За любовь!

Мини-пьеса

Действующие лица:
Литературный герой (в дальнейшем ЛГ) – вымышленный персонаж, человек неопределённого возраста, внешности и рода занятий.
Писатель-любитель (в дальнейшем Автор) – человек определённого возраста и неустойчивых взглядов.

Место действия: кухня Автора.


ЛГ: - Извини, я, наверное, не вовремя. Кушаешь?

Автор: - Ага, жру.

ЛГ: - Так ты ещё и жрец?

Автор: - А то! Ладно, не стой в проходе, присоединяйся. Я сегодня добрый. Может, кофе с коньяком?

ЛГ: - Без.

Автор: - Без коньяка?

ЛГ: - Без кофе.

Автор (улыбаясь и наливая): - Ну ты и жук. Так с чем пришёл? Выкладывай.

ЛГ: - Короче, я тут продолжение нашей вещицы набросал, почти до финала. По-моему, вышло гениально! Вот, посмотри при случае. Только не затягивай. Если что, продам недорого.

Автор (удивлённо): - Нашей? А с какого перепугу ты возомнил себя писателем? Да ещё толкаешь мне тут продолжение моей же повести. За деньги.

ЛГ: - Ну, а как ты хотел, родной? У нас рыночные отношения. Сейчас по-другому не проживёшь. Вообще, спасибо бы сказал. Ты вечно тормозить, вдохновения ждёшь, а повесть который день простаивает, в смысле, пролёживает. Вон, вся уже в пролежнях.

Автор: - Нет, такую наглость ещё поискать! А ничего, что тебя не существует? Ты просто плод моего воображения. Я ведь могу прихлопнуть тебя, как клопа, одним щелчком. Да сейчас, пожалуй, так и сделаю.

ЛГ: - Эй, эй, командир, не горячись! Шучу я, ладно, шучу. Что, уже и пошутить нельзя? Всё, заткнулся и не суюсь с дурацкими предложениями. Хозяин-барин. Тише едешь - дальше будешь. Хлеб всему голова.

Автор: - То-то же!

ЛГ: - Об одном только хотел попросить. Ты мне там романтическую встречу нарисовал. Судьбоносную, конечно. Так вот, эта фря, между нами говоря, могла бы быть помоложе и посимпатичнее. Может, перепишешь?

Автор: - Ничего себе заявочки! Да если каждый персонаж начнёт права качать, что это будет вообще?

ЛГ: - Я не каждый.

Автор: - Неужели? Ты кем себя мнишь? Звездой мировой сцены? Или нобелевским лауреатом по физике? Тебе, значит, эстету хренову, барышня не показалась?! А ты хоть знаешь, что её подруги, увидев тебя, сразу вспомнили поговорку "любовь зла…"?

ЛГ: - На провокации не поддаюсь. Про место действия ещё... Почему Захудальск-то? Ну ладно, про Европу с Америкой не говорю, рылом не вышли. Допустим. Но Питер мог бы быть? Да хоть какая-нибудь Тверь, на худой конец. Нет же, Захудальск. Спасибо, блин!
Короче, если я никуда не уезжаю, а остаюсь до конца дней куковать в этом райском уголке, я категорически требую заменить мне женщину мечты!

Автор: - Во-первых, что ты имеешь против Захудальска? Между прочим, там тоже люди живут. Простые захудальцы. Они тоже имеют право на счастье. И ещё неизвестно… да что я тут распинаюсь?
А требовать ты будешь в другом месте, понял? Требует он!
Всё, надоел. В следующей же главе скоропостижно скончаешься от птичьего гриппа, готовься.

ЛГ: - Твоё право, развлекайся. Только с кем ты тут останешься? Со второстепенными персонажами? С педантами-моралистами, которые общаются ходульными фразами из сериалов? Ни одной оригинальной мысли, сплошное болото. Да они завалят всю посевную в два счёта. Утопят тебя в своей серости.
Пусть я циник, но я хоть в теме, и в состоянии отделить злаки от плевел, настоящее от сам знаешь чего. С кем ты тут поговоришь-то ещё? Кто тебе совет даст?
Что, молчишь? Правда глаза колет?

Автор: - Нет, просто обдумываю услышанное.

ЛГ: - Это правильно. Ты обдумываешь. Ты мыслитель. Жаль, персонажи твои этого не понимают. Даже близко. И никто из них не способен сказать того, что скажу я. Извини, я человек прямой и всегда говорю то, что думаю. Так вот, ты гигант в литературе! Да. Ты редкий самородок! Умище! Талантище! Просто глыба! Матёрый, не побоюсь этого слова, человечище!

Автор: - Вона как? С козырей зашёл? И ты думаешь, я куплюсь на эту наглую лесть?

ЛГ: - Думаю, да.

Автор: - Продолжай.

ЛГ: - На чём я остановился?

Автор: - На матёром человечище.

ЛГ: - Да... матёрый человечище с безумными горящими глазами набросился на неё и попытался схватить за горло своей огромной пятернёй...

Автор: - Стоп, что за бредятина?

ЛГ: - А-а-а! Не то, не то! Прости! Это какая-то шняга из жёлтого романа выскочила. Путается уже всё в башке от этих произведений. Я же постоянно в словесной гуще, сам понимаешь!

Автор: - Да уж.

ЛГ: - Слушай, ты, конечно, силён, базара нет. Самородок, там, и всё такое, но вот эти твои стрёмные описания… Их надо отдавать на откуп читателям, сами домыслят, если не дураки. Шутишь кондово, опять же. Мысли разжёвываешь. Сопли пускаешь... У меня так и чешутся руки переписать твою лабуду. Может, дашь тексты на время?

Автор: - Нет, ты явно нарываешься на летальный исход.

ЛГ: - Всё, всё, не кипиши. Ну, кто тебе ещё правду-матку скажет, сам посуди. Я ж это не со зла. Ну, нужно же автору слышать критику со стороны? Компетентную, заметь!

Автор: - Тоже верно. Подумаю над сказанным, пораскину мозгами.

ЛГ: - Ага. Только, смотри, не раскинь их окончательно.

Автор: - Нет, надо тебя прикончить всё-таки. Да рука не поднимается.
Сроднился я с вами. А вы, мерзавцы, и пользуетесь этим, верёвки из меня вьёте. Погубит меня моя доброта!
Ладно, ты это… ты заходи иногда. Даже без повода. А то и правда посоветоваться не с кем. Не стану я тебя убивать. Наоборот, дарю тебе бессмертие, пляши!

ЛГ: - Красава! Спасибо тебе до неба! За это обязательно нужно поднять! Ну и за любовь к литературе, конечно!
Осталось у нас там что-нибудь?

Автор: - За любовь, говоришь? За любовь найдём...

Встаёт и, негромко напевая "выпьем за любовь", идёт к мини-бару.

Занавес.