Крейсера. Роман. Глава 31

Глава 31.
    18 декабря 1991 года РКР «Маршал Устинов» посетил начальник Оперативного Управления МО СССР генерал-полковник Е. Н. Кузнецов. Видимо, по горячим следам будущего министра, чтобы проверить всё ли там на самом деле в порядке. Уже тогда, П.С Грачёву никто особо не верил. Ну не бывает так чтобы на пустом месте генералу дали такую позорную кличку! А, впрочем, Пал Сергеевичу это не помешало стать министром и ещё почти десятилетие терроризировать армию и флот!
Наступал  новый 1992 год!
    В 1992, крейсеру в соответствии с техническими формулярами потребовался доковый ремонт и покраска корпуса! В принципе, можно было бы за неимением денег на ремонт просто продлить сроки эксплуатации всей забортной арматуры, а заодно и всей электроники, кабель-трасс!
Но, как написал один большой знаток АПЛ: «это на твердой поверхности, в блиндаже можно рассуждать о продлении срока АК-47. А в море, когда до земли, … вниз, четыре трамвайных остановки, очень даже чутко слушаешь, как журчит вода, как жужжат сельсины и щелкает репитер гирокомпаса! И каждый посторонний звук, или того хуже – тишина,- катапультой выбрасывает тебя из коечки или кресла в котором кемарил, - в БП к реальности».
В общем начальство посчитало что продлить оно конечно можно, но лучше отремонтировать и только потом продлить. А, с учетом того что ТАРКР «Киров» отводили в отстой и у командующего небыло флагмана, решили всё-таки почти новый крейсер подержать в боеготовом состоянии!
    И в одно прекрасное утро, «Устинов» подошел к плавдоку ПД-50 судоремзавода Росляково!
    Постановка крейсера в док, это занятная, но скучная история! Правда я знаю один случай, который произошел с этим же ПД-50, н существенно позже. «Эффективные менеджеры», принявшие в управление украденный судостроительный завод его утопили! Но к нашему повествованию, это отношение не имеет.
    Сменилось командование! Новым командиром стал бывший старший помощник командира корабля, - Сергей Иосифович Авакянц!
А старшим помощником командира, назначили человека со стороны, - капитана третьего ранга Павла Дмитриевича Костромицкого.
    Капитан 2 ранга Авакянц, стал достойным командиром крейсера, и я бы поставил его на второе место, после первого командира, Владимира Дмитриевича Верегина!
Павел Дмитриевич Костромицкий, же, был персоной смешной и азартной. Кличка старпома Костромицкого у личного состава была, – «святой».
    Павел Дмитриевич был неплохим человеком, да и офицером он был хорошим. Но крейсеру он был чужд! И чувствовал он себя на нашем исполине как-то потеряно. Впрочем, старпом Костромицкий и не стремился превзойти старпома Авакянца! У него была другая задача – получить опыт управления большим хозяйством, чтобы соответствовать должности командира небольшого корабля, вроде эскадренного миноносца. Что собственно в дальнейшем и произошло. Старпом Костромицкий в 1993-м получил в командование ЭМ 965-го проекта «Современный»!
   Управление крейсером – это высшая степень искусства управления на флоте! После крейсера, любой корабль окажется по плечу! После крейсера, офицер мог с легкостью овладеть управлением соединением и даже объединением кораблей! Поэтому даже служба старпомом на крейсере ценилась очень высоко!
    После ухода в запас опытной плеяды матросов и старшин, настоящих крейсерских моряков, которые ходили на две боевые службы, крейсер заполонила молодежь. Надо было засучив рукава начинать воспитание и подготовку нового сплоченного экипажа!
Проблема в том, что ушло много офицеров! Лучший крейсер флота, а теперь ещё и флагман СФ, стал кузницей кадров, практически для всей эскадры! Как минимум с десяток офицеров «Устинова» стали командирами кораблей разных рангов здесь же, на эскадре. Двое стали адмиралами, один, - командующим флотом! Но!
Молодая смена, была уже не того качества, которое требовалось для освоения техники и оружия такого корабля.

