Испытание

Часть четвёртая.
 
Глава 1. Пробуждение тьмы

Утро в городе выдалось хмурым и ветреным. Серое небо нависло над крышами, редкие капли дождя стучали по асфальту. Витя шёл по улице, засунув руки в карманы, и чувствовал, как внутри нарастает необъяснимая тревога — тёмная сила внутри него пробуждалась.
В школе атмосфера казалась давящей: гул голосов в коридорах звучал резче, свет люминесцентных ламп раздражал глаза. Когда учитель поставил Вите двойку за контрольную, парта под ним треснула — трещина пробежала по лакированной поверхности, словно живая.
После уроков Кристина встретила его у ворот. Деревья вдоль тротуара шумели листвой, будто перешёптывались о чём то.
Кристина (вглядываясь в его лицо):
— Ты бледный. Что случилось?
Витя (голос звучит глухо, словно из колодца):
— Он… он становится сильнее. Я не успеваю его сдерживать.
Вечером дома Витя теряет контроль. Вещи летают по комнате, шторы бьются о раму, как крылья раненой птицы. Окна дрожат, грозясь вылететь из рам. На улице воет ветер, хотя минуту назад было тихо.
Голос колдуна (в голове Вити, голос гудит, как буря):
— Сдавайся! Зачем бороться? Ты можешь иметь всё!
Витя (кричит, хватаясь за голову):
— Нет!
Он хватает расколотый камень — тот ещё хранит слабый свет. Прижимает к груди.
Голос матери (шёпот, лёгкий, как дуновение ветерка из приоткрытой форточки):
— Помни: ты — не он. Твоя душа — твоя сила.
Постепенно хаос стихает. Витя падает на колени. За окном начинает накрапывать дождь, капли стучат по подоконнику, словно отсчитывая секунды.
Глава 2. Союз друзей
Кристина приводит дедушку— старого актёра, который, как оказалось, знает о магии больше, чем кажется. Они собираются в его квартире на Арбате. Это старая квартира: высокие потолки, паркет с узором «ёлочкой», тяжёлые бархатные шторы. На стенах — афиши спектаклей полувековой давности, фотографии в рамках. В воздухе пахнет корицей и ванилью — дед любит печь печенье.
Борис Дмитриевич наливает чай в фарфоровые чашки с золочёным узором, себе ставит стакан с позолоченным вычурным подстаканником, предмет старины:
— Чтобы изгнать сущность, нужно отразить её. Ты, Витя, должен сыграть его — колдуна. Полностью. Войти в его образ, понять его боль, его страх. И тогда — отпустить.
Витя:
— Но я не актёр!
Кристина:
— Зато я — да. И я помогу.
Они репетируют. Витя учится копировать жесты, голос, походку колдуна. Комната наполняется странной энергией: свечи мерцают, тени на стенах шевелятся, будто живые. Постепенно он начинает чувствовать: тёмная сила внутри откликается — но уже не захватывает, а отзывается.
Глава 3. Последний ритуал
39 й день. Ребята приходят в заброшенную церковь на окраине города. Здание старое, с облупившейся штукатуркой, в оконных проёмах — остатки витражей. Внутри — сырой запах камня и пыли, лучи света пробиваются сквозь разбитые окна, рисуя на полу причудливые узоры.
Они ставят свечи, рисуют пентакль мелом. Камень кладут в центр. Ветер свистит в щелях, где то капает вода, создавая монотонный ритм.
Кристина крепко держит Витину за руку, её голос звучит твёрдо, но пальцы дрожат, выдавая волнение:
— Я буду рядом. Ты не один.
Витя глубоко вздохнул, и пристально посмотрел на пламя свечи  Оно колеблется, но не гаснет.
— Я готов.
Он входит в образ колдуна: копирует его осанку, произносит его слова, вспоминает его мысли. Но в кульминации — меняет финал:
Витя (громко, чётко, голос разносится по пустому залу церкви, эхом отдаваясь от стен):
— Я прощаю тебя. И отпускаю. Твоя боль больше не моя.
Камень раскалывается окончательно. Из Вити вырывается столб чёрного дыма — но на этот раз он не атакует, а рассеивается в воздухе.
Где-то совсем близко раздается вздох облегчения:
— …
Голос матери (ласково, словно тёплый плед окутывает плечи):
— Ты справился.
Витя чувствует, как воздушность наполняет его тело. Он больше не чувствует чужого присутствия.
Глава 4. Новый день
Утро 40 го дня. Витя просыпается обычным подростком. Проверяет — лампа не взрывается, книга не летает. Улыбается. За окном — ясное утро, солнце золотит крыши домов, во дворе щебечут птицы.
Он идёт к Кристине. Та репетирует монолог у зеркала в своей комнате — на подоконнике расцвели орхидеи, на стене висят афиши любимых спектаклей, на столе — стопка книг и чашка остывшего чая.
Витя:
— Ну что, актриса, готова к премьере?
Кристина (разворачивается, сияет):
— Конечно! А ты… ты в порядке?
Витя (обнимает её, вдыхает знакомый запах её духов — лёгкий, цветочный):
— Да. Теперь — точно в порядке.
Они идут в институт. Кристина играет блестяще — её принимают. Витя смотрит из зала и гордится.  После экзамена декан подходит к Вите:
— Говорят, ты помог ей подготовиться? У тебя талант наставника. Может, к нам на режиссерские курсы?
Витя (смеётся, чувствуя, как на душе становится легко):
— Подумаю.


Они выбегают на улицу крепко взявшись за руки. Им радостно, они смеются, строят планы на будущее.
На небе ни облачка.
Тень колдуна больше не следует за ними.