По следам Нищенки

По-разному складываются судьбы рек: одни, прославленные и воспетые, долго и неспешно несут свои воды в моря и океаны, а другим суждено провести свою безвестную короткую жизнь в коллекторе…
Среди так называемых «малых рек» Москвы самая плачевная судьба, наверное, у Нищенки. Течет она по коллекторам и промзонам юго-востока столицы и считается одной из самых загрязненных рек нашего города. Между тем в далеком
прошлом Нищенка была чиста и прозрачна, и на ее  берегах выросли деревни – Карачарово, Грайвороново и Хохловка, а в поймах ее притоков  вырыли пруды и построили усадьбы. Кусково, Кузьминки, Люблино – это все бассейн Нищенки.

Исток Нищенки – в Измайловском парке. Удобнее доехать туда по МЦК до станции «Соколиная гора». Пересечем проезжую часть по застекленному пешеходному переходу, и вот мы уже в парке, недалеко от Круглого пруда.
Пруд, имевший форму подковы,  существовал здесь еще в XVII веке, при  царе Алексее Михайловиче. С течением времени пруд и его берега превратились в болото, прозванное Черничным. В 1930-е годы, во время благоустройства Измайловского парка, пруд восстановили и расширили, придав ему нынешнюю круглую форму с островом посередине .
Пруд находится недалеко от водораздела Серебрянки и Нищенки.  Непохожи судьбы этих речек, имеющих почти одинаковую длину (около 12,5 км). Серебрянка течет преимущественно в открытом русле по Измайловскому парку, а затем образует обширный Серебряно-Виноградный пруд на территории  усадьбы Измайлово. Потом, уже в коллекторе, Серебрянка сливается с Сосенкой, превратившись в один из подземных притоков Яузы Хапиловку (в пойме которой существовал до 1930-х годов обширный Хапиловский пруд). Своенравная Нищенка несет свои воды непосредственно в Москву-реку, но ее путь не украшают ни пруды, ни парки, ни памятники архитектуры…
Круглый пруд располагается немного левее станции МЦК «Соколиная гора». Мы же свернем направо, на Первомайскую аллею. Минут через двадцать-тридцать мы увидим пересекающий ее ручеек, который выходит из трубы со стороны территории конно-спортивного клуба «Измайлово». Это предположительно и есть исток Нищенки. Если пройти совсем немного в глубь леса, можно в первый и последний раз увидеть Нищенку в образе прелестной лесной речки. В ясную погоду ее пока еще чистые  воды отражают небесную лазурь и сияют, словно зеркало, в темно-зеленой оправе густых зарослей. Но очарование длится недолго. Впереди нарастает шум Электродного проезда, сказочный лес и речка превращаются в замусоренное болото… Где-то здесь Нищенка уходит в коллектор, но не будем искать его: запомним речку такой, какой видели  при первой встрече, и продолжим наш путь, дабы познакомиться с ее притоками.   
По Первомайской аллее выйдем из парка, пересечем проезжую часть по нерегулируемому переходу и, миновав пустырь перед серым четырехэтажным зданием, окажемся на шоссе Энтузиастов .
На противоположной стороне – Храм иконы Божией Матери «Взыскание погибших» в Перово, построенный в 2021 году на берегу Владимирского пруда. Путь к нему пролегает вдоль шоссе Энтузиастов до одноименной станции метро, а далее по подземному переходу, который выведет нас сразу к цели.
Название храма напоминает  об истории, случившейся в конце  V- начале VI века в Византии. В городе Адане (ныне территория Турции) жил эконом городского собора по имени Филофей. Он отличался честностью, много занимался благотворительностью, пользовался всеобщей любовью  и уважением, но, став жертвой клеветы, потерял должность и вынужден был жить в бездействии, опозоренный, одинокий и никому не нужный.  Не вынеся такого существования, он заключил договор с дьяволом и, отрекшись от Христа и Богоматери, вернул прежний социальный статус.  Однако вскоре Феофил понял, что натворил, раскаялся и стал молить о прощении Богоматерь, которая сжалилась над грешником и даже вернула ему злополучный документ. Эта история, впервые записанная в VII веке, стала известна в России в конце XVII  столетия, когда митрополит Димитрий Ростовский изложил ее в своем фундаментальном собрании житий святых. Неизвестно, как выглядела икона Богоматери, перед которой молился Феофил, однако в XVIII столетии в России начинается почитание иконы, которая должна была напомнить верующим его историю и вселить надежду отчаявшимся на прощение и спасение. Эта икона, известная в нескольких списках, именуется «Взыскание погибших» . Слова взыскание, взыскивать, взыскать в современном русском языке ассоциируются с наказанием или требованием денег в судебном порядке, однако В.И.Даль, наряду с привычными для нас значениями, говорит о еще одном: «Оказывать кому в высшей степени милость» . Таким образом, применительно к иконе подходит именно это значение.
