Глава 12. В карцер

И началось все, - с завтрака. А вернее, с моего  недокорма…  А  если точнее, то с отказа местных поваров, меня накормить.
Что, как по мне, так,  является – вопиющей наглостью и неуважением к тому делу, которым они занимаются.
К тому же, я ничего особенного, или лишнего, от них  и не требовала. И вела я себя – вежливо и корректно.  Я в принципе, всегда, веду себя вежливо и корректно.
Но, эта моя, общая психологическая особенность,  к данному – конкретному  вопросу, не относится…
Поскольку…
Хотя – я, и частным случаем, сие безобразие, я бы не назвала.
В общем, тема с  кухмейстерами, для меня – особенная. Деликатная, я б сказала. Конечно, не наносящая ущерба моей психике, но затрагивающая некие струны души (типа, чувства справедливости, например), вызывающие ее возмущенный отклик.
Во – от…  Душа и возмутилась! Но, не сильно. Честно говоря, могла бы и сильнее.
А  дело было так…
Встав, отнюдь не  ранним утром, и получив сигнал от штурмана, уведомляющий меня о том, что он скоро за мной заедет, я, умывшись, потерев зубы пальцем, пригладив пятерней волосы, и накинув халат, спустилась вниз. Суша собственную физиономию,  по мере продвижения вперед. ( Не,  я хоть и дикарка, но пальцу во рту,  все же, предпочитаю – зубную щетку.  Да и от гребешка для волос, не отказываюсь. Только, меня ими не обеспечили.  Как забыли,  и про полотенце. Банальные казалось бы вещи.  А, вот…  И то, решив быть вежливой, я никого,  из – за столь вопиющего пренебрежения моей гигиеной, не стала тыкать мордой в туалетный лоток.).
Я просто, спустилась вниз…
А внизу,  услышав некие звуки, типа звона посуды, поняла, что кухня уже обитаема. Что меня порадовало. И я, тактично и негромко постучав в дверь, зашла в  кашеварню. Обнаружив там, трех,  самцового вида  особей, с удивленно вытянувшимися, при виде меня,  личиками.
Особи  были мне знакомы. Я их видела накануне, в этой же локации. А они, соответственно,  тогда же, узрели меня. Склероз из анамнеза я исключила, так что, их удивление,  было мне не очень понятно. Ну, да ладно…
Вежливо поздоровавшись, я доброжелательно уточнила: можно ли мне позавтракать? И получив в ответ, от повара,  раздраженное: «нет».  Попросила, тогда, чего – нибудь  перекусить. Поскольку, мне пора ехать. На что, тот вызверился, шагнув вперед, и прорычав  мне в лицо:
- Не - ет! Сказано же: нет! И нечего тут,  всяким..,  шляться!
Ой, зря он это.
Вот не любитель я, таких,  некорректных  сокращений дистанции. Они, сами по себе, являются оскорблением, демонстрируемым в адрес собеседника.  Подчеркнутым неуважением. Вот чем они являются.
Тем более, истины ради, я не сама сюда явилась, чтобы теперь, здесь «шляться». Тоже, несправедливое обвинение.
Кроме того, и повода орать на меня, у  здешних, не было.  Я им кто такая, что они считают себя вправе, рычать на меня? Девочка для битья, козел отпущения? Причины? Может, я забыла поздороваться?  Вошла, не постучавшись? Или, невежливо изложила свою просьбу? Та, ща!
Так что – да. Я – не всякая… Я – Рафика.  И  ща,  я им все, популярно растолкую…
Короче, тут во мне, еще и чувство достоинства  подняло голову.  И манька – величка, взыграла. Напомнив, что я: дважды Герой Содружества… И что они, хотя и отсутствовали,  на момент голосования Большого Круга, но его решение,  обязательно к исполнению,  и для них.  А значит, эти падлы, должны,  рядом со мною - стоять ровно,  и разговаривать - вежливо. Местные же, оскорбляют своим тоном, не только меня, но и всех тех, кто меня наградил.
Троица, и правда, глядела на меня, весьма пренебрежительно.
А я и так, была не в своей тарелке. Но я, не блюдо. И потому…
Врезав неосторожному представителю Дома Верховного Лорда коленкой  по яйцам, и отполировав сей тычок, хлопком локтя по челюсти, я очень спокойно сообщила собравшимся:
- Ладно. Поем в кафе. Не проблема.- не забыв, мило улыбнуться.