    - «Капитан-лейтенанту Иванову, прибыть в каюту командира!» - раздалась команда через КГС.
У нас заканчивался срок докования, и БЧ нужно было успеть заменить всю забортную арматуру, насосы, и другое корпусное оборудование, сроки эксплуатации которой давно истек. И поэтому, офицеры БЧ-5 практически не сходили с корабля.
«Интересно, зачем меня к командиру вызывают? Обычно вызывают к Заму или старпому. К заму понятно, - по службе, к старпому по дежурству или вахте! А тут, сразу к командиру!».
    - Товарищ командир, капитал-лейтенант Иванов, по вашему приказанию прибыл!
    - Иванов! Как тебе новое офицерское пополнение?
    - Если по линии БЧ-5, то у нас к своим молодым офицерам вопросов нет. Сейчас все интенсивно сдают зачеты на самостоятельное управление заведованием, несение дежурства и вахты. Выйдем из дока, подключим их к практическому несению. Пока дублерами, потом самостоятельно, - не пойму куда командир клонит. То, что я доложил, он уже получил в письменном виде от механика. Мы с ним два дня назад это в специальном докладе для командира описывали. Мы с Костей тогда и согласовали общую позицию. Зачем командир уточняет у меня отдельно?
Командир утвердительно покачал головой. Дескать «понятно, уже знаю».
    - Это хорошо, что у вас с лейтенантами всё хорошо. А сейчас, у меня к вам будет отдельное поручение! – командир прошелестел страницами своего знаменитого боевого ежедневника в который он заносил все важные задачи, для последующего контроля исполнения.
    - В БЧ-7 тоже прибыло молодое пополнение. И к сожалению, практически все первичные офицерское должности заполнены молодежью. Зам Ларин, убыл в отпуск на два месяца, так что им там помочь с этим делом некому!
Я знал, что Ларин в отпуске, но в БЧ-7 много опытных офицеров, тем более, там весь старший офицерский состав из того, ещё изначального экипажа, или первой смены, там и без меня есть кому заниматься молодежью.
    - В общем, тут такое дело! На крейсер приказом командира бригады назначен лейтенант Максимов, Александр Степанович –выпускник ВМУРЭ им. Попова. – командир сделал паузу, тяжко выдохнув, - Проблема в том, что он неуправляем, и страдает по сути хроническим алкоголизмом. Отказаться не могу, начальство! Но и поганить экипаж, не хочу. Нужно промежуточное решение!
    - Так всё же просто товарищ командир. Если он не хочет служить, пусть пишет рапорт! Теперь это разрешено!
    - Вот ты такой умный! Думаешь я об этом не думал? Беда в том, что Максимов сын олигарха. Его папаша дружит с кем-то там в новом Правительстве, и имеет акции «Славнефти». Много акций! Поэтому, там к нему прислушиваются! А следовательно, вынуждены прислушиваться и здесь! В общем, этого,… Максимова отдают нам на воспитание! Я это понимаю именно так, и потому никакие мои возражения там не учитывают. Придётся его брать! А вот кого назначить ему в кураторы, пока вопрос!
В БЧ-7, кроме Ларина, особо некого. Там и так матчасти столько, что за матросами не успевают присматривать, а тут ещё лейтенант! В общем, предлагаю тебе взять под контроль этого молодого и прыткого лейтенанта. Тем более, что два года ты сам был замом РТД, знаешь специфику, хорошо знаком и с офицерами БЧ и с задачами!
    - Хорошо. А что конкретно надо? Я так понимаю, что меня туда не мамкой назначают?
    - Есть два варианта: либо он прекращает пьянство и начинает служить, либо сам, добровольно пишет рапорт об увольнении! Но у меня есть сомнение что он это сделает. Там папаша всем управляет. А он, то ли пытается его немного урезонить, либо пытается за счет государства перевоспитать недостойного отпрыска!
    - То есть, получается, государство дало ему хапнуть добрый шмат народного имущества, и теперь должно ещё и воспитанием наследника заниматься? А папаша что будет делать? По Куршавелям кататься?
    - Получается. Но нам слово не давали. Нам отдали приказ: принять, назначить, и воспитывать!
    - Понятно.
    - Ну так что? Готов?
    - Так точно!
    - Один вопрос! Из чистого любопытства, что собираешься делать?
    - Довести до увольнения!
    - Думаешь, всё? Невоспитуем?
    - Думаю, нам он такой, и даром не сдался! А флоту тем более!
Командир согласно кивнул.
    - Ладно. Лейтенант Максимов прибудет на корабль сегодня вечером. Его привезёт лично папенька. И кстати, тебе придётся с ним тоже познакомиться, побеседовать. Папенька захочет узнать какие планы на его отпрыска, так что готовься нарисовать благостную программу!
    - Есть!
    - Ну вот и ладненько! Идите!