Храм, посвященный иконе «Взыскание погибших», косвенно связан с памятью места, на котором был воздвигнут. Ведь шоссе Энтузиастов – это Владимирский тракт (в начале ХХ века – Владимирское шоссе), более известный как Владимирка, по которой вели в Сибирь осужденных. В 1919 году Владимирское шоссе получило современное название: в память «энтузиастов», боровшихся с царским режимом и пострадавшим за это. Существует предположение, что река Нищенка получила свое название потому, что близ ее верховьев осужденные прощались с родными и здесь собиралось немало нищих, надеявшихся на милостыню. Если это так, то нынешний храм стоит недалеко от этого места.
Лучше всего храм смотрится с противоположного берега Владимирского пруда.  В начале ХХ века  пруд назывался Хлудовским; питающий его ручей, заключенный ныне в коллектор, является первым притоком Нищенки. Его длина – около полутора километров, зато известен он под тремя именами: Перовский, Хлудовский и Владимирский . 
Двигаясь вдоль правого берега пруда, выйдем из парка, свернем направо, на улицу Плеханова, а затем налево, на Перовскую улицу. Слева от нас, между Перовской улицей и Зеленым проспектом, – фрагмент малоэтажной застройки второй половины 1940-х годов. Уцелевшие дома получили неофициальное название «Немецкого городка» за необычный облик на фоне  безликой окружающей застройки и за то, что, возможно, в их сооружении принимали участие пленные немцы. Продолжив путь по Перовской улице, свернем направо, на улицу Лазо, которая выведет нас к Перовскому парку. Перед нами – Купавенский пруд, называвшийся также Церковным, Перовским и Советским. Пруд, вырытый в начале XVIII века, принадлежит к бассейну Нищенки. Считается, что он находится в пойме ручья, являющегося одним из истоков речки Чурилихи – крупнейшего притока Нищенки. Некогда пруд находился на территории усадьбы Перово, которую императрица Елизавета Петровна подарила в 1744 году своему фавориту Алексею Разумовскому. В 1747 году на берегу пруда был выстроен деревянный дворец для Елизаветы Петровны, простоявший здесь совсем недолго: в конце XVIII века он был разобран; на его месте находится ныне Московский театр иллюзий. Через парк выйдем к храму иконы Пресвятой Богоматери «Знамение». Он был построен в 1690-1708 гг. при тогдашнем владельце усадьбы – известном государственном деятеле Петре Алексеевиче Голицыне (1660-1722). По преданию, в 1742 году здесь состоялось тайное венчание Елизаветы Петровны и Алексея Григорьевича Разумовского . Впрочем, история любви дочери Петра Великого и бывшего церковного певчего – отдельная тема; мы же, покинув парк, по Кусковской улице дойдем до Большого Перовского пруда, расположенного недалеко от платформы Кусково. Он был вырыт при слиянии двух ручьев, которые считаются истоками уже упомянутой Чурилихи – крупнейшего притока Нищенки.
Хотя значительная часть Чурилихи заключена в коллектор, ее судьба сложилась удачнее, чем у Нищенки. На ней существуют несколько прудов, в том числе Кузьминские и Люблинские, а ее притоки дали жизнь Кусковским и Косинским прудам . И все же, несмотря на красоты пейзажных парков и старинных усадеб, мы не пойдем на этот раз вслед за Чурилихой, а вернемся к Нищенке, которую покинули  у ее истока в Измайловском парке.

Чтобы снова встретиться с Нищенкой,  отправимся на Дангауэровку. Добраться туда можно на метро – до станции «Авиамоторная», по железной дороге – до одноименной платформы (до 2020 года называвшейся Новой), на автобусе или электробусе. Лучший выбор – электробус м6, на котором обозначена конечная остановка  – «Дангауэровка». Следует он от стадиона Лужники мимо Новодевичьего монастыря и Кремля и заканчивает свой путь на окраине Дангауэровки на Пятой Кабельной улице. И все же на Дангауэровку, как и встарь, лучше ехать на трамвае.  Для этого подойдут маршруты №12, 37, 46 или 50. Все четыре доставят Вас к остановке «Дом культуры «Компрессор»» на шоссе Энтузиастов.
Это остановка-призрак: давно нет ни завода «Компрессор», ни дома культуры. Прямо перед нами – гигантское здание в стиле «сталинского ампира», построенное в 1957 году для Всесоюзного научно-исследовательского и проектно-технологического института электрокерамики .
Если стоять лицом к шоссе Энтузиастов, справа будет Дангауэровский путепровод над железнодорожными путями Казанско-Рязанского направления, а слева – Окружная железная дорога, которая в начале ХХ века стала очередной границей Москвы. Недалеко от нее, на противоположной стороне шоссе Энтузиастов, высятся монументальные промышленные сооружения. Примерно здесь Нищенка (заключенная ныне в коллектор) пересекала Владимирский тракт. Если принять упомянутую версию относительно происхождения ее названия, прощание родных с осужденными на каторгу происходило скорее всего именно здесь.
