ну, я уже ведь писал, что почтовый тракт вывели к Оке рядом с островом Муринским, на котором располагалась русская деревня. И я уже писал, что логистика почты не могла существовать без ямщицкой станции и паромной переправы, чтобы перевозить почтовые дилижансы вместе с ямщиками. Где взяли владеющих профессией ямщиков? Из Балаганского, Братского, Иглинского и Чечуйскго острогов, а также с Нижнеудинской и Орловской слободы. А опытных паромщиков где было взять? А они жили на Муринском острове! Откуда я это знаю? Местные жители прибрежной зоны Старой Зимы ещё помнят, что работал паром между Муринским островом и Зиминским берегом, в районе Троицкой церкви, в годы Великой Отечественной войны. Становится очевидным, что островские жители в совершенстве владели искусством паромной переправы, что было крайне важно для логистики Московского тракта. Но почему первую деревянную Троицкую церковь, как и вторую каменную, построили в районе переправы на Муринский остров, а не на Московском тракте? Церковь была сдана в эксплуатацию в 1777 году. А в 1760-м, в Зиминском почтовом станце проживало 39 семей ямщиков. Церковь предусматривает самоокупаемость, а так же получение прибыли от своей религиозной деятельности. Значит, численность населения Муринского острова, значительно превышала колектив ямщиков, прибывших обслуживать местное почтовое отделение связи. А ещё это значит, что островская паромная переправа была более оживлённой, чем паром от ямщицкого тракта. Но и ямщицкая паства располагалась от церкви на небольшом удалении и имела возможность удовлетворять свои религиозные потребности. Полагаю, что и зиминский берег, в районе церкви, был плотно заселён. Паром-то предполагает его обслуживание на двух берегах. А это значит, что царская почта жалась к деревне и с целью обеспечения безопасности. Почтовые услуги предусматривали и транспортировку государственной казны из центра в Иркутск, и перевозку собранных с окраин налогов в обратном направлении. То есть - в почтовой конторе был сейф с государственными деньгами. А почтовый станец в чистом поле был лёгкой добычей разбойников. А грабить в черте многолюдного населённого пункта рискованно. С расстояния 200 метров от выхода тракта на берег до крайней точки острова был визуальный контакт и ямщицкой конторы, и переправы. Можно было подать сигнал бедствия размахивая ярким предметом, или фонарём в тёмное время суток. Или просто поднять громкий крик. А до Абрумкина взвоза от крайней точки острова - более полукилометра. И его безопасное использование стало возможным после того как Московский тракт стал "обрастать" новыми улицами и этот участок береговой линии вписался в черту населённого пункта. А когда деревня Зиминская стала селом, то имела свою администрацию и полицию.