33. 5 курс. Свердловск. Практика

                1969 год
Студенческая стезя на этот раз забросила уже меня на практику в Свердловск (ныне Екатеринбург). Способ связи с Таней тот же, но с осложнением: она в свою очередь примерно в это же время убыла с агитбригадой в район Воркуты. Наперекосяк ничего не пошло, но были тут парочка изюминок. Неожиданных, хотя и их спрогнозировать было можно. А новый 1969 год - это год моей предполагавшейся свадьбы.

С начала года в новёхоньком карманном дневничке ни одной записи. Оно и понятно. Первые несколько дней я всё ещё в Оренбурге, но до 13-го я вернулся, поскольку я точно знаю, что 13 и 14 у нас с Таней были дни большой любви.

Есть в архиве листочек, датированный 05.01.69. Заголовок у него громкий «План проведения грандиозной свадебной церемонии 5-15 июля». Далее следует «Предварительный список приглашённых. С моей стороны из группы 15 человек, родных – 4, «с бела света» - 2. Со стороны Тани – на тот момент 9 человек. Есть и прогноз того, во что нам это мероприятие обойдётся – 500 руб. при проведении в ресторане и 350 – в кафе. Обозначены 3 поездки по маршрутам Москва – Оренбург (50), Оренбург – Сарканд (100) и Сарканд – Москва (120). Всего на поездки, они же, надо полагать, свадебное путешествие, должно уйти 270 руб. Итого 500+270= 770 руб.
Понятно, что здесь не учтены расходы на приобретение золотых колец, прочие околосвадебные мелочи. Такая вот свадебная арифметика. Но, надо сказать, что такая сумма мне была вполне по карману. Маму и Таню напрягать не пришлось бы.
 
** 18 января. Мне осталось учиться ровно год, а Таня заканчивает через полгода. Свою жизнь я не мыслю без неё, но если ей дадут распределение куда-то далеко, согласится ли она через полгода переехать туда, куда распределят меня. Ведь у меня весьма узкая специализация, хотя и у неё узкая. А пока в этот субботний день я пишу – «Весь день – радостный праздник. Танька у меня – доброе, родное, милое чудо». Да, это реакция на нежность, эйфорию постели. Таких случаев у нас с ней по пальцам посчитать, оттого я особенно «ценю», если допустимо так говорить о любовных отношениях, всё происходящее и обжигающее огнем счастья и ожиданием вечной радости. Но вот днем я получаю письмо от Светы Ф. Вспоминаю старое – некий раздор из-за письма из Дивногорска. Настрой счастья пропал. Вместе смотрим «Березку», но духовно врозь. Больно.
Но недаром говорят, что ночь лучшая сваха. **
** 19 января. Ночь любви и опять всё поёт. Увы, песня короткая. После концерта «Цыганские напевы» во Дворце спорта ты сказала, что я обращаю на нас внимание окружающих своим поведением, но ты не хотела меня расстраивать этим замечанием на концерте и промолчала. Как горько и обидно, что и в день нашего расставания у нас с тобой натянутые, холодноватые отношения. **
*** Тогда я сделал вывод, что ты стесняешься каких либо проявлений любви с моей стороны. Наша любовь должна быть сдержанной в проявлениях и выражениях. И такая точка зрения имеет право на жизнь. Нам почти по 22,5 года. Характеры сложились. Они ещё в состоянии перенастраиваться, но основа уже заложена. Я всегда ценил в человеке искренность и считал, что в тебе ЭТО есть. Вот чего в тебе не было, так это, как некоторые считают, полезного женского умения в нужный момент прикинуться дурой.

