День победы

Сначала это был просто праздничный день. Юбилей государственной машины.  Как и всякий праздник в стране, где престарелому диктатору уже не помогает виагра и поддержать обвисший флаг может лишь маленькая победоносная война, – он начался с парада.
По главной площади двигались  увешанные орденами гвардейцы, танки, пушки  и прочая расходная техника. Колонну приветствовали граждане с проверенными и утвержденными патриотическими лозунгами. На трибуне красного кирпича, устроенной поверх мавзолея отца-основателя, неподвижно стоял Великий Незаменимый Примус, диктатор всея страны. Над площадью с ревом проносились истребители, за их крыльями тянулась трехцветная полоса.
Из-за слепящего солнца никто не заметил как от одного из самолетов отделилась темная точка. Запасной топливный бак, видимо, был плохо закреплён. Он отвалился от фюзеляжа, набирая скорость, полетел вниз, и – бывают же чудеса не нарушающие никаких законов природы, – свалился прямиком на диктатора.
Кусок трибуны обрушился, превратившись в груду кирпичных обломков. Поверх неё лежал покореженный кусок металла. С одной стороны высовывались неподвижная нога в зеркально начищенном ботинке, а с другой – рука с неестественно растопыренными пальцами. На минуту площадь замерла. Техника встала, остановились колонны, люди вставали на цыпочки, пытаясь хоть что-нибудь разглядеть и понять. Наконец от ближайших к разбитой трибуне рядов по всей площади, сперва шепотом, потом все громче и громче, покатилось лавиной:

- Не может быть... Неужели? Подох?! ПОДОХ!!! ПОДОХ-ПОДОХ-ПОДОХ!!!!!!!! ВОИСТИНУ ПОДОХ!!!

Люди смеялись и обнимались с незнакомцами. Кто-то складывал в кучу плакаты, готовя костер. Кто-то плакал, еще не веря в чудо. Несли на руках каких-то летчиков, может, экипаж того самого самолета, а может и нет... Но ведь могли быть и того самого. Какой-то молоденький лейтенант, дергая за руку седого генерал-майора требовательно орал:

- Папка, ну, ну подох же, правда?..
- Глаза разуй, сын, сам не видишь? Конечно подох!!! – кричал в ответ генерал.

Молодая женщина с девочкой лет четырех на руках пробиралась поближе к руинам трибуны и, вместо того чтоб отвлечь ребенка или прикрыть дочке рукой глазки, показывала пальцем:

- Смотри доча, туда смотри, запоминай! Счастье-то какое!!! И целовала девочку в круглые щечки.
Длинноволосый высокий парень с аккордеоном и миниатюрная смуглая девчонка с флейтой наяривали «Танец маленьких лебедей» в удалой, кажется, только что придуманной версии.
 
Добрая весть из столицы катилась по городам и весям, высвечивалась срочной новостью на экранах смартфонов, транслировалась по телевизору и радио. Завтра, а может и сегодня к вечеру драка за власть… Но это к вечеру. Или даже завтра. А пока – ликование. Чудо. Подох. Подох! Подох!!!

***
Вцепившись в поручни кресла, ссутулившись, по-крысиному оскалясь, Великий Примус сверлил взглядом огромный, слишком большой, чтобы быть удобным, плазменный экран. Когда запись заканчивалась, он переводил ее в начало и снова, который раз, смотрел на останки двойника и всеобщее ликование. Давно пора было щелкнуть выключателем и объявить... А что, собственно, объявить? Что он много лет не выходит из бункера, специально построенного в каменных пустотах под слоем вечной мерзлоты? Что на парадах и встречах его всегда заменяет скрупулёзно подобранный и загримированный актер? Что он жив потому что прятался? Впрочем ладно, пусть пресс-служба ломает голову как подать его возвращение. Пора воскресать.

Примус нажал кнопку вызова адъютанта. Ничего не произошло. Нажал еще раз, потом еще – безрезультатно. Подождав еще он разблокировал дверь личных апартаментов и выглянул в шлюз, возле которого всегда дежурили несколько секретарей и охрана. Сейчас шлюз был пуст.
Незаменимый осторожно шагнул в коридор... Тоже пусто, – но где-то недалеко, за поворотом, слышалась речь. Суетливой рысцой диктатор устремился на звук. Слух не обманул. За поворотом тройка охранников выдирала и свинчивала детали бункер-мобиля, – маленькой, очень комфортной и шикарно отделанной машинки для поездок по подземным пустотам. Руководил процессом сам начальник охраны – «Бульдог Великого Примуса», надежный, преданный, проверенный вдоль и поперек.

- Охрана, ко мне!

Никто не повернул головы.

- Охрана!!! – голос диктатора сорвался на визг. На этот раз Бульдог повернулся.
- Ну что орешь? Ты уже никто и звать никак. По ящику сказали «трагический случай».
Вот и иди, соответствуй.
- Это же был двойник…
- А ящик сказал - ты. Люди по всей стране празднуют. Европа с Америкой поздравительных открыток с соболезнованиями наприсылали. Не порть людям вечер. Пшел! – охранник потянулся к кобуре.

Великий Примус побежал. Он не бегал лет тридцать, так что сперва получилось плохо - неуклюже и медленно. Сзади грохнуло. Бульдог стрелял в воздух, чтоб прогнать, а не убить, но и такой выстрел придал диктатору удивительное ускорение. Виляя как заяц он пробежал прямо по коридору, куда-то свернул, скатился по лестнице… Потом, прихрамывая, задыхаясь и кашляя, долго брел по совершенно незнакомым пустым закоулкам, стараясь уйти как можно дальше от любых звуков, напоминавших человеческие голоса. Это оказалось несложно. Чтобы уменьшить опасность заговора, в бункер, площадью полтора десятка квадратных километров, одновременно допускалось не более двадцати человек. Сейчас все эти люди то ли собрались в самых обжитых центральных помещениях, то ли вообще убрались на большую землю.    
 
Коридор за коридором, поворот за поворотом бывший Великий, а теперь просто примус ковылял в тишине, и только к вечеру наткнулся на робота-уборщика. Черный диск озабоченно гудел и мигал красной лампочкой. Переднюю щетку заклинило из-за застрявшего в ней черствого круассана. Диктатор коршуном бросился на этот сухарь. Робот, избавленный от помехи, сменил красную лампочку на зеленую, расправил освободившиеся конечности и пополз своей дорогой. Недавний хозяин большой страны, подумав, двинулся вслед – по ходу уборки могло найтись еще что-нибудь съестное. Еда и правда обнаружилась: совершенно целое бисквитное печенье, пакетик чипсов и огрызок яблока. Неплохой урожай с квадратного километра. После яблока уборщик зажёг значок разряженной батарейки и поехал «домой» – на пустой склад с запертыми рефрижераторами вдоль одной стены и полосой электрических розеток на другой. Робот подъехал к зарядному устройству и тихо, удовлетворенно загудел. Примус некоторое время пытался открыть рефрижераторы. Ничего не вышло, заперто было крепко, но из одного подтекала вода, собираясь на каменном полу в довольно большую лужу. Диктатор попил из неё, сплюнул хрустнувший на зубах песок и прилег рядом с роботом, прижавшись к теплому боку кормильца. Робот мигнул сенсорами, оценил ситуацию и высветил надпись: «Обнаружен биологический деструктор. Рекомендуется дезинсекция».