Осень Ойкумены. Глава 10 продолжение 3

– Видимо – да.
Плохо. Если он отошел куда-то, по нужде к примеру, то прямо сейчас, может, уже возвращается и вот-вот увидит нас, застывших неподалеку от входа в его казарму, освещенных факелами. И как только увидит, естественно, поднимет тревогу. И почему я не спросил у Хрисы об этом заранее? Туповат? И божественная кровь при этом не в силах помочь! Остается только злиться на себя. А пока...
– Погасить факелы! – прошипел я своим людям. – Уйти в тень подальше от светильника.
Те послушно погасили факелы. Отошли в тень. Мы прислушались. Тишина. Ни шагов, ни окриков. Похоже, повезло – охранник, который должен охранять вход в казарму, по какой-то причине не выполняет свои обязанности. Да, с дисциплинкой у стражей чертогов плоховато. Я бы за такое самое меньшее приказал выдрать нерадивого розгами. Впрочем, в данном случае претензий не имею. Теперь вопрос: как нам  разобраться со спящими (я надеюсь) стражами? Стоп! А кто сказал, что начинать разбираться надо  со стражниками? Вот же вход в жилище главной жрицы. Надо просто взять ее в заложницы, и все эти монструозные стражи будут хоть танцы исполнять по моему приказу, лишь бы я ничем не повредил их повелительнице. Или не будут? Я быстренько изложил свой план Хрисе. В конце спросил:
– Как по твоему, получится что из этого?
Хриса на миг задумалась, потом ответила:
– Наверное все должно получиться – стражи почему-то буквально боготворят главную жрицу. Не знаю от чего это зависит. Ведь они боготворили мою тетю, когда я в детстве бывала здесь, но когда ее сместили, стали точно так же боготворить нынешнюю жрицу. Видимо, здесь есть какой-то секрет.
– Ладно. С этим секретом можно разобраться потом, – решил я. – А сейчас, вы, – я обратился к Боньяме и его воинам, – стойте здесь и бдите. Если кто-то из казармы полезет наружу, убивайте. Если таковых будет слишком много – отступайте. Тебя, Полидор, это тоже касается. Хриса остается с вами. Берегите ее.
– А ты, эвпатор? – задал напрашивающийся вопрос Полидор. – Что собираешься делать ты?
– А я навещу здешнюю хозяйку. Думаю, для ее пленения достаточно будет одного меня. Зачем пугать красотку?
– Мне это не нравится
Кто это подал голос? Кто это у нас такой бесстрашный – оспаривает мои решения? Это же Хриса! И почему я не удивлен? Ревнует девчонка. Однако права. Как там сейчас жрица? Небось раскидалась на ложе в сонной неге. Опять затяжелело в паху. Ох, не о том думаю, не о том. Ладно!
– Все. Спорить не будем. Делайте. Полидор, на тебе забота о Хрисе.
Сказав это, я решительно направился ко входу в покои главной жрицы Атаны. Щит и копье с собой брать не стал – оставил возле одной из полуколонн портика. При себе только меч на поясе. Меч из черной бронзы. Дорогой, зараза, но зато надежен в бою. Такой не согнется и не сломается в самый ответственный момент.  Еще имеется нож в ножнах, прикрепленных у поножа на правой ноге.
Вот и вход. Довольно бодро прошел по коридору – в нем достаточно светло за счет светильника, горящего у входа в покои жрицы. По бокам коридора несколько дверей. Куда они ведут – бог весть? Но вряд ли в спальню здешней хозяйки – узковаты и помещения, которые за ними скрываются, явно совсем небольшие. Там не поставишь большое ложе. Почему-то мне думалось, что ложе главной жрицы обязательно должно быть огромным. Коридор сворачивает направо. Здесь еще одна дверь. Тоже не то – пропускаем. Поворот налево. Ага! Еще вход в самом торце. С большой двустворчатой дверью, распахнутой настежь. В темный коридор из нее льется не яркий свет. Похоже на ночной светильник. То, что надо!
На цыпочках подошел к дверному проему, осторожно заглянул внутрь. Точно! Спальня! Большая, как и предполагал. И в середине, как и представлял, громадное квадратное ложе. Спальню освещает масляный светоч, стоящий на возвышении у изголовья кровати. А на кровати... На кровати, застеленной белоснежной простыней, раскидалась в сонной неге она – жрица. Все как в в моих представлениях! Может, у меня имеется дар прорицания? Раньше не замечал за собой такого, но кто знает? Божественный ихор в крови и не на такое способен. Наверное...
Я осторожно подошел к самому ложу и замер, невольно залюбовавшись. Главная жрица имела привычку спать обнаженной. Как уже сказал, она сладко спала. Покрывало из тонко выделанной шкуры какого-то неизвестного мне животного скомкано и откинуто в сторону. Сама жрица лежала на спине. Правая рука закинута за голову, левая лежит вдоль тела. Левая нога согнута в колене и развернута в сторону, открывая самое сокровенное. Безупречной формы груди вздымаются в такт дыханию. Лицо безмятежно, губы раздвинуты в легкой улыбке, чуть обнажая безупречные жемчужные зубы. В паху закаменело. От вожделения потемнело в глазах.
Я тряхнул головой. Вот ведь наваждение. Определенно жрица обладает недюжиной колдовской силой. Сила эта действует даже во сне. Надо же: я, всегда славившийся хладнокровием и ставивший дело впереди плотских утех, готов плюнуть на все и овладеть этой женщиной прямо сейчас, наплевав на все. А ведь, если подумать головой, а не причинным местом, должен ненавидеть эту тварь, погубившую стольких людей, в том числе и моих людей. Ее пригвоздить бы мечом к этому ее шикарному ложу. Пригвоздить... Хм... Пригвоздить... Пронзить... Вонзить... Покрепче вонзить... Что? Опять? Снова тряхнул головой, отгоняя наваждение, потянулся к мечу. Отдернул руку. Нет, убивать ее тоже нельзя. Она нужна, как заложница. Забыл? Не мудрено... Я вытер пот со взмокшего лба, сделал три глубоких вдоха-выдоха. Вроде очухался и готов действовать хладнокровно. Я нагнулся над ложем, протянул руку, тряхнул спящую красавицу за плечо, сказал негромко:
– Вставай. Хватит спать, красотка.
Глаза жрицы рапахнулись, уставились на меня непонимающе. Потом в них появилось узнавание. Пухлые губы дрогнули, растянулись в легкой улыбке.
– Сын Посейдона, – протянула она хрипловатым со сна голосом. – Ты вернулся?
– Представь себе, – усмехнулся я, выпрямляясь. – Небось, не ждала?
– Нет, – качнула головой жрица. – Но как... Впрочем, с тобой же сбежала эта недостойная. Это она рассказала как попасть сюда. Но где мои стражи? Не убил же ты их всех?
– Пока нет, – качнул я головой. – Но собираюсь. И как раз ты должна мне в этом помочь.
– Я? – в глазах красавицы появилось удивление. – С чего бы?
– Просто, если ты мне не поможешь, то умрешь. Я понятно выражаюсь?
– Куда уж яснее, – после недолгой паузы отозвалась она. Потом добавила. – И что мне делать?
– Для начала встать с кровати и одеться.