Мир уже изменился

   Как хороша она, когда дым из труб и промасленных легких. Музыка - она же такая, стремительно быстрая и хватающая каждого, будь он хоть в жилых комнатах общежития, да хоть в гробу, гния и мерзнув зубами под снегом, греясь под листопадами.
   Листами в клеточку уничтожать в себе ненависть к измене и парикмахерам.
   А волосы могут жить и никто им не отдаст приказа, они понимают, что челка - это ворона, которая просто любит черный цвет.
   Меня размажет радио, прижав к стенке понимания. Понимания, что волосы - они такие, они могут ходить и петь, играть и слагать.
   Мысленно витая в нестиранных носках понять, что сегодня было хорошо.
Собаки ищут блох не ради того, что они их беспокоят, а затем, чтобы познакомиться.
Лишь волосы висят безразлично ко всему, к ласкам, стаканам, линейкам, ко всему, что могло бы их задеть, если бы...
   Не спи, мой друг, это плохо, ты облиняешь. И сыграют тебе похоронный марш, т.к. нет больше ничего в глазах и мозгах, и завязанных шнурках. Просто не надо. Ведь волосы, они же имеют свойство расти и бухать, им не понять, что мир уже изменился.