Геракл и Критский бык

Геракла Эврисфей на Крит отослал,
Чтоб укротить ярость злобного быка.
В тех краях он ещё не бывал,
Там бык нещадно крестьян пожирал.

Посейдон подарил бычка Миносу,
Чтобы тот пожертвовал ему, для избавления от бед.
Но царь пожалел быка, Посейдона щёлкнув по носу,
И вот вмиг безумная тварь появилась на свет.

Геракл по морю проплыл величаво,
Сжимая дубину в здоровой руке.
За ним шла его исполинская слава,
А бык уже рыл для него могилу в песке.

Хрипело чудовище, пламя вдыхая,
Глаза налились багряным огнем,
И Крит содрогался, от страха вскипая,
Под этим рогатым, злым палачом.

«Постой, ошалевший! — воскликнул воитель.
Шеи ломать — мой привычный удел!
Твой Крит тесноват для подобных событий,
Я справлюсь с тобой без дубины и стрел».

Бык бросился грудью, как горный обвал,
Копытом дробя вековую породу,
Но сын Громовержца его обуздал,
Схватив за рога, не смотря на погоду.

На шею вскочил он, как ловкий наездник,
Скрутил исполина так сильно как боги.
Смирился титан, Посейдона предвестник,
Перед атлетом упав на колени в итоге.

Геракл не стал убивать бедолагу,
Кровью руки марать ему не к лицу.
Хвала Гераклу за мужскую отвагу,
На плечи зверя взвалил и понёс подлецу.

Прибыл в Микены, а Эврисфей под кроватью,
От страха он спрятался, увидев бычиный размах.
«Тащи его в лес, вот бумага с печатью».
Царь завопил, подавляя свой страх!

И Критский скиталец, почуяв свободу,
Рванул по полям, как шальной метеор,
Даря счастье коровам в любую погоду,
И местным быкам — бесконечный позор.