    Лейтенант Максимов вечером на корабль не смог прибыть. Папенька не смог его найти в Мурманске в гостинице, где тот остановился, не доехав до флота 26 километров северных скал. На следующий день, его привезли в районе обеда, поскольку лейтенант ещё с утра был пьян, и требовалось привести его в порядок, для представления командованию корабля. Я так понимаю, ему ставили капельницу чтобы вымыть ацетальдегид из остатков крови, которые ещё присутствовали в его артериях.
    - «Капитан-лейтенанту Иванову, прибыть в каюту командира корабля», - раздалась команда по кораблю.
«Теперь мне придётся привыкать к тому, что такая команда будет раздаваться постоянно» - почему-то подумал я.- наверное, чувствовал, что «черный песец» подкрадывается незаметно.
    В каюте командира, было три человека: молодой лейтенант в парадной форме, с бледным лицом, мужчина средних лет, развалившийся на диване у стола командира, и сам командир, сидящий на своем командирском месте, - за столом.
    - Ну вот и так сказать куратор и воспитатель вашего сына, на ближайшие несколько месяцев, кивнул на меня командир.
    - Капитан-лейтенант Иванов,- представился я.
Максимов старший не поздоровался, а просто кивнул, как будто, это само собой разумеется. Он хозяин, я его будущий батрак на хозяйстве.
«Хамло невоспитанное» - коротко констатировал я.
    - Хорошо командир! Теперь дайте нам какую-нибудь каюту на часик, мы поговорим, проведём так сказать последний инструктаж, перед тем как передать его вам окончательно! – попросил Максимов старший.
    - Да, конечно! Можете поговорить в салоне флагмана, он открыт, - кивнул командир. По лицу командира я понял, как ему полегчало что вся эта история закончилась, и ему больше не надо общаться с этой неприятной парочкой
Хочу заметить, такое качество у Сергея Иосифовича, командира и будущего адмирала. Он не умеет скрывать эмоции. Он может промолчать, но на лице у него написано именно то чувство, которое он питает к собеседнику, или те эмоции, которые обуревают его в данный момент, по обговариваемому вопросу!
Я думаю, олигарх Максимов увидел, как к нему относятся и что о нем думают на этом корабле, но вариантов у него небыло, поэтому скорее всего включил «толстую кожу», чтобы сдать своё чадо на руки другим людям. Сам то, не дорос.
    В новой России, возвращались времена Российской империи, нерадивых неучей, непутёвых детей бояр, отдают в воспитание военным. Не знаю как в армии, но на флоте вот она, первая ласточка. Пора вспомнить методы воспитания Петра Великого, - розги да карцер!