Пройдем немного вдоль шоссе Энтузиастов по направлению к Дангауэровскому путепроводу.  Между левым торцом бывшего Института электрокерамики и железной дорогой, в начале проезда Энтузиастов, находился трамвайный круг, где была конечная остановка нескольких трамваев. Называлась она «Дангауэровская слобода», с конца 1940-х – «Новые дома», а затем – «Дом культуры «Компрессор»».   О существовании этого круга, ликвидированного в 2017 году в связи со строительством станции метро «Авиамоторная» БКЛ (Большой кольцевой линии), напоминает  ответвление рельсов, почти сразу исчезающих за глухим забором.
Это место, даже измененное до неузнаваемости, мне памятно, и вот почему.







Летом 1944 года сюда приехала моя мама на трамвае №24 . В ту пору ей было 11 лет, и она недавно вернулась из эвакуации. Девочке очень хотелось посмотреть Москву, и она, как могла, осуществила мечту, прокатившись несколько раз по городу на трамваях. Конкретные впечатления от этих поездок со временем забылись, но один маршрут мама хорошо помнит: к остановке на площади Ногина (ныне Славянская площадь) подъехал трамвай с красивым, звучным и загадочным названием конечной остановки  – Дангауэровка. И как было не войти в остановившийся вагон и не отправиться в манящую неизвестность? Впрочем, Дангауэровка так и осталась нераскрытой тайной. На конечной остановке, в незнакомом  районе,  нечего было и думать о том, чтобы покинуть «островок безопасности» трамвая, и девочка, не выходя из вагона, поехала домой.
80 лет спустя, летним вечером 2024 года, я увидела у станции метро «Китай-город»  электробус м6 со знакомым названием – «Дангауэровка». И возможно ли было не войти в распахнувшуюся передо мной дверь? Правда, как оказалось, маршруты бывшего трамвая №24 и электробуса м6, доставившие нас с мамой в Дангауэровку, совпадают на очень коротком участке: это Солянский проезд и улица Солянка до Подколокольного переулка. Далее их пути расходятся навсегда, и их конечные остановки расположены довольно далеко друг от друга, по разные стороны шоссе Энтузиастов и железнодорожных путей Казанско-Рязанского направления.  Это и понятно: бывший круг бывшего трамвая №24 находился у  Дангауэровской слободы, а конечная остановка электробуса м6 – у  Дангауэровского городка.
Однако пора вернуться к остановке, на которую нас привез один из четырех упомянутых трамваев. Дом культуры «Компрессор», в честь которого она названа, находится на противоположной стороне шоссе Энтузиастов. Он был сооружен в 1927-1929 гг. по проекту Владимира Михайловича Владимирова (1886-1969). В основе композиции – два соединенных галереей корпуса. В правом находился зрительный зал и столовая, в левом – библиотека и помещения для занятий кружков . В нашем столетии дом культуры закрыли, а в его отреставрированном здании расположился магазин, исказивший внешний облик памятника архитектуры конструктивизма.
Пересечем шоссе Энтузиастов по подземному переходу, свернем направо, а затем налево, на Первую улицу Энтузиастов. Вот мы и добрались до Дангауэровки.
Первая улица Энтузиастов и ответвившаяся от нее Вторая улица Энтузиастов выведут нас к воротам бывшего завода «Компрессор». Основали его в 1869 году Андрей Карлович (Генрих Карл) Дангауэр и Василий Васильевич (Христиан Вильгельм) Кайзер. Первоначально это были слесарно-кузнечные мастерские товарищества «Дангауэр и Кайзер», выпускавшие металлоизделия всевозможного назначения .  В начале ХХ века директором-распорядителем товарищества стал сын А.К.Дангауэра  Виктор Андреевич . После революции завод назвали «Котлоаппарат», а в 1931-м – «Компрессор». В годы Великой Отечественной войны он был эвакуирован в Челябинск, где изготовлял боевые машины, известные под названием «Катюша». После войны завод вернулся к производству холодильного оборудования для различных отраслей промышленности, однако москвичи знали его прежде всего как производителя качественных бытовых холодильников, которые можно было приобрести здесь же. Несколько лет назад завод прекратил свое существование, его территория сдается в аренду.
Во второй половине XIX века вокруг мастерских товарищества «Дангауэр и Кайзер» стали селиться рабочие с семьями, и в начале ХХ века на планах Москвы и в адресно-справочной книге «Вся Москва» уже фигурирует Дангауэровская слободка и ведущий к ней от Владимирского шоссе (ныне шоссе Энтузиастов) Дангауэровский проезд.  Находилась она между Владимирским шоссе, жедезной дорогой Казанско-Рязанского направления и Окружной железной дорогой, вдоль которой протекала речка Нищенка. Местность была не очень приятная, и хотя в пору существования Дангауэровской слободки с Владимирки уже не раздавался кандальный звон, ибо для транспортировки заключенных стали использовать поезда, в народе долго хранилась память о ее печальной славе. Зато какое название – Дангауэровка! Даже большевистская идеология не устояла перед магией этого звучного, звонкого имени.
