О старпоме

Я уже рассказывал, как я познакомился со старпомом на второй день пребывания на ПЛ.

Нормальный мужик. Но жизнь его полна разными событиями. На нашей ПЛ он был старшим помощником. А в недалеком прошлом он был полноправным командиром ПЛ.

 Но, за какие-то грехи, был понижен в звании и должности, был переведен на нашу ПЛ старпомом. Естественно, ужиться двум командирам ПЛ на одной лодке, очень проблематично.

 Между ними возникали разные конфликты, и каждый из них, старался не афишировать их, и по возможности сгладить свои эмоции.

 Старпом отлично знал ПЛ и службу. Его отношения с личным составом были хорошие. Но, должность старпома его убивала.

Свое горе старпом заливал шилом, и надо сказать, что довольно прилично.

 Командир терпел это безобразие, у старпома была "лапа" в Москве, она и не дала уволить грешного командира ПЛ, и направила служить на наш ПЛ.

Но, однажды произошел довольно серьезный случай с старпомом. Его хотели уволить, но предстоящие ракетные стрельбы с нашей ПЛ, сдерживало его увольнение.

 А произошло следующее. ПЛ отрабатывала какие-то задачи в море в подводном положении.

 Была объявлена боевая тревога, а по этой команде, задраивались все отсеки. Во втором отсеке находились радиотелеграфисты, акустики и старшина отсека электрик.

 В то время, я был просто радиотелеграфистом и по боевому расписанию, я находился рядом с радиорубкой и должен открывать и закрывать клинкеты.

При этом, громко кричать: «24 боевой пост к бою, походу приготовлен!» А в радиорубке находились старшина команды и командир отделения.

А в начале отсека, подобную работу по герметизации отсека, выполнял акустик. Акустик Алексей был моим ровесником, мы очень подружились, он как и я, тоже недавно пришел к нам. Мы были в одинаковых должностях, вместе сдавали зачеты, несли вечную верхнюю вахту.

 В тот момент он находился в начале отсека, я в конце. Доложив старшине отсека о готовности, мы находились на своих местах.

Старшина отсека по «Каштану»-(так называлась внутренняя система связи между отсеками ПЛ и обслуживалась командой радиотелеграфистов), доложил о готовности второго отсека к бою. Получив подтверждение из центрального отсека о готовности, старшина отсека поднялся в буль.

  Буль - это такое герметичное помещение, предназначенное для кратковременного пребывания личного состава в случае аварии на ПЛ. По сути – это герметичная металлическая капсула.

 Там находился запас продовольствия, воды, ИДА – это индивидуальный дыхательный аппарат, предназначенный для выхода из ПЛ в случае аварии или каких-либо непредвиденных обстоятельств, и многое другое, необходимое для пребывания личного состава.

Но, в обычном состоянии, туда отправлялись поспать. Там было тихо, и никто не мешал «давить подушку». Выполнив необходимые действия, я и акустик, тихо сидели на своих постах, и смотрели друг на друга.

 Мы думали, что в отсеке, больше никого нет. Но, в этот момент, вдруг открылась дверь в каюте старпома, и оттуда показалась его голова.

  Пребывание старпома в своей каюте, да еще по боевой тревоге, вызвало у нас недоумение. Значит, так надо было, решили мы.

 Старпом повернул голову влево, потом вправо. Затем приказал акустику подойти к нему. Алексей подошел и доложил ему, как положено.

«Воды!» - потребовал старпом.

 Алексей развернулся, взял стакан из буфета и наполнил его водой до краев.
 
«Вы, что? Не знаете, как надо подавать стакан с водой? Выпей половину!»
 - рявкнул старпом.

Алексей посмотрел на меня, и отпив половину стакана, протянул его старпому. Тот достает флягу со спиртом и доливает стакан до верху.

«Пей!»- рявкнул старпом.

Акустик в недоумении.

«Пей!» - раздался новый рык старпома.

Алексей, поднял стакан и стал пить. Выпив содержимое, поставил пустой стакан на столик. А затем пошел на свое место.

Старпом снова выглянул из каюты, и рукой сделал жест мне подойти к нему. Я подошел и доложил о прибытии.

«Принесите воды!»- снова рявкнул он.

 Я беру чистый стакан и наполнив его до верху водой, подаю старпому.