СВЕРДЛОВСК
** 20 января. Пн. Вчера ты меня проводила, да так тепло и ласково, что больно было уезжать. Я, конечно же, выдержу этот период разлуки, но плохо будет, если ты выкинешь что-нибудь такое как в Череповце. Едем. Поздний завтрак. Сон. Обед. Журналы. Карты. Шахматы. Ночные беседы. **
*** Череповец, надо полагать, в силу свежести событий лёг мне на душу неким неприятным осадком и теперь это своего рода контрольная точка. Но впереди снова письма. Можно говорить о Свердловском цикле из 18 писем. Назовём условно этот период временем перехода любви в стадию подготовки к свадьбе. В письмах, которые приходят мне туда, ты учишься расписываться Т.Лисовская. Такое не может не трогать, мы вместе мечтаем о свадьбе, говорим о фате, о сроках, о непростых свадебных хлопотах. Писем много и я не собираюсь приводить их здесь полностью, при желании я всегда могу заглянуть в архив, Сначала это был мой старый портфель, с которым я в 1975-90 г.г. ездил в командировку, потом письма переселились в коробку, сейчас они лежат в выдвижном ящике старой стенки.

                Письма Татьяны
Письмо №1. Оно написано на следующий день, после того как Таня проводила меня. Письмо такое нежно-спокойное, почти семейно-бытовое. В нем ты меня и мужем своим называешь, и о Машке – «Твоя любовь интересовалась, где дядя Володя, и очень сожалела, что не с кем ей играть». О предстоящем лете и фате к свадьбе. Всё это было.
*** Читать десятки лет назад такое было чрезвычайно волнительно, да и сейчас за душу берёт. Тогда в силу новизны и предвкушения событий поворотных для всей жизни, а сейчас даже не знаю почему. Ностальгия? Сожаления о том, что всё пошло не так, как мне хотелось?

** 21 января. Около 12 по местному были в Свердловске. Троллейбус №1 всего за 60 минут довёз нас до УЗХМ. Холодно -31. Устраиваемся. **

Письмо №2. Письмо написано 21 января. Таня пишет, что сейчас расставание особенно остро переживается, а «глаза на мокром месте» и чувство сиротливости присутствует. Письмо такое нежно-пронзительно-печальное. В нем – «ну как мы могли сердиться друг на друга, обижать друг друга, … давай больше не будем ссориться». Письмо о грусти, о тяжести расставания.

Письмо №3. Таня пишет 22 января о наличии в Свердловске углехимического НИИ как места возможной работы, о предстоящей поездке в Воркуту (агитбригада), о предложении из комитета комсомола поехать в международный лагерь, о рекомендации брата – никуда не ездить и делать диплом, а также о приглашении папы приезжать домой. 4 варианта. Кто угадает, что выбрала тогда моя ненаглядная. А ведь непросто было, терзалась сомнениями, взвешивала и прикидывала, а со мной посоветоваться не могла. И здесь же примерка новой росписи – Т.Лисовская.

** 23 января. На улице минус 42. Эта температура определяет всё. На УЗХМ не ходили – не оформлены пропуска. Сидим дома, читаем и пишем. **

Письмо №4. А Таня пишет в этот же день о том, что очень ждёт писем от «самого близкого, самого родного для меня человека», оно ещё более печальное, в нём слёзы, рёв сплошной. Воркута ответила – «Принять не можем», но билеты уже куплены. В много всего другого, но это может быть то. что мне показалось стоит отметить.

Письмо №5. День богатый на письма это 23 января. Таня пишет мне сегодня ещё одно письмо. Всё правильно. Приняла окончательное решение ехать в Воркуту после сбора агитбригады. Отъезд 25-го с Ярославского. Примечательна фраза – «Вовочка, родной мой, если бы ты был здесь, ни в какую Воркуту я бы ни за что не поехала». Вот он Поворотный момент. И здесь же вторая примерка новой росписи – Т.Лисовск.

** 24 января. Минус 40. Ничем не примечательный день. Разве что визит в кабинет технической информации очень интересен. **
** 25 января. Сб. С Колей отправились знакомиться с городом. Для минус 40 мои ботиночки очень даже проницаемы. В университете разыскивал «параметры» одноклассника по Оренбургу – В.Алябьева. **

Письмо №6. Таня пишет мне крошечное письмо, оно и понятно – отъезд уже через 3,5 часа, до выхода из комнаты  - минуты. Сетует, что от меня ничего нет, но и понимает – рано ещё. Всё правильно. Хвалю.