После революции завод официально переименовали в «Котлоаппарат», однако в адресно-справочной книге «Вся Москва» за 1920-е годы он значится как завод «Дангауэр». Что касается топонимов, связанных с красивой фамилией бывшего хозяина, то их число в послереволюционные годы заметно возросло. В 1920-е годы появились Первая и Вторая улицы Дангауэровской слободы. Правда, в 1928 году их переименовали в Первую и Вторую улицы Энтузиастов, но одновременно по соседству возникли три Дангауэровские переулка . В советское время Дангауэровскую слободку стали называть более солидно – Дангауэровской слободой, а в конце 1920-х годов у нее появился младший брат – Дангауэровский городок, раскинувшийся на другой стороне  железной дороги Казанско-Рязанского направления . Однако в послевоенное время связанные с Дангауэровкой названия постепенно исчещают. Отчасти это произошло из идеологических соображений, отчасти – само собой. Конечная остановка трамваев у Данагуэровской слободы стала называться «Новые дома», а в 1950-е годы  бесследно исчезли все три Дангауэровских переулка .
На территории бывшей Дангауэровской слободы, от которой давно почти ничего не осталось, мало что радует глаз.  Промзоны, автостоянки, пустыри, общежития  – таков внешний облик этого уголка Москвы, зажатого между железнодорожными путями и шоссе Энтузиастов. Однако летом в выходной день можно увидеть эту бывшую рабочую окраину иначе: зеленые тенистые дворы, старые раскидистые деревья, тихие улицы, а среди привольно растущей травы на пустырях – ромашки, россыпи светящихся на солнце цветов цикория и неумолчное стрекотание кузнечиков…
И все же не будем забывать о цели нашего путешествия. Здесь, в Дангауэровской слободе, нас ждет Нищенка.
От проходной «Компрессора» повернем направо, а затем налево, продолжив путь вдоль железнодорожных путей Казанско-Рязанского направления. Можно идти по дощатому настилу, а можно по довольно неровной проезжей дороге, где обычно бывает немного машин. Этот малоприятный участок пути продлится недолго: минут через пять Вы услышите радостное журчание Нищенки, а затем увидите и саму речку. Порезвившись немного среди зарослей на задворках бывшего завода «Компрессор», Нищенка исчезает под железнодорожными путями Казанско-Рязанского направления.
Можно, продолжив путь по выложенному плиткой тротуару, минут за пять добраться до станции МЦК «Андроновка», а затем до одноименной станции МЦД, известной москвичам как платформа «Фрезер». Однако завода «Фрезер» давно нет, а названную в честь него платформу переименовали. На немалом расстоянии от «Андроновки» МЦК, по другую сторону Казанско-Рязанской железной дороги, есть еще одна станция «Андроновка». Она была построена в начале ХХ века на Московской окружной железной дороге. От одноименной станции МЦК добраться до нее довольно сложно, и чуть позже мы укажем более приемлемый путь. Сейчас же мы идем не к МЦК, а в противоположную сторону.
От моста над Нищенкой вернемся  той же дорогой на Первую улицу Энтузиастов, а затем свернем налево. Миновав здание, где располагается юридический факультет Московского университета им. А.С.Грибоедова (в 1993-2022 гг. – Институт международного права и экономики), перейдем по пешеходному мосту железнодорожные пути Казанского-Рязанского направления.
Теперь мы находимся в сквере «Новый». Сзади, за железнодорожными путями, – Дангауэровская слобода, впереди – Дангауэровский городок,  справа – вход на железнодорожную платформу «Авиамоторная». Ее открыли в 1942 году и назвали «Новые дома». Со временем платформа стала просто «Новой», а в 2020-м ей присвоили нынешнее наименование.
Здесь перед нами два пути. Первый – для тех, кто во что бы то ни стало хочет снова увидеть Нищенку в открытом русле . Второй подойдет тем, кого прежде всего интересует архитектура конструктивизма. Впрочем, оба пути можно соединить.

От пешеходного железнодорожного моста у платформы «Авиамоторная» повернем налево и через сквер выйдем на улицу с прелестным названием – Пруд-Ключики. Появилась она в конце 1940-х годов. и вела к пруду Ключики на речке Нищенке недалеко от платформы «Андроновка» Московской окружной железной дороги. Судя по названию, вода в пруду была когда-то чистая, ключевая… Однако когда возникла улица Пруд-Ключики, от прежнего пруда мало что осталось. На карте 1940 года на его месте значатся два крошечных прудика: один у пересечения Казанской и Окружной железных дорог, другой – у платформы «Андроновка» , которая в то время была уже закрыта для пассажиров. 
