Старушка на стоянке

В тот год я видел ее каждую субботу, когда с супругой приезжал на городской рынок. Ее, сгорбленную старушку лет 80-ти  в старом потертом пальто, выцветшем платке и в штопанных валенках. На стояке она подходила к автомобилям, в которых коротали время мужчины, ожидая своих жен, тихонечко стучала в окошко и жалобным голосом просила, протягивая морщинистую руку: «Сынок, помоги, пожалуйста, сколько сможешь дать». Сердобольные водители высыпали ей на руку мелочь или давали бумажные купюры небольшого достоинства. Принимая деньги, она кланялась, крестилась и долго благодарила. Положив деньги в старый потрепанный кошелек, она шла к следующей машине.

Однажды я спросил ее:
—  Бабушка, что за нужда заставляет Вас просить милостыню?
—  Сынок, так ведь пенсия у меня маленькая совсем, — ответила она.
—  У моей мамы тоже небольшая, но она ведь не ходит, не просит, — недоумевал я.
На глазах у нее выступили слезы:
—  Сынок у меня пьет, — стыдливо сказала она и виновато опустила глаза.
—  Так не давайте ему денег, — продолжал я. — Получается, вы его поите на свою пенсию?
—  Да, а что мне делать? Он требует, я уже не в силах ему отказать.
Она поклонилась и пошла к следующему автомобилю.

Получается, старушка собирает милостыню на выпивку сыну, потому что ее пенсии не хватает. Она готова была унижаться, лишь бы ее сыну не перечить. Мне стало по-своему ее жалко.

Я понимал, что, подавая милостыню старушке, мы не делаем для нее и ее сына пользы. И если, не дай бог, с сыном что-нибудь от пьянства случится, то вина будет лежать и на нас. Но не подать этой милой старушке мы тоже не можем.

Через полгода старушку на стоянке возле рынка я больше не видел…