** 26 января. Нашёл Вовку Алябьева. Женился, живёт в съёмной однокомнатной квартире. Приняли хорошо – я у них первый настоящий гость. Очень сильно удивлялись тому, что я смог их найти, ведь они там ещё и месяца не живут, а адрес их практически никому не известен. Жена его Наташа бывала в Норильске и Дивногорске в 1967 году. Славная у Вовки подруга. Я пообещал приехать в следующее воскресенье. **

Письмо №7. 26 января Таня пишет письмо в поезде. Листочек из блокнота с перфорацией по левому краю. Слова любви присутствуют. Присутствует и Кучеров. Он все эти дни будет рядом. Он будет конкурировать со мной, с моим образом.

Письмо №8. 28 января. Листок из того же блокнота. Один день пропущен, оно и понятно – «дни так насыщены, успевай поворачиваться». Всё правильно. Одобряю. Реперные точки – Ухта, затем посёлок Вуктыл.  Футбол при –40. Таня – артист, швея, повар и мама маленьких детей. И нежная моя подруга, находящая для меня слова нежности и любви в суровых условиях Севера.

** 2 февраля. Вс. Снимали с Колей Охотником в городе, но туман многое испортил. Уронил «Ладу» на гранит. Жалко, если она перестанет работать. Вечером снова был у Алябьевых. Они добыли билеты в филармонию и мы слушали в исполнении Св. Нейгауза Баха, Шопена, Бетховена. Получил письмо с дороги. **

Письмо №9. 2 февраля. Последний листок из того же блокнота. Не один день пропущен, ситуация осознаваема, поскольку сразу идут слова  – «умоляю, заклинаю тебя, не обижайся, что так долго не писала … не было ни времени ни места, … веришь ли?». Понимаю, верю, поскольку очень люблю, но, тем не менее, в письме подчеркнул эти слова.
Едет из Вуктыла в Ухту. И снова просит не обижаться.

** 3 февраля. Здорово простудил спину. **
** 5 февраля. Ездил на почтамт за письмами и в ювелирный. Первое из Вуктыла, но пропущено два дня. Эх, Танька, лучше бы не обещала. Кольца только по справкам. **
** 6 февраля. Со спиной совсем фигово. Сегодня резко похолодало до -28, а ещё вчера было -3. **

Письмо №10. 7 февраля. Блокнотные листки в условиях Москвы превратились в нормальные солидные письма. У любимой куча дел: письма, телефон с домом, вещи, душ. Находит время и на письмо для меня в Свердловск. Конечно, мне не понравилась превентивная угроза – «если ты обидишься, то это приведёт к чему–то страшному, к большой ссоре». Почитала 13 моих писем. И вот в последних строках обещание писать каждый день.

** 8 февраля. Получил второе письмо из Вуктыла. Ты не писала 4 дня. Горько. **
** 9 февраля. Получил письмо от мамы и телеграмму на переговоры от Таньки. **

Письмо №11. 9 февраля. Письма от 8 февраля (ведь было обещание писать каждый день) в стопочке нет. Возможно есть объяснение. Да, есть. Заболела. Письмо большое, на 4 странички. О своих и чужих проблемах (Ружанская), о массе дел, но расплывчатых. О нежности, о том, что соскучилась. Всё по доброму. И о предстоящем разговоре по телефону.

** 10 февраля. Сегодня говорил с Танькой. И мне было грустно и она расстроилась. **
** 11 февраля. Пытался достать справку для приобретения свадебных колец, но безуспешно. Был в библиотеке, взял 4 книги. По-прежнему каждый день по письму пишу моей Танюшке. **

Письмо №12. 11 февраля. Обещание писать каждый день не выполнено из-за телефонного разговора. «Не знаю что больше писать… Настроение … нулевое какое-то, как-то пусто, ничего делать не хочется». Кроме до свидания и целую нет ничего.
Ласковые слова, видимо, кончились. Увы.

** 12 февраля. Получил первое после возвращения из агитпохода письмо. Боюсь, что фраза – «…если ты обидишься, то это приведёт к чему-то страшному, будет большая ссора» сулит мне много плохих минут, ведь я обиделся на тебя за то, что ты не писала писем. Читаю интереснейшую книгу Аркадина «Индикатор  таланта». Надо купить такую же для себя. **
*** Леонид Аркадин в весьма своеобразной форме помогает читателю разобраться в насущной педагогической и общественной проблеме - своевременном и точном определении призвания к будущей профессии, выявлении талантов и потенциальных возможностей.