Прежде чем отправиться к исчезнувшему пруду, бросим взгляд на один из фасадов дома №5 по улице Пруд-Ключики.  Этот памятник архитектуры конструктивизма является одним из старейших домов Дангауэровского городка. Он был построен в 1928 году по проекту Евгения Васильевича Шервинского (1878-1942) . Принадлежал архитектор к весьма известной семье. Его отец, Василий Дмитриевич Шервинский (1850-1941), был основателем эндокринологии в нашей стране, а брат, Сергей Васильевич Шервинский (1892-1991), стал поэтом, писателем и переводчиком античной литературы.
Почти сразу за обычно безлюдной автобусной остановкой (откуда открывается лучший вид на построенный Е.В.Шервинским дом) тротуар превращается в неровную тропинку, но не стоит волноваться: по регулируемому переходу перейдем на другую сторону улицы, где есть нормальный тротуар.
Итак, мы идем по улице Пруд-Ключики. Милое имя, увы, обманчиво: справа – научно-производственные предприятия, слева – проезжая часть и железная дорога, за которой – территория бывшего завода «Компрессор». Недалеко от пересечения Казанско-Рязанской и Окружной железных дорог улица превращается в Андроновское шоссе, перерезанное Юго-восточной хордой Московского скоростного диаметра. Свернув направо, продолжим путь вдоль нее. И вот здесь мы снова увидим Нищенку. Это уже не робкий ручеек, а вполне «взрослая» речка. Она течет среди деревьев в укрепленных берегах и издалека совсем не кажется такой уж грязнулей, как ее принято считать. Впрочем, благоустройство для пешеходов набережной Нищенки – дело будущего, а сейчас следует соблюдать осторожность, пытаясь познакомиться с ней поближе.
Там, где мы сейчас находимся, был тот самый пруд Ключики, давший название улице. Судя по карте издательства Суворина, в начале ХХ века он тянулся вдоль Московской окружной железной дороги от ее пересечения с Казанско-Рязанской железной дорогой до платформы «Андроновка», которая виднеется впереди слева за Юго-восточной хордой и Андроновским шоссе.
Продолжив путь вдоль Нищенки, мы вскоре дойдем до Пятой Кабельной улицы. Здесь, близ устья текущего под землей Карачаровского ручья, Нищенка скрывается в коллекторе, а мы, пройдя под Юго-восточной хордой, пересечем по пешеходному переходу Андроновское шоссе и направимся вдоль него, чтобы поближе увидеть замеченную нами издалека станцию «Андроновка» Московской окружной железной дороги. Здание для пассажиров, построенное в начале ХХ века и отреставрированное в 2016-м, хорошо видно со стороны Андроновского шоссе. Кроме того, поблизости находятся относящиеся к тому же времени дом, где жили служащие станции, и сторожка обходчика путей .   
Что же это за топоним, который, как мы помним, носят три станции: МЦК, МЦД и закрытая для пассажиров станция начала ХХ века Московской окружной железной дороги?
Станция Андроновка Московской окружной железной дороги была построена на территории Ново-Андроновского земского участка, название которого происходит от деревни Новая Андроновка. Она находилась довольно далеко от станции, между Всехсвятским женским единоверческим монастырем и заводом Гужона ; неподалеку проходил Золоторожский Камер-Коллежский Вал и протекал впадающий в Яузу ручей Золотой Рожок. Ныне на месте разрушенного в 1930-е годы монастыря, недалеко от пересечения шоссе Энтузиастов с Третьим транспортным кольцом стоит изуродованное церковное здание (Шоссе Энтузиастов, 7), а на месте завода Гужона и пришедшего ему на смену металлургического гиганта «Серп и молот» – ЖК «Символ». Топоним «Новая Андроновка» предполагает существование Андроновки. И действительно, деревня Андроновка (она же Андроново) существовала недалеко от Владимирского тракта близ Рогожской заставы до конца XIX века, когда ее территория была занята заводом Гужона и другими промышленными предприятиями. Обе исчезнувшие деревни – Андроновка и Новая Андроновка – находились недалеко от Спасо-Андроникова монастыря, название которого напоминает о его первом игумене – ученике Сергия Радонежского Андронике. Однако топонимическая цепочка завела нас сдишком далеко от станции Андроновка… Пора продолжить наш путь.
Вернемся той же дорогой на Пятую Кабельную, пересечем текущую под ней Нищенку и выйдем на Авиамоторную улицу. Впереди – Второй автобусный парк (Пятая Кабельная, 1). Его открыли в начале 1941 года и назвали Четвертым Дангауэровским парком. Во время Великой Отечественной войны он использовался для нужд обороны, но в мае 1945 года стал перевозить пассажиров. При этом он был переименован во Второй автобусный парк, а из названия исчезло  слово «Дангауэровский». Это имя и поныне значится на воротах автопарка, однако на официальном сайте Мосгортранса автопарк значится как «Эксплуатационная площадка «Дангауэровка»» . Вот сюда и приезжает упомянутый электробус м6 с надписью «Дангауэровка».