И уже не обращая внимание на присутствующих, трудолюбиво поднимающих согнувшегося пополам товарища, с пола; не спеша,   направилась вверх по лестнице…  Собираясь пройти к выходу, тем же путем, что и прошла сюда. Дорогу я запомнила. А выйти через другую дверь, означало бы, терять время на ориентацию, на незнакомой местности. Брести по лабиринту проходов, когда тебя ждут? Не…
Шлеп, шлеп…  Хлопали о ярко – розовые пятки, открытые задники моих  тапочек… А подол короткого, легкого халатика покачивался,  при каждом моем движении… Открывая загорелые бедра.
Я топала наверх, прекрасно понимая, что…
Вид у меня, был - простой.  Домашний. И несколько, неуместный, в данной ситуации. Зато, демонстрирующий окружающим,  мою распущенную безобидность. Угу.
Шш - шш, хрусь…  Словно срослись между собой створки дверей, отрезая мне путь в коридор.
Меня заблокировали?
Интересно.
И приказ Верховного, им не приказ и был? Или, имелся еще один?
Хм…
- Подумали то хорошо? – свесив голову вниз, весело поинтересовалась я, у стоящей у подножья лестницы, троицы.
Решив уточнить:
- Насильственное лишение свободы.  Терроризм, т.е. Заложница. Та – ак… Плюс… Дай Бог памяти… Игнорирование приказа Лорда. Хамство.  Жадность. Пупсики, у вас все нормально?
И я вновь, очень мило им улыбнулась. Начав спускаться вниз…
Уже видя, как мужики внутренне задергались. Нервничая. Да они и двери то закрыли, на нервной почве. Поняв, что переборщили с игнором моих просьб. Значит, все же, папик приказал, быть со мной  поаккуратней?
Парни стояли в ряд, уже жалея о  сделанном…
- У меня  сегодня, симуляторы. За мной, заезжает напарник. Время на них, расписано заранее. – выделяя каждое слово, спокойно произнесла я, поинтересовавшись:
- Если вам, настолько жалко, или западло, выделить мне, хотя бы бутерброд,  сие – ваши морально – нравственные трудности. Ваши проблемы.  Мне до них, нет дела. Но  почему, в ответ на тактичную, и вполне обоснованную просьбу,  вы считаете себя вправе, мне хамить,  и ограничивать мою свободу? Вы тюремщики?
Заложив руки за спину, я задумчиво прошлась вдоль крохотной шеренги…
Мужики,  реально, были растеряны. Стояли понуро. Молчком.
И тут, на ментальном уровне,  я осознала, что они совсем не понимают, как им разговаривать с девушками? Опыта нет. Совсем. И как себя вести со мной, тоже,  не врубаются? Я же,  вроде бы провинилась, но..?
В результате, почувствовала себя неудобно,  уже я. Мне их,  как – то,  и  жалко стало.
Вот…  выстроились… То краснеют, то бледнеют… Головы повесили. Вид – виноватый. Глаза – как у побитых собак. И это не наиграно.
Да, я и сама…
Потому, от собственной неуверенности, и решив парней - взбодрить, я на них  грозно и  «гавкнула», тренируя зычный командирский голос:
- Докатились! Стыдоба! И вообще… Вы,  как стоите, передо мной?!
Мужики от неожиданности, сразу подобрались…
Грудь вперед, животы втянули, плечи распрямили, подбородки задрали вверх…
Короче, пришли в норму. Обалдели правда, но внутреннее оцепенение,  с себя стряхнули.
И я уже хотела перейти на нормальный тон, когда услышала,  донельзя  возмущенное Верховного, заявившегося на эту половину дома, через другую дверь, и заставшего,  лишь часть икебаны:
- Это что такое?! Ты как посмела?!  Орать, на моих сотрудников..?! Выстроила их?! Все! Конец моему терпению! П - шла в карцер. На десять минут. Выполнять! Следуйте, за моим адъютантом, девушка.
Я  в ответ, аж задохнулась от возмущения.
Как так то?
Т.е., я осталась голодной, на меня наорали, меня – заперли…  А  я же,  еще и виновата?! Я теперь, на симуляторы опоздаю! Вот ведь…
Возмутительно!
И  для острастки,  слегка пнув повара в голень, я возмущенно сообщила,  этим троим:
- У – уу…  Все из – за вас, заразы!