    - Я, Степан Викторович Максимов! Я надеюсь командир вам объяснил, какое место я занимаю в стране?
    - Слушайте, Степан Викторович, без разницы! Говорите что хотели, и я займусь своими служебными обязанностями! Я всё ещё служу государству.
    - Хм. Понятно. Ну что я хотел? Я хотел, чтобы вы присматривали за этим оболтусом!
    - Это я уже обсудил с командиром корабля! Еще что?
    - Ну, и хотелось бы чтобы вы были на связи, чтобы я мог временами связаться и уточнить положение вещей! Что для этого надо?
    - Для этого надо просто записать городской номер телефона в рубке дежурного по кораблю. Вот по тому телефону пожалуйста, звоните, уточняйте!
    - А у вас телефона нет?
    - Нет. У меня личного телефона нет. Да и смысла нет.
    - Какой-то вы несговорчивый, капитан.
    - Степан Викторович. Мне с вами не о чем сговариваться. Я вам не присягал. И даже вашим правительственным друзьям тоже не присягал. Я присягал СССР! И свой долг перед народом СССР выполняю. Ни перед вами, ни перед нынешним ельцинским РФ у меня долгов нет! А то что я согласился присматривать за вашим сыном, это моё уважение к просьбе командира, не более того. Отсюда вывод: не ждите от меня ни участия, ни помощи. Я буду наставлять вашего сына как могу и как умею. Может быть иногда жестко, но и только. Заниматься его воспитанием я не буду. Поздно! Это была ваша обязанность! Если вы с ней не справились, то это только ваша проблема и ничья больше!
    - Ну, я надеюсь вы его бить не будете?
    - А вы знаете, будь он помладше, это была бы отличная идея. По нему видно, что он у вас не порот, с детства! Потому таким и вырос.
    - Ладно. Мне вас не переубедить. Вот мой телефон, если что, - звоните! А пока, дайте мне поговорить с сыном!
    - Хорошо! Жду вашего сына у рубки дежурного. Надеюсь он уже знает где это.
    Максимов-старший вышел через пол часа, и сошел с корабля вместе с представителем эскадры. Максимова-младшего я ждал ещё пол часа, и не дождавшись вернулся в салон флагмана.
Непоротое дитя спало на кровати флагмана прямо как был в парадной одежде. Я дернул его за ногу.
    - Вставай дитятко! Пора на службу! Или с отъездом отца, ты посчитал миссию исполненной? Пошли, я тебе покажу где ты будешь жить.
    Жить,  молодую «олигархическую» поросль определили в каюту бывшего «комсомольца», должность которого была вакантна, а значит и место в каюте свободно.
    - Сейчас я определю тебе матроса, и ты с ним начнёшь учить корабль, чтобы я тебе не водил за ручку!
    - А завтра можно?
    - Что завтра?
    - Ну завтра учить! А то сегодня, я с будуна, и у меня голова болит, ничего в голову не лезет!
    - Опохмеляться с  утра не пробовал? – спросил я.
    - Не успел. Папаня выдернул прямо из кровати.
    - Понятно! Ладно, всё равно из тебя сейчас работник как и коряги дрова! Оставайся, отсыпайся. Завтра с утра на построение! А после построения, начнём учить корабль, готовиться к сдаче зачетов на самостоятельное управление заведованием и на вахтенного офицера!

    Утро не задалось сразу.
    - Где этот товарищ? – спросил я дежурного по БЧ-7, заметив, что его небыло на построение.
    - Да он в дробыдан тащ!
    - Как это? Откуда, - удивился я.
    - А черт его знает! Я заглянул в его каюту чтобы предупредить что сейчас будет построение. А он сидит за столом, «втыкает». Даже сидя шатается. - ответил дежурный.
Я конечно думал, что будет непросто. Но чтобы так?
    Протрезвевшего к вечеру лейтенанта мучила головная боль, и нежелание ни думать, ни вставать.
    - Как же ты умудрился нажраться? Ты же на сход не ходил?
    - У меня с собой было, - глухо ответ ил он.
    - Ну вот что Саша!. Сегодня ещё отсыпаешься, и завтра беремся за службу! Ясно.
    - Ясно, - кивнул он лежа.
    - Больше «с собой» нет? – я открыл шкафчик и перешерстил вещи, посмотрел сумку, ящики стола. – Извини, но доверять тебе не могу. Ты уже один раз обманул. Не удивлюсь если что-то пришкерил.
    - Нету больше, нету.
    - Ладно, отсыпайся.