Свернув направо, на Авиамоторную улицу, мы почти сразу увидим самый знаменитый архитектурный памятнике Дангауэровки – бывший гараж Госплана (Авиамоторная улица, 63). Он был возведен в 1936 году по проекту Константина Степановича Мельникова (1890-1974), став последним осуществленным замыслом 46-летнего мастера, находившегося в расцвете творческих сил. Несмотря на наступление новой эпохи, отвергнувшей  творческие искания послереволюционных лет, архитектор остался верен себе и своему стилю.
Первоначально гараж принадлежал автобазе Госплана, с 1955 года – Восьмому таксомоторному парку, в начале нашего века его арендовали различные организации. С 2018 года он находится на реставрации. Фасад здания, выходящий на Авиамоторную улицу, представляет собой композицию из двух гигантских окон – прямоугольного и круглого. Справа – башня с рифленой поверхностью, гипертрофированные каннелюры которой напоминают античные колонны. Глухой забор мешает увидеть здание целиком. Однако его можно рассмотреть сбоку сквозь ограду или со стороны двора, на которые обращены окна, их ритм  следует движению лестничных маршей .

От пешеходного моста через железную дорогу у платформы «Авиамоторная»  до гаража Госплана мы добирались довольно долго, но туда есть более короткий и легкий путь.
Выйдем через сквер на Вторую Кабельную улицу, соединяющую платформу с главной проходной завода «Москабель». Напомним, что за нами, по ту сторону железной дороги, –Дангауэровская слобода, перед нами – ее младший брат Дангауэровский городок, называемый чаще просто Дангауэровкой.
Здесь, в районе нынешней улицы Авиамоторная близ шоссе Энтузиастов, в 1928-первой половине 1930-х годов группой архитекторов (Блохин Б.Н., Буров И.Г., Вегнер А.П., Виссинг М.Г., Звездин И.А., Молоков М.Н., Мотылев М.И., Савельев Л.И., Федоров А.Н., Фридман Д.Ф., Шервинский Е.В.)  были построены дома для работников близлежащих предприятий – «Компрессор», «Москабель», «Серп и молот» и других . В 1930-е годы этот район, в том числе официально, называли Дангауэровкой или Дангауэровским городком, несмотря на то, что топоним напоминал фамилию  бывшего «эксплуататора». Архитекторам удалось реализовать лишь часть замысла, однако то, что было построено и сохранилось, впечатляет. Прямые широкие улицы, обширные зеленые дворы, большие окна и в целом – соразмерность человеку этого конструктивистского квартала. Особое внимание современного москвича привлекает то, как почти сто лет назад заботились об инсоляции помещений в массовом жилищном строительстве.
Итак, мы стоим в начале Второй Кабельной улицы, однако на адресных табличках значится: «Пруд-Ключики, 5» и «Пруд-Ключики, 3». Правильно, это фактические адреса домов, выходящих на знакомую нам улицу противоположными торцами. Эти дома построены в стиле конструктивизма, а справа – памятник  другой эпохи: монументальный жилой дом в стиле «сталинского ампира» середины 1950-х годов.
Вторая Кабельная вскоре выведет нас на Авиамоторную. В нынешнем своем виде она была «склеена» из нескольких улиц. Та же ее часть, которая начинается от шоссе Энтузиастов и заканчивается у железнодорожных путей Горьковского направления, называлась Центральным проездом, ибо он был задуман как главная ось Дангауэровского городка. Здесь, на перекрестке Авиамоторной и Второй Кабельной, можно увидеть четыре конструктивистских дома (все числятся по Авиамоторной улице): справа от нас – дом №47, слева – дом №49/1, построенный в 1928 году по проекту Е.В.Шервинского и И.А.Звездина. На противоположной стороне Авиамоторной, справа от нас,– дом №20/17 1929 года, а слева – эффектно оформленный балконами фасад «Дома ударников», предназначенный для передовиков производства  завода «Компрессор» и фабрики «Парижская коммуна»» (№22/12). Он был сооружен по проекту Николая Михайловича Молокова (1897-1976) в 1934 году. 
Вторая Кабельная  выведет нас к главной проходной завода «Москабель». Он был основан в 1895 году инженером-технологом Михаилом Михайловичем Подобедовым. В настоящее время преемником завода является группа компаний «Москабельмет». От заводской проходной свернем налево и прогуляемся вдоль исторических корпусов завода по Второму Кабельному проезду, чтобы отчасти представить себе масштабы предприятия, о котором напоминают пять Кабельных улиц и два Кабельных проезда.