На что, совершенно ошеломленный Лорд, увидевший, как ни за что,  лупят,  его, кротко и терпеливо, все сносящих парней, раненой коброй прошипел, подойдя ко мне вплотную:
- В карцер! На один час.
Звон черепков на его четках…
И я поняла, что лучше смолчать. Иначе,  такими темпами, я на симуляторы, сегодня, вообще не попаду… Поскольку, время моего планируемого «карцевания», все увеличивается и увеличивается…
Молчали и эти суки…
- А вы, генерал, чего выжидать изволите? Приказ не ясен? Или со слухом,  плохо?! – резко обернувшись в сторону бывшего главного кухмейстера  «… Волкодавов», а теперь – своего адъютанта, зло поинтересовался у него Верховный.
Тот, ни издав ни звука,  щелкнул каблуками, делая мне знак: следовать за ним…
Так мы и направились к выходу…
А пока, сложив руки за спиной, и насвистывая старую песенку каторжан, которую пел мне дед*:
«Грозно и пенясь, катаются волны.
Сердится гневом объятый широкий Байкал.
Зги не видать. От сверкающей молньи
Бедный бродяга запрятался в страхе меж скал.
Чайки в смятеньи и с криком несутся,
А ели, как в страхе, дрожат.
Чудится в буре мне голос знакомый,
Будто мне что-то давнишнее хочет сказать.
Тень надвигается, бурей несомая...
Сколько уж лет он пощады не хочет мне дать.
Буря, несися; бушуй, непогода!
Не вас я так крепко страшусь!
Тень надвигается бурей весомая,
Гонится всюду со мной — лишь ее я боюсь!» -  я топала за адъютантом Лорда, то  пришла к выводу, что все не так уж и плохо. И что,  как раз, разведаю другой путь, ведущий в эту часть здания. Или, выводящий из нее. Это, уж как посмотреть. Но,  в любом случае, интересно же. Кроме того, побываю там, где бывал Красноголовый. Что я, хуже него,  что ли? К тому же, мне и самой любопытно, что там за карцер такой, у Большого Бати, про который,  все предпочитали помалкивать, но в котором, изредка, некоторые бывают? Приобщусь, так сказать.  Войду..,  в ранг избранных.
И вошла… Скорее, влетела. Но я ж пилот.  Потому,  ничего удивительного.

***
Должна сказать, что мой сопровождающий,  был,  своей почетной миссии, совсем не рад. И все косился себе через плечо, пока я топала за ним, пересекая галерею с множеством закрытых дверей, похожих на сомкнутые пасти сказочных животных. Готовые,  в любую секунду распахнуться, поглотив того, кого они сочтут добычей.
Я добычей, не была. Правда, была готова это доказать на деле…
Но вышли из дома,  мы спокойно.
Подойдя,  к  ожидающему нашу двойку  мобилю, бывший кок,  по - джентльменски, подождал у открытой двери, пока я залезу внутрь. После чего,  нервно побарабанив мощными пальцами по дверце, обогнул машину, и  залез в нее  сам.
В очередной раз, скосив на меня глаза. Но снова поймав мой недружелюбный взгляд, вновь - промолчал.
Так, в полном молчании, мы и поехали…
Направившись,   в сторону заброшенных каменоломен, под сводом которых,  и пряталось, данное заведение. Именуемое в народе – Батькин Карцер.

***
Выехав за пределы имения, сквозь приветливо распахнувшиеся перед нами ворота, я заметила мобил  Ула, ожидающего моего появления. Но немного, не такого… Видела, что напарник, сразу  стартовал следом.  Садясь нам «на хвост».
Хорошо. Будет знать,  где меня искать?  И где встретить? Ждать не придется, когда выйду… Та,  и в принципе, вроде как, я теперь не одна.
Впрочем, адъютанту Верховного, я свою радость,  демонстрировать не стала. Как и тот факт, что заметила,  как  Белоглазый отправился за нами. Почему? А, на всякий…  Мало ли, что и как повернется? Да и вообще, злая я была. Эти… Могли бы и рассказать, как дело было? И почему они построились? Однако… решили промолчать. Все  свалив на меня – неудобоваримую. Уф – фф!
На самом деле, мужики не смолчали…
Просто, зная Лорда, не стали подавать голос  сразу.
А потом, едва я с бывшим поваром  скрылась за дверью, прозвучал срочный вызов.  И  Верховный был занят, отвечая на него; и  разгребая  очередные неприятности, приключившиеся в зоне  Сферы.