Старпом в ярости приказывает отпить половину стакана. Я отпиваю.

 Старпом наполняет его спиртом до верха и приказывает мне выпить его.

 Все повторяется, как и с акустиком. Надо сказать, что спирт, я пил первый раз в жизни. С трудом, проглатываю эту адскую смесь, и возвращаюсь на свой пост.

 Смесь дала по мозгам, и я поплыл, как в тумане. Что будет дальше, ни я ни Алексей, даже не могли представить.

А старпом достал пистолет «ПМ», и стал крутить его, то в мою сторону, то в сторону акустика. Мы, молча наблюдали за рукой пистолетом.

 И в какой-то момент раздался выстрел, затем второй, третий.

 Хмель вылетела из меня, я мгновенно протрезвел. Бледный, я застыл на месте, боясь пошевелиться, и только молился, что бы старпом не выстрелил в меня или в Алексея.

 Затем раздался следующий выстрел, затем еще, пока не был расстрелян весь магазин.

Старпом стрелял в портрет Министра обороны того времени маршала Советского союза Малиновского Р.Я. ВЕсь портрет министра был в дырках.

В отсеке гарь и дым. Я не живой ни мертвый, я в шоке.

 В первом и центральном отсеке услышали стрельбу по «Каштану». Стали рваться в отсек, но мы не могли ничего сделать, пока, старпом не перестал стрелять.

Старпом, закончив стрельбу, упал замертво. Только после этого, мы смогли все разблокировать, и командир с офицерами, ворвались в отсек.

Зрелище ужасное. Старпом, пьяный до смерти, лежал, на проходе отсека. Рядом валялся ПМ и стрелянные гильзы.

 Доктор определил, что старпом жив, стал приводить его в чувство с помощью нашатыря.

 К нам не было никаких претензий, мы были трезвыми. А старшина отсека, дремавший в буле, проснулся от первого выстрела и по переговорке, сообщил в центральный отсек о случившемся.

Был разбор полетов. Старпома оставили на ПЛ до ракетной стрельбы, но с этого момента, он был под плотным наблюдением особиста.

 Вскоре прошли ракетные стрельбы и старпома перевели в Москву. "Лапа" сделала свое дело.

 А на место старпома назначили офицера ракетчика, как отличившегося при  ракетной стрельбе.

Говорили, что старый старпом получил повышение по службе и в звании.

Где то через три месяца мы должны быть отправиться на боевое дежурство. И вот, перед выходом в море - к нам приехала комиссия из Генштаба ВМФ СССР.  А во главе этой комиссии был наш бывший старпом.

Началась проверка экипажа на предмет готовности к выходу в море.

Команда лодки выстроилась на пирсе в ожидании проверки.

К нам подходит группа проверяющих офицеров.

Командир ПЛ докладывает старшему о готовности т.е. нашему бывшему старпому. На его погонах уже две большие звезды. Он капитан второго ранга.

Тот приветствует команду и начинает обходить строй, здороваясь за руки с теми, которых знал.

Поздоровавшись, он подает команду экипажу разойтись, а офицерам спустится в лодку.

Как потом выяснилось - никакого осмотра не было. Были проверены некоторые документы по штурманской части и начался обед в кают компании.

Через пару часов он отбыл назад, а мы на следующее утро вышли в море с новым старпомом.

А новый старпом, оказался классным мужиком.

У нас были с ним хорошие отношения, но по службе он был строг и принципиален.

 У него была своя особенность. Если он спускался в лодку в черных перчатках, все было хорошо. Но, если он был в белых перчатках, лучше не попадаться ему на глаза.

Его высокий рост позволял дотянуться до самых дальних уголков лодки, и если на белых перчатках была грязь или пыль, то пощады не жди.

Тайну перчаток раскрыл нам наш доктор.

Если у старпома все было хорошо с женой, то перчатки черные. Если нет, то белые. Старпом есть старпом.

После успешной очередной ракетной стрельбы, новый старпом отправился в Москву на учебу в академию.

 Я нашел его следы пребывания на ТОФе после академии. Он дослужился до высоких чинов и звания.

 Был инициатором создания специальных сил подводного флота для борьбы с авианосцами противника. О нем были хорошие отзывы, его ценили и уважали подводники. Это был настоящий подводник!