Ответ

У стен монастырских стояли полки,
Сапега с Лисовским — два гетмана конных.
Сидят подбоченясь, зажав кулаки,
Решая судьбу твердынь непреклонных.

Казалось им, в Лавре одни старики,
И крепость падет перед грозной ордой.
Но встали к бойницам, тверды и крепки,
Герои, готовые ринуться в бой.

Руготин Бессон, боярский сын гордый,
Посохом в створки ворот Красных бьет:
— Сдайте Сапеге твердыню без боя,
Гетман коронный вам милость дает!
— Царь Дмитрий — единственный ваш господин!
Вещает посланник «царька» из Тушин.

Гетману сдайтесь, откройте ворота,
Ведь стены падут от любого налета.
А коль не сдадите твердыню и злато,
Никто не уйдет от меча и расплаты.

В Трапезной светлой, под сводом резным,
Собрались монахи, стрельцы, воеводы.
Посланье зачли пред ликом святым,
Веры решая судьбу и свободы.

Письмо зачитали при общем молчанье.
Внутри собрались воеводы и клир,
Враги предлагали и злато, и мир,
Забыв, что для иноков вера — призванье.

Мнется посол, у ворот ожидая.
Со стен крепостных, от зубчатого края,
Глядят на него из суровых бойниц
Дула тяжелых фитильных ручниц.

Сказал Иоасаф: «Ты послу отпиши,
Лжецарь не имеет здесь власти над нами!
Не ждет пусть Сапега от Лавры ключей —
Мы встретим его не мольбой, а мечами!

Кричали стрельцы, бердыши поднимая,
Дворяне мечами гремели в ответ.
И вора-царька из Туши;н проклиная,
В оконце послу передали пакет.

Под свисты и крики, с позором и воем,
Ушел он к Сапеге в походный шатер.
Он слышал дыхание грозное воев,
Да старцев седых молчаливый укор.

Сутки прошли… В полдень хмурый, дождливый
К воротам приблизился вражий гонец.
Сапега не терпит отказа, спесивый,
Вас штурмом возьмут, и тогда вам конец.

Лови же ты свиток, явился коль снова,
В бумажном клочке — воеводы ответ,
Известное русское бранное слово...
Прилично сказать, так услышите «НЕТ».

Ударил набат над седыми стенами,
Над Лаврою низко неслись облака.
Монахи и ратники встали рядами —
За веру, за Русь, за покой на века.