Письмо №13. 12 февраля. 8-40. Ласковые слова обрушиваются на меня с первой и единственной страницы, редкое письмо – одни ласковые слова, а там и страничка кончилась. И приятно.

Письмо №14. 12 февраля. 11-50. Второе письмо за день. Не часто Таня отваживается на такой подвиг, но тут причина весомая – она получила сразу 4 моих письма.
О начале работы над дипломом. О том, как Мишка Френклах поругал её за то, что не писала мне. О посещении вахтанговского театра « Насмешливое моё счастье». О хворях текущего периода (течёт из носа). Слова любви и третья примерка новой росписи – Т.Лисовск. И неплохо получаться стало у Тани, красиво, но … увы.
*** Что же я такое писал. И вроде бы Тане всё это нравилось. Где я слова, темы находил. С другой стороны, если задуматься, человек я неравнодушный и активный, куда только меня не заносило, обо всём этом и писал, видимо. А ребята-то какие вокруг интересные, каждый - микрокосмос, о каждом хоть книгу пиши, хоть истории рыбацко –охотницкие, хоть студенческую бывальщину. В Свердловске же мой одноклассник обитал. Искал его – целая история. Возможно и это было описано в письме Тане. А за этим стоит целая история любви, недавняя свадьба – ведь всё это интересно и нам с Таней. Ведь мы же не знали в те зимние дни, что наша свадьба не состоится никогда. Напрасные то были хлопоты с тренировкой подписи, но читать это тогда мне было чрезвычайно приятно. Мне тогда и в голову прийти не могло, что всё изменится и довольно круто. Но когда? Я задавал и буду ещё, видимо, задавать этот вопрос, подходя к какой-то очередной поворотной точке, но каждый раз оказывается, что эта точка всё ещё не та…
А Миша Френклах – один из хороших знакомых Тани. Можно предполагать, что он хорошо относился ко мне, вернее к идее нашей с Таней свадьбы.

Письмо №15. 13 февраля. 23-30. Оно о проблемах со здоровьем и масляной кислотой. Оно о погоде и походе в ресторан. Ласковое и нежное письмо.

** 14 февраля. Сегодня вечером вшестером пошли на каток. Я не стоял на коньках лет 8. Пришлось попадать, ноги болят. **

Письмо №16. 14 февраля. 10-30. Проблемы с ласковостью в письме. 2 моих письма за 8 и 9 февраля - причина тому. Мои письма – как ушат воды. Самобичевание с жесточайшей иронией. Приводить дословно – больно читать (достойна презрения и т.п.). Несколько раз – «я не достойна тебя». Тем и кончается.

** 19 февраля. От Таньки 2 письма (17 и 18) – оба такие грустные – «зелёные», как будто это не два, а одно письмо. Тема «я не достойна тебя», «терзает сознание своей вины» звучит и здесь, а последние слова «целовать тебя, думаю, не имею права» в одном письме и «я очень люблю тебя» в другом. **
*** Казалось бы, что на таком фоне должно было состояться надежнейшее примирение, после которого нам друг от друга никуда не деться, мир на все времена просто обязан был наступить, она ведь мучается, терзается сознанием своей вины, но ведь и очень любит, уже репетирует подпись с новой фамилией. Такое может быть только искренне, я не верю, что это просто слова. Так кто же из нас двоих порушил намечавшийся союз двух сердец? Или вмешался кто-то третий? Ведь, кажется, обиды прошлых лет забыты, но что сломалось? Я, как и вы, мои читатели, знаю только конечный результат. Но как его удалось добиться, вопреки всем признакам примирения, согласия и любви? Читаем дальше?

** 21 февраля. Утром ещё в Свердловске, вечером в Москве. **

* - НОП – неотправленные письма. Они писались на небольших листочках – вкладках в записную книжку и делались для того, чтобы осмыслить сложившуюся ситуацию.
** - двумя звездочками отмечены начало и конец фрагмента из дневника этого периода, но здесь чаще лишь выражение основной составляющей событий конкретного дня. Так уж «прихотнулось», как говорит моя жена.
*** - современные комментарии.