Что и позволило нам,  доехать до карцера.
Где, передав меня в руки дежурного офицера;  адъютант,  мрачным взглядом проводил мою спину.  Молча исчезающую  в  непроглядной, сырой  глубине черного грота, выросшего  за приоткрывшейся стальной дверью,  разделяющей пространства данного комплекса.
К тому  моменту, когда за мной захлопнулись тяжеленные створки,  очень небольшой по размеру, зато тяжеленной, многослойной  дверки;  к каменоломням, не считая Генерала,  подтянулся уже весь «Эдем». Ну, та его часть, что была в отпуске.  Остальная, что называется, повисла «на проводе». Ожидая новостей и разъяснений…

***
Закончив отдавать приказы, Ци стремительно развернулся, поворачиваясь лицом к своим  «домашним», и почти спокойно попросил, обращаясь к управляющему:
- Рассказывай… И  не вздумай ее прикрывать. Говори. Все, как было…
Тот, вытянулся по стойке смирно, и сдерживая глубокий вздох, грустно посмотрел на своего Лорда,  умоляюще произнеся:
- Мы – виноваты, мой Лорд. Повели себя, невежливо.
И видя, как заходили желваки на скулах Верховного, понял, что тот, не слишком ему верит, считая, что он,  все же обеляет самку, не смотря на  предупреждение, и потому,  твердо добавил:
- СЛОВО.
Рез резко выпрямился, холодно произнеся:
- Слушаю.
В итоге, ему рассказали, как было дело…
- Вам, что, на самом деле, стало так жалко,  дать девчонке покушать? Она что, объела бы вашего Лорда? – очень недобрым голосом полюбопытствовал, неожиданно возникший в дверях, и видимо, все слышавший, фельдмаршал.
Рез  Ци лишь выдохнул, примирительно уточняя:
- Причем тут, жалко?
- Нет? – насмешливо спросил его тесть. С недобрым смешком добавляя:
- Так это они, твой приказ не поняли? Или, ты им,  так его отдал? Что они посмели, не только не дать ей покушать, не только повысить на нее голос, но и лишить ее свободы? А, зятек? Так что,  ты им приказал, на самом деле?
Верховный,  крепко сжав кулаки, и не глядя на старика, медленно и неохотно  произнес:
- Пси – хо – ло – гия.  Не приказ.
- Конечно, конечно.  Психология. А как же. Что же я сам то,  не догадался? Только работает она у тебя, почему – то, только в одну сторону. Или, я просто не услышал, и эти трое, тоже едут в карцер? – с недобрым сарказмом заметил Дед, поворачиваясь чтобы уйти.
- Стоять! – рявкнул Верховный, с силой саданув кулаком по перилам.- Пятнадцать минут прошло. Что с ней будет?! Выпущу…
- Пятнадцать минут?! Всего?  Правда?! – очень спокойно уточнил фельдмаршал. -  Я не понял, Вы, о ком сейчас говорите, сэр? Об  этих… - он мотнул головой в сторону застывшей троицы. -  Или,  о Рафике?!
И не надо было быть психоаналитиком,  чтобы понять, что старик в ярости.
Нет, голос его звучал почти умиротворенно, но вот глаза…  В них билось такое злое пламя…
Это был тот случай, когда гнев шел из глубины души. Холодный. Контролируемый. И оттого, еще более опасный.
- Не надо. – устало произнес Верховный, опускаясь,  на тут же, заботливо  подставленный ему телохранителем,  стул, и вызывая дежурного по карцеру:
- Особь внутри? Пятнадцать… Понял.  Выведи ее оттуда. Это приказ. Выполнять.
На то, чтобы открыть дверь карцера,  требовалось три минуты.
Лорд набрал адъютанта:
- Убыл? Вернись в каменоломни. Заберешь ее. Дежурный сейчас выпустит.
Бывший кок  вздохнул с  явным облегчением, аккуратно сообщая:
- Тут, ее напарник. И эдемовцы. Я не уверен, что она захочет поехать со мной. Мне применить силу, сэр?
- Нет. – резко ответил Верховный, дернув щекой.- Пусть едет с ними.  Просто, проследи, что она вышла, и что она - в порядке. Доложишь. Все. Отбой.
- Вас понял, милорд. – быстро отозвался адъютант, отключаясь.