    Он и на самом деле на следующее утро вышел на построение. Помятый, с нечищеной обувью, но хоть вышел, и то хлеб.
«Ничего, со временем приведём в меридиан, главное, чтобы он сам этого захотел».
    Следующие два дня, лейтенант Максимов был трезв. Аки стеклышко! Из них, один день он изучал корабль с дежурным по БЧ, а второй день учил обязанности командира группы РТД, знакомился с матчастью, личным составом. Вечером я зашел к нему в каюту.
    - Саш, ну что поговорим?
    - Хорошо. Что хотите узнать?
    - Причину.
    - Причину чего?
    - Причину твоих пьянок. Что это, тихая месть, которая превратилась в болезнь? Или протест против отцовского давления?
    - И то и другое.  – он помолчал минутку, потом заговорил, - Я мечтал стать инженером –электронщиком! Отец поддерживал меня в этом стремлении. Я в школе хорошо учился, был отличником учёбы! Но потом, у отца пошла бешенная везуха. Он урвал бабла на халяву, и резко превратился в какое-то животное. Мать его не устраивает, разводится! Жизнь его не устраивает, уезжает в Москву. Я к этому моменту, уже учился во ВМУРЭ. Поступил кстати сам, никто мне не помогал и не продвигал. Тут его торкнуло, и он решил, что сделает из сына «человека». И пошло, поехало. Я думал, хоть режим в училище сдержит его. Но нет! Он договорился с командованием, о том, что профинансирует какие-то их дела, и получил добро каждый день приезжать в училище. Я превратился в игрушку в руках психологического маньяка.
Я начал пить. Иногда меня накрывало на неделю! Меня командование прикрывало как могло два года, дотянули до выпуска!
На выпуске я сказал, что не хочу служить, не моё это. Пойду на гражданку, буду заниматься электроникой. Но нет! Отцу захотелось иметь своего «адмирала» на флоте! Как-то я спросил его, зачем всё это? И на удивление, он ответил мне честно. Оказывается, у него далеко идущие планы, прибрать к рукам некоторые военные производства, и поставлять для флота электронику! Потому, у него уже есть планы, как и где я буду служить! Куда переведусь после первых лет службы, какой институт возглавлю, и какие звания я получу. Вот с этого момента, я начал пить по- черному!
«Я себе даже представить не могу, как может существовать такое скотство, в голове у родителя».
    - А просто уйти от него, не пробовал? – попроситься куда-нибудь на Дальний Восток? Начать службу в какой-то части? Тихо, спокойно, вдалеке?
    - Как? У него корешей в нынешней власти, как фантиков! Он им за бабки решает какие-то вопросы, а они ему что хочешь сделают! Там всё куплено и продано! Я шага не ступлю без его ведома!
    - Ну, на Север же ты как-то попал?
    - Да как попал? Он меня сюда на перевоспитание отправил!
    - В надежде, что строгая дисциплина в воинской части приведет тебя в чувство, и ты поймешь какой благородный у тебя отец?
    - Угу. Он всё ещё верит что я без его бабок не проживу. А мне бы в глухую деревню, хоть на годик, чтобы отойти от всего этого. Я просто хочу жить! Мне лечиться надо, а не матчасть учить.
    - Увы, я не могу дать тебе направление на лечение. Для этого надо начать служить, а потом пройти курс терапии от алкоголизма. Прямо сейчас, тебе никто ничего не даст. Ну разве что за деньги! Да и то не у нас. – констатировал я.
Говорили мы долго. Обсуждали всякие возможности службы, жизненные невзгоды. У меня явно забрезжила надежда, что что-то изменится. Вечером второго дня, он попросился на сход.
    - Можно я в город схожу?
    - У тебя есть командир подразделения!
    - Он меня послал к вам!
    - Понятно. Никто не хочет брать на себя ответственность! Зачем тебе в город?
    - Сигарет купить, да просто кофе попить, подышать воздухом.
    - Хорошо. Но приходишь к нулям на корабль, и докладываешь мне что прибыл! Понятно?
    - Да!

    Зря! Зря я его отпустил! Он не явился ни к нулям, ни утром к подъему флага! И где теперь его искать?
Ближе к обеду, на корабль позвонила девица из Мурманска. Попросила к телефону меня. Городской телефон у нас в рубке дежурного, так что пришлось идти туда.
    - Слушаю вас девушка, что вы хотели?
    - Вы знаете лейтенанта Максимова Сашу?
    - Ну знаю, и что с того?
    - Приезжайте и забирайте его!
    - Не понял, куда приезжайте?
    - В Мурманск.
    - Так он в Мурманске?
    - Да, он у меня в квартире.
    - Понятно. Диктуйте адрес!

    До квартиры я добирался на такси, благо уже начало лета, и таксисты не отказываются ехать в дальние микрорайоны.
Максимов забрёл в Больничный городок, не самый хороший микрорайон города.
    - Где вы его подобрали? – спрашиваю я у крашеной блондинки лет тридцати пяти, которая открыла мне дверь?
    - Мы с ним в ресторане познакомились, в «Океане». Я была с подругой, а он оторвался от какой-то компании парней, и пристал к нашему столику!
    - Понятно. И много выпил?
    - Не знаю, я не следила, но наверное прилично. Я ожидала от него хоть какой-то активности, но он так бревном и валяется с четырех утра.
    - Понятно. Он вам что-то должен?
Девица посмотрела на меня предосудительно.
    - За кого вы меня принимаете? Я не проститутка, за бабло любовью не торгую! Он мне ничего не должен, махнула она рукой, и вышла из комнаты!
«Ну вот, было бы счастье, да несчастье помогло».
Лейтенанта я вынес на плечах, дотащив его до такси.
На корабль его занесли два матроса из БЧ-7, которых выделил дежурный.