От Второго Кабельного проезда свернем налево, на Третью Кабельную улицу, которая снова выведет нас на Авиамоторную. На ее противоположной стороне начинается известная нам улица Пруд-Ключики. Здесь она выглядит вполне привлекательно: слева – отреставрированные конструктивистские дома с зелеными благоустроенными дворами, справа – парк 65-летия Победы. Кажется, впереди будет еще лучше, но мы уже знаем, что это не так…
Вернемся на Третью Кабельную и свернем в обширный зеленый двор, образуемый конструктивистскими домами 28/2 и 28/4, построенными в 1929 году по проекту Михаила Ивановича Мотылева (1891-1969) . В конце двора – памятник В.И.Ленину, а за ним – следующий двор, раскинувшийся за домом, построенным в 1940 году в стиле «сталинского ампира» (Авиамоторная, 30).
В этом дворе находится одно из зданий школы №1321 «Ковчег», где располагается Музей кочевой культуры (Авиамоторная, 30А).  Он был основан в 2004 году этнографом, путешественником и писателем Константином Куксиным. Все началось с поездки на велосипеде в Китай через Монголию, откуда Константин привез первый экспонат – монгольскую юрту. Сейчас в Музее более двадцати подлинных жилищ кочевников (ненецкий чум, шатер туарегов, шатер  бедуинов, киргизская юрта, чукотская яранга, саамская вежа, цыганский шатер, тибетский шатер, хижина южноамериканских индейцев и т.д.). Во время экскурсии посетители досконально знакомятся с одним из жилищ, о котором им рассказывает этнограф или антрополог, лично общавшийся с его обитателями .
Снова выйдем на Авиамоторную улицу и, повернув направо, вскоре увидим знакомый нам гараж Госплана.
Осматривая достопримечательности Дангауэровки, мы, кажется, забыли о нашей Нищенке, скрывшейся в коллекторе под Пятой Кабельной улицей. Через некоторое время она  снова выберется на свободу, но не будем преследовать ее по промзонам. Лучше отложим очередное свидание с ней до следуюшей прогулки.

Начнется она далеко от здешних мест – на Новоконной площади, рядом с которой недавно появилась станция МЦД «Калитники».  В начале ХХ века здесь находился конный рынок, а сейчас – конечная остановка трамвая «А» (Аннушка). Выйдя из вагона, мы сразу окажемся на высоком берегу обширного Калитниковского пруда, окруженного благоустроенной прогулочной зоной. Приятно неожиданно оказаться на водном просторе, но зачем мы сюда приехали?
Дело в том, что Калитниковский пруд находится в пойме речки Хохловки (известной также как Хохловский ручей, Калитниковский ручей и речка Калитенка) – притока Нищенки, впадающего в нее под землей близ станции МЦК «Новохохловская».  Название пруда связано с местностью Калитники. По одной версии, топоним напоминает о хозяине здешних мест – князе Иване Калите; по другой – о занятиях местных жителей: одни из них – калитники – мастерили кожаные сумки – калиты, а другие изготовляли кирпичи, которые калили, то есть обжигали в специальных печах .
Полюбовавшись прудом со стороны Новоконной площади, повернем направо и продолжим путь по его берегу. На противоположной стороне – церковь иконы Божией Матери «Всех скорбящих Радость» (1838) на Калитниковском кладбище. После того, как пруд эакончится, проследуем по дороге в том же направлении, а затем, свернув направо, во дворы, выйдем на Большую Калитниковскую улицу. Оставив в стороне Калитниковские бани (Большая Калитниковская, 42), продолжим путь вдоль Большой Калитниковской в сторону центра, затем за остановкой трамвая «Малый Калитниковский проезд» пересечем проезжую часть по пешеходному переходу и по дорожке вдоль торца Института радиосвязи выйдем на Нижегородскую улицу. Направо – остановка автобусов м7 и т63, которые довезут нас до остановки «Хохловка». Ее название, а также имена окрестных улиц (Верхняя Хохловка, Нижняя Хохловка, Новохохловская) напоминают об исчезнувшей деревне на берегу речки Нищенки.
Перейдем Нижегородскую улицу по подземному переходу, немного углубимся во дворы и повернем направо. Где же наша Нищенка? – Да вот же она: радостное журчание вырвавшейся на свободу речки не заглушит гул Нижегородской улицы и Юго-восточной хорды. Идем скорее на звук струящейся воды – и через минуту увидим Нищенку. Она покидает коллектор под железной дорогой Горьковского направления и течет между Юго-восточной хордой и зелеными насаждениями перед жилыми домами. Здесь заметны следы былого благоустройства: вдоль речки когда-то проложили прогулочную дорожку и соорудили миниатюрный водопадик перед ее исчезновением в очередном коллекторе. Здесь будьте осторожны: у моста над входом в коллектор нет перил, а на близлежащем пустыре можно споткнуться о торчащую из земли железку. Чтобы добраться до станции МЦК или МЦД «Нижегородская», обитатели близлежащих домов проходят мимо водопадика, спускаются с пригорка по тропинке  вдоль Нищенки и далее идут под хордой, за которой рукой подать до цели. В светлое время суток и в сухую погоду этот путь несложен и  относительно безопасен, однако для пешеходов он не оборудован, а потому лучше вернуться на Нижегородскую улицу и доехать наземным транспортом до удобной Вам станции метро. 