«Прошло несколько минут… Дверь уже должна быть разблокирована. И зараза, сидящая на ее пороге, выпущена наружу… Все. Потом, можно будет объясняться с  Эвером. Когда выяснится, что она в порядке. И что переживать,  не было причин.» -  мрачно подумал Ци, неподвижно сидя на стуле и нетерпеливо перебирая костяшки четок.
На окружающих он не смотрел.
Собственно, все оставались на своих местах. Тесть, например,  и шагу вперед не сделал, так и застыв на пороге. И судя по всему, не веря в простоту разрешения создавшейся с Особью ситуации. Почему? Куда она денется? Сидит. Трясется от страха. Виду конечно не  покажет. Однако…
Однако, разорвавший тишину вызов смарта, с дежурным офицером на экране, явно пребывающем в замешательстве,  четко дал  Лорду понять, что ничего простого,  в данном случае, ему  ожидать не стоило.
- Сэр. - чуть дрогнувшим голосом, обратился офицер  к  верховному...-   Происходит,  нечто  непонятное. Такого, здесь никогда не было. Разрешите включить запись?
Лорд  молча кивнул.
И в ожившей галопроекции,  поплыли кадры, снятые камерой дежурного офицера…
Время, растягивая секунды, превращается в патоку. А сама трансляция, напоминает немое кино…
Вот дежурный… Облаченный в скафандр. Он открывает дверь. Входит внутрь. И шарахается, от ужасающего, все нарастающего, звучащего на всех частотных диапазонах, яростного рева… Обещающего смерть. Заполнившего исступленной энергией гнева, все пространство. Безжалостного. Неодолимого. Жаждущего рвать и уничтожать.
Минута.
А затем, все обрывается. И наступает тишина. Абсолютная.
Нет обычных фоновых звуков.
Капель воды, соскальзывающих с потолка на пол…
Нет.
Глухого шума подземной реки…
Нет.
Не слышно завывания и треска, от гуляющих по трубам, сквозняков. Не слышно когтей и коготков неведомой фауны, царапающей каменные стены древней обители.
Ни – че - го.
Мертвое молчание в ответ, на истошный крик офицера:
- Девушка!!! Вы где?!!! Отзовитесь!!! Ау!!!  Девушка!!! Сюда!!! К выходу!!!
Нет ответа.
Прозрачная тишина, втягивая этот вопль отчаянья в свою пустоту, словно проглатывает его. Не откликаясь на этот крик, не  единым звуком.
- Вон оттуда! – отбрасывая стул и вскакивая с места, властно, почти  кричит Лорд. – Ушел! Быстро! И дверь запри, по красному протоколу.
И офицер,  мигом вылетает наружу, оказываясь в помещении смены, и помогая доводчикам, захлопнуть тяжеленную дверь.
Дальше…
Пытаясь не обращать внимание на испепеляющий взгляд фельдмаршала, Рез  включает  общую связь, жестко и безэмоционально приказывая:
- Всем, всем! Сводный отряд. К Башне – 1. Выдвинуться немедленно. По красному. Повторяю: по красному протоколу.  Как поняли? Прием.
А это значило, для лиц сведущих, что сбор членов отряда, должен был состояться, уже  через десять минут. 
- Я поведу. – отрывисто произнес Верховный, ни на кого в комнате не глядя.
- Не – ет.- ласково  улыбнулся ему  Дед.- Поведу я. К тебе,  она в жизни не выйдет. На куски рвать будут, а не пойдет. А ты… - он зло ухмыльнулся во весь рот. – Ты, сынок,  подумай о том, что  расскажешь своему единственному сыну, когда он очнется, а девчонки то, и нет?!  Куда дел его невесту, например? Как она  оказалась, в карцере? За что? Я думаю, он сильно пожалеет о том, что когда – то, возобновил с тобой общение. И не без причины ведь, а?
- И про «Эдем», кстати, зятек, тоже подумай. Да и про таяктланина… - уже на ходу, не оглядываясь, резким тоном  бросил Лорду  фельдмаршал, скрываясь в полумраке длинного коридора.

_______________________________________
• Песня каторжан, (Байкал) из сборника В. Н. Гертевельда «Песни каторги. Песни сибирских каторжан, беглых и бродяг.  С  приложением очерков о каторжных и тюремных песнях,  и поэзии С. В. Максимова, Н. М. Ядринцева, В. М. Дорошевича. Б.м.: Salamandra P.V.V., 2012. – 197 c. – PDF.  Песня: «Грозно и пенясь, катаются волны…».