    На следующий день, очнувшись, лейтенант пришел ко мне просить прощение.
    - Я больше не буду так, … - бубнил он, ещё не совсем протрезвевший.
    - Угу, следующий раз ты напьёшься, но не в «добыдан», а так чтобы до корабля добраться да?
Он кивнул.
    - Ну и то уже прогресс.
    - Сколько я вам должен?
Много. Но брать с тебя деньги я не буду. Это же не твои деньги, у кого взял?
    - Мама прислала.
    - Он знает, что ты себя не контролируешь?
Он отрицательно покачал головой.
    - Вот что лейтенант! Не место тебе здесь! Ни флоту ты не нужен, ни тебе флот не нужен. Пиши рапорт, и увольняйся к чертям собачьим. Там на гражданке, ты хоть вылечишься. А здесь ты пропьёшь остатки мозгов!
Максимов отрицательно мотнул головой.
    - Думаешь, сможешь что-то изменить? Понимаешь, Саша, нельзя спасти человека, который не хочет быть спасенным! Ты как раз тот человек, которому спасение до фени. Ты одержим только своей местью, которая довела тебя до алкоголизма. И теперь не ты мстишь отцу, а жизнь мстит тебе!
    - Я напишу хоть сто рапортов, но меня всё равно не отпустят. Отце куда надо позвонит, надавит, и всё будет продолжаться так-же. – ответил он мотая головой.
    - Понятно.

    Следующая неделя прошла, почти без происшествий, если не считать что два дня Максимов болел. Он попытался не пить несколько дней, в результате у него началась ломка. Таблетки и успокаивающие не помогали, но он крепился.
    Я сошел с корабля около девяти вечера, надеясь сходить посидеть в кафе со знакомой девушкой из «Военторга», да прикупить письменных принадлежностей. Вернувшись на корабль, меня у трапа перехватил дежурный.
    - Ты знаешь что случилось?
    - Откуда? Я же в городе был!
    - К твоему лейтенанту пришла посетительница, и он попросился на стенку, посидеть с ней несколько минут. Мой вахтенный поверил, отпустил. Огни посидели минут тридцать, потом лейтенант попросил разрешить минут на десять девушке в каюту. Вахтенный лопоухий блин снова поверил, пропустил. Правда паспорт девушка оставила у вахтенного. В общем, они уже два часа разносят каюту. Там пьяный визг, закрыта и заблокирована дверь, и я не знаю как их оттуда выковырять!
    - Понятно. И теперь эти грехи ваши тяжкие ложатся на меня?
    - Точно так! Помоги,… пожалуйста!
    - Ну вот, а то я думал уже никогда не услышу это волшебное ключевое слово! Ладно. Пойдём. Возьми пару матросиков и дежурного по низам, они будут выносить тело павшей богини любви на причал! А ещё лучше, вынести ее за территорию части. А то, не дай Бог начальство заинтересуется откуда такое божественное создание ползёт? Если узнают что с «Устинова» будет полный капец!
Дежурный кивнул.

    - Максимов! – крикнул я стоя у дверей. За дверью затихли. Явно лейтенант узнал мой голос. Не знаю что именно заставило его отступиться от плана разнести каюту, потому что минут через пять дверь открылась. Девица сидела на диване голой до пояса, но мило улыбалась размазанной по лицу помадой. На столе стояло две пустые бутылки из-под водки.
    - Ну вот что красавица, прикрой богатство, сейчас эти молодые люди проводят тебя до вокзала. Там на скамеечке посидишь, отдышишься и поедешь домой, пока ещё транспорт ходит. Ну, а не успеешь, так пешком тут недалеко. Городок у нас маленький! – я обернулся к Максимову.
    - А тебе Саша, спать! Завтра служба продолжается.
«Что делать? Как решить эту проблему? Был бы я на гражданке, я бы нашел выход, но сейчас. В этой ситуации, - нереально!»