Здесь, у водопадика, мы надолго распрощаемся с Нищенкой. Свой дальнейший многотрудный и печальный путь она проделает без нас, но мы еще раз увидим ее.
До свидания, Нищенка! До встречи – в устье.

Нашу заключительную прогулку мы начнем у станции метро «Текстильщики». Пересечем Люблинскую улицу по регулируемому переходу и, повернув направо, увидим невдалеке небольшой зеленый массив. Нам – туда, и вот мы уже стоим под сенью старинных ив на берегу пруда Садки в пойме речки Коломенки – еще одного притока Нищенки. Обойдем пруд и продолжим путь по зеленой и тихой улице Артюхиной , которая приведет нас в парк. Вскоре за деревьями покажется один из крупнейших прудов Москвы – Люблинский, на берегу которого находится усадьба Люблино. Самый знаменитый ее владелец –  Николай Алексеевич Дурасов (1760-1818). Семьи у него не было, и свое несметное богатство, унаследованное от матери, происходившей из купцов- старообрядцев, он тратил на украшение усадьбы и крепостной театр. Московская знать презирала его за низкое происхождение и вульгарные манеры, но охотно пользовалась его гостеприимством. Сейчас в отреставрированном дворце, построенном при Н.А.Дурасове, расположен музей.
Люблинский пруд выкопан в пойме крупнейшего притока Нищенки – Чурилихи.  В конце первой прогулки мы были у ее истока близ Большого Перовского пруда, а теперь находимся у ее устья. Исчезнув в коллекторе под Люблинской улицей, Чурилиха под землей впадает в Нищенку за Юго-восточной хордой в районе Шоссейной улицы. Легко представить, что может порассказать Чурилиха своей сестре Нищенке: Кусково, Косино, Кузьминки, Люблино… Сколько живописных прудов сохранилось в ее пойме, сколько архитектурных достопримечательностей   расположено по ее берегам! А Нищенка? Нечего ей порассказать, нечем похвастаться… Однако путь Нищенки еще не закончен, а потому поспешим на встречу с ней. Для этого проще всего от станции метро Волжская, выходящей прямо в Люблинский парк, проехать одну остановку до станции Печатники, а оттуда на автобусе до Николо-Перервинского монастыря (Шоссейная улица, 82).
По преданию, обитель была основана в XIV веке, но его древнейший сохранившийся архитектурный памятник – Никольский собор  – относится ко второй половине XVII столетия. Рядом с ним высится грандиозный собор Иверской иконы Божией матери, построенный в русско-византийском стиле в 1905-1908 гг. После революции монастырь был закрыт. В 1970-е годы в Никольском соборе стали проводиться реставрационные работы, а в 1991 году начинается возрождение монастыря как религиозного и духовного центра. 
Обитель стоит на берегу Москвы-реки, недалеко от излучины, превратившейся со временем в остров в результате прорыва перешейка вешними водами. Отсюда и топоним Перерва , отразившийся в названии улицы и железнодорожной платформы. Сейчас Москва-река от монастыря не видна. Чтобы добраться до берега, надо от ворот обители сразу повернуть налево и идти вдоль спускающейся вниз дороги. Вскоре слева покажется ограда, за которой, окруженный густыми зарослями, находится пруд-отстойник, где воды Нищенки по возможности очищают перед впадением в Москву-реку. Там, где ограда поворачивает в сторону Москвы-реки, начинается парковая зона, по которой можно выйти на берег.
До Москвы-реки есть более короткий и удобный путь. От  монастырских ворот надо направиться в сторону старинной водокачки (ориентир – надпись «Шиномонтаж»), а от нее вдоль жилых домов, стоящих почти на самом краю высокого берега Москвы-реки, дойти до железной лесенки, по которой местные жители спускаются в парк.
Итак, мы на берегу Москвы-реки. Перед нами – монументальная Перервинская плотина, построенная в 1930-е годы. Справа от нее начинается благоустроенная  набережная, по которой можно дойти до парка «Печатники» и пристани, где останавливаются речные трамваи. Мы, однако, направимся налево, вдоль ограды пруда-отстойника, по тропинке, которая скоро приведет нас к главной цели нашего путешествия.  Это устье Нищенки в форме небольшого залива. На противоположном его берегу виднеются купола Николо-Перервинского монастыря, и вот здесь-то становится ясно, что древняя  обитель была основана не просто на берегу Москвы-реки, а в устье Нищенки.
«Главное в жизни – конец» - гласила одна из надписей на фронтоне храма Аполлона в Дельфах . С этим мнением нелегко согласиться, однако судьба героини нашего повествования свидетельствует о его истинности. Скорбные странствия забытой Нищенки имеют, оказывается, смысл и цель – святую обитель в конце пути. 

Полный текст и фото см.: Инга Томан. По следам Нищенки.- Московский журнал. - 2025 - №3