    Ещё неделя прошла более-менее, с учетом того что через два дня, пришлось налить лейтенанту сотку спирта. Чтобы он не забился опять в алкогольной ломке. Пусть уж так, чем ловить его потом по базе, а может и по Мурманску.
Я позвонил его отцу, и мы с ним долго спорили. Я просил забрать сына и заняться его лечением. Максимов старший был против. Он был готов привезти из Москвы бригаду врачей, лекарства и устроить сыну прямо здесь  сеанс лечения.
    - Как вы себе представляете, лечение алкоголика на борту ракетного крейсера?
    - Ничего. Я договорюсь!
«М-да, она даже не понимает почему это нельзя делать. И он действительно договорится, тут к ежику не ходи!».
    В начале июня на борт РКР «Маршал Устинов», в рамках подготовки к боевой службе и новому визиту в иностранный порт, прибыл командующий СФ адмирал О. А. Ерофеев. На время визита командующего, личный состав заняли кинофильмом в столовой команды! Офицеров собрали в кают-компании, для инструктажа.
Всё было хорошо, пока командующий флотом не убыл с корабля. Тут же меня нашел дежурный по низам,  и сообщил очередную новость о моем подопечном.
    - Тащ! Он с борта прыгнул, прямо как был в повседневной!
    - Куда? Заборт?
    - Ага!
    - Вы кого-нибудь послали на корень причала чтобы его там на берегу перехватить?
    - А кого? На борту командующий флотом! Все собраны по местам построений! Пока мы искали
кого послать, он и след простыл! – выпалил дежурный. Ну что-ж, придется его ловить, или в городе или на переходе в Мурманск. Надо идти, докладывать командиру.
    Командир кивнул и я сошел с корабля, намереваясь доехать до КПП в Мурмашах, и там перехватить, если он попытается выехать. А то что он попытается я был уверен. В Североморске особо не «погульванишь», - негде». Здесь все служивые, «Ваенга» закрывается рано, завтра всем на службу!

    На КПП, стояли морпехи, потому проверяли строго.
Очередной подъехавший автомобилист, доложился, что примерно в километре от КПП авария! Там «Жигуль» с тремя пьяными пассажирами врезался в задний мост грузового «КАМАЗА». У меня сердце вздрогнуло, как чуял «мой».
    - Слушай, старлей, давай проедемся а?
    - Не могу. У меня КПП! Я сейчас позвоню в «Скорую» и ментам! Это всё чем я могу им помочь!
    - Слушай, будь человеком а? А вдруг там тяжелые? Или медпомощь оказать? Пока «Скорая» подъедет, раненый загнётся! – убежденно проговорил я.
    - Ладно, хрен с тобой, поехали!
Отдав распоряжение позвонить в «Скорую» и «Милицию» мы вскочили в дежурный УАЗ и помчались.
Километра через полтора два, действительно, посреди дороги стоял КАМАЗ. Сзади, его подпирала тройка «Жигулей». Водитель КАМАЗА сидел на обочина вытирая испарину со лба. У «Жигулей» копошились три каких-то пьяных в «дробыдан» деятеля.
    - Как ты? – спросил морпех водителя.
    - Нормально, только слабость…перепугался я. Отпустит. – выговорил заикаясь водитель.
    - А эти что? Пострадавшие есть?
    - Слава Богу смертельных нет. Так, поцарапались, носы поразбивали, но живые, - ответил он.
Я подошел к сидящему посреди дороги человеку, и узнал его. Это был мой лейтенант Максимов.
    - Ну что Максимов, допрыгался?
    - А что я? Я же не за рулём был, - пытался оправдаться пьяный Максимов.
    - Угу, но отвечать будешь как пьяный, никто разбираться с тобой не будет!
    Аварийные машины растащил танковый тягач, который вызвали по рации милиционеры. Пьяных задержали и повезли в Мурманск. ГАИ-шники занялись рисованием схемы ДТП и заполнение протоколов. Я поехал на корабль, на как раз подоспевшем автобусе из Мурманска.

    Командир уже минут двадцать слушает мой план, как списать Максимова с корабля.
    - И как ты думаешь, его отец согласится?
    - Не знаю. Но я постараюсь быть очень убедительным!
    - М-да, шанс есть, но гарантии никакой.
    - Если он будет под следствием, мы можем его списать до выхода на БД! Но для этого, надо будет договориться с ментами.
    - А кто будет договариваться? У нас тут таких нет.
    - Я постараюсь договориться, у меня знакомая, у которой отец с большими связями в Мурманском Горисполкоме. Сейчас они там Правительством называются. Но я не думаю, что там что-то от этого поменялось! При власти всё та же старая гвардия!
«Светку я давно забыл, да и она наверное меня предала анафеме, но попробовать я могу» - подумал я.
    - Хорошо, попробуй. И держи меня в курсе!
    - Есть!
    Договориться со Светкой, оказалось труднее всего. Она припомнила мне всё, все свои слёзы и стенания по поводу меня негодяя, который влюбил в себя девушку, и не женился. Я кивал головой, не в силах что-то возразить, да собственно и не желающий это делать. Что это даст? Я как не любил Светку, так и не люблю. А сейчас, … сейчас меня просто приперло, и кроме неё, мне помочь некому.
    - Свет. Давай проще! Откажешься, я пойму. Поможешь, я, …
    - Эх Юра, … поздно ты со своим «я» явился. Замужем я.  И хоть морду от него ворочу, но изменять не буду. Время не то!
    - Спасибо! – сказал я, понимая, что Светка уже согласилась, просто сказать сразу «да» она не может. Ей с её характером, надо поворчать. Но всё-таки хорошо, что я на ней не женился. Сейчас бы мозг выносила, будьте нате! Она в этом бооооольшой специалист!

    Со следователем, я договорился что Максимова не включат в уголовное дело, а сделают только свидетелем. За это, я обязался уговорить его папашку оказать помощь УВД топливом, которое было просто в огромном дефиците!
    Вечером, я позвонил Максимову старшему. Разговаривали мы долго, я описывал ему ситуацию, он молча слушал, иногда просил уточнения. Я постарался подать всё так, что Сашу посадят по суду военного трибунала, года на три. Это при условии возбуждения уголовного дела! При этом, суд может принять решение в том числе и о лишении его воинского звания! Но есть возможность всё урегулировать.
    - Что для этого надо?
    - Смотрите Степан Викторович. Вариант первый! Саша подаёт рапорт на увольнение в запас! Вы подсуетитесь в Москве, чтобы уволили быстро, пока идёт следствие. В этом случае, его не будут судить военным трибуналом, а выведут дело в отдельное производство, и дадут максимум пару лет условно! Ну, придётся там подмазать, …
    - Сколько?
    - Не знаю. Этот вопрос вы будете решать не со мной, а с собственником разбитого «КАМАЗА» да с милицией!
    - Понятно, а узнать это можно?
    - Я поинтересуюсь!
    - Хорошо. А второй?
    - Второй вариант, после выделения дела Саши в отдельное производство, менты закрывают дело!
    - И чего это стоит?
    - Это встанет вам в не очень большие деньги, но Саша будет на свободе!
    - Сколько?
    - Новый КАМАЗ, парочку патрульных автомобилей для УВД, и запас топлива на полгода!
    - И я смогу его забрать?
    - Кого? Сашу? Да, конечно! Я думаю, вы найдёте куда его пристроить там в Москве. И ещё, я дал бы вам совет, если вы его выслушаете.
    - Говори!
    - Сашу нужно лечить. Жестко лечить, у него тяжёлая форма алкогольной зависимости! И если не лечить, у него организм не выдержит. Максимум ещё пол года, год, и вы потеряете сына! А чтобы он стал лечиться, надо ему показать, что он вам дорог, и нужен просто как сын, а не как будущие бизнес-планы! Станьте просто отцом. Вспомните как это происходит и просто будьте рядом, как отец, а не как бизнесмен. И тогда, вы защитите его от смертельного недуга и приобретёте сына! Это, наверное, самое важное! Это то, что вы не приобретёте ни за какие деньги, - любовь собственного сына! – я замолчал, ожидая его реакции.
    - Я согласен, …на второй вариант! Пусть они уберут эту позорную страницу из его жизни. Я заплачу, сколько надо и как надо, всё сделаю. И … ещё, …спасибо.
    - Не за что. Просто не забудьте своё обещание! Вы ему нужны сейчас как отец, а не как ледокол!
    - Спасибо!
    - Всего доброго Степан Викторович.
    Ментов я уговаривал недолго. Время было такое, что даже за жизнь целого УВД, надо было бороться, не только с преступностью, но даже со своим вышестоящим начальством. Топлива нет, спецтранспорт старый. Преступники ржут в голос, в открытую над милицейским «Луноходом».