36. 5 курс. Москва Ленинград - Москва

                Чуть меньше месяца студенческой жизни и любовных терзаний
               
                Москва. 1969 г.
** 8 мая. Чт.  Еду в Ленинград. Т. провожала до метро. Как была хороша, нежна, ласкова, весела, шаловлива. Сказала, что приедет ко мне туда, где буду работать я. Это важно. Но какова цена её слову?
*** Может быть и не сказала «люблю», но теперь проброшен другой мостик по которому мне снова хочется идти. Вроде бы и о любви речь не идёт, но «приеду», следует понимать как «будем вместе». Пусть «разлюблен», но нужен как опора. Мужики это ценят. Конечно это мои домыслы, а ответ дать могла только она, если вспомнит о нюансах того давно минувшего мая. Если захочет вспоминать. Судя по тому, что за много лет она не нашла времени – или ей не позволили -  написать даже 3-5 вежливых строчек, ни встреч, ни обсуждений не будет, во всяком случае вероятность такого события крайне мала.
В мае 1969 года я пишу в Гончариху, что на День победы я поехал с визитом к Саше в «славный город Петра Великого... 10-го был у Шишовых, не видел только Ольгу». (Ольга – это моя двоюродная сестра).
                Ленинград. 1969 г.
** 9 мая. Пт. Ленинград. Около 10 уже жал руку Саньке. Живёт он в тишайшем Выборгском районе. Сборы были недолги, и вот мы в центре, на Невском. Дорвался до камеры: снимал и снимался. Находились мы ло чёртиков в глазах, народу всюду тьма – праздник. И снова снимали. У Саньки – фотик, я  с камерой. Было жарко и хотелось пить. И пили, да ещё как.
*** От этой поездки сохранилось фото из какого-то ленинградского фотоавтомата. Садишься на стульчик, бросаешь, если не ошибаюсь, 50 копеек, автомат делает серию кадров со вспышкой а твоё дело позу менять, если есть желание. Вот тут мы с Сашей Васяновичем втиснулись в довольно узкую кабинку вдвоём, благо автомат не настроен на фиксацию факта весового перегруза, да и обслуги никакой. Оба при параде, в белоснежных рубашках с галстуками.

** 10 мая. Сб. Снова великолепный день. Снова фото и кино + рысканье по магазинам. Искал Светке пояс и клипсы и Тане что-нибудь оригинальное. Купил Машке «Кошечку». Нашёл в Пассаже клипсы. Гуляли и снимали, а в 18-00 расстались. Я к тёте Шуре и д. Вале, а Санька на встречу с одноклассниками. **

** 11 мая. Вс. Ночевал у родственников. Ехал автоб.№59 от «М» - «Электросила». Утром вернулся к Сане. Он едва встал. Встреча у него не состоялась. Купил на последние 5 руб. букет болгарских тюльпанов, но доживут ли? **

                Москва. 1969 г.
** 12 мая. Пн. Поезд пришёл в 6-03. Сразу к Т. Вручил всё (букет, клипсы, книжку), но то ли со сна, то ли от очередной встречи с агитбригадой приём был не тот. Полуспал на лекциях, в поезде не очень то спалось. Едва не уснул в кино на фильме «Короли спорта», 1934, Франция (с Фернанделем). Весь вечер и день стирал и рано лёг спать. Позднее Таня, сказала, что заходила, но не достучалась. **

** 13 мая. Вт. Весь день «чистил и драил» записку к проекту, шлифовал графику на проекте. Устал за эти 10-11 часов капитально. Лёг спать в 23-00. Зашла Татьяна, совсем другое отношение. Она ме-няется раз от разу. Что делать? **

** 14 мая. Ср. Защитил проект, оценка пока не известна. Таня поехала в 5-00 утра в Пущино узнавать о работе. А таблеточки то помогают, сердце уже не так даёт о себе знать. **
*** Пущино – это небольшой город на берегу Оки. Научный центр с массой НИИ в одном из которых Таня предполагала работать.

** 15 мая. Чт. …
Лазил по магазинам. Искал Т. чертежную бумагу и, даже не верится, - нашёл. Взял 8 листов. **

** 16 мая. Пт. Привёз Т. проектор (Охотника). А вечером такое было… 
- «Я останусь одна, ты на Камчатку».
- «Но я же приеду».
- «Год в Пущино, а потом в А.-А. в институт ядерной физики».
- «А я?»
- «Не знаю»
И это после слов 8 мая.  Потом:
- «Я скверная, плохая» - и ушла не попрощавшись. Интересно с чем ты придёшь.

* 18.05.69. НОП.
Воскресенье. 4-20 утра. Вот уже несколько часов мне не спится и вот я пишу эти строки в свете наступающего утра. Можешь обижаться, может быть поймёшь и не обидишься (только в это последнее я мало верю) не застав меня сегодня. Я собирался помочь тебе в работе в пятницу, а не получилось. Напротив, ты оскорбила меня, уйдя просто так, без слов, не ответив даже на моё пожелание. А вчера, когда я сидел и читал в садике, ты шла и оживленно и весело болтала со Страб., поздоровалась со мной, но даже шага не замедлила. Не подбежала на минутку что-либо объяснить, та же картина и при обратном шествии мимо меня. Улыбнулась, правда, но ни слова, ни хоть бы чего. И я понял, … улыбка, доставшаяся мне, или не по адресу или это жалкие крохи от «агитбригадного пирога», а крохами я довольствоваться не хочу. Я ждал, что ты зайдёшь, но увы… Если я и уходил куда (в баню, к ребятам и т.д.), то можно было бы оставить записку, а раз её не было, значит не было и тебя. Я тебе не был нужен, нужна лишь агитбригада.
*** Вот не всё так однозначно, могла и приходить, но не взять с собой ручку и бумагу, а на поиски упомянутого уже времени не было, да мало ли как могло быть, тут я не прав. В то время агитбригада была для меня как красная тряпка, как таракан, что независимо от твоей воли бегает у тебя в голове, беспокоит, мешается, а не прихлопнешь, он там внутри у тебя, недосягаем. Не надо забывать, что кроме агитбригады было и окончание учёбы в институте и заботы – хлопоты с этим связанные.
А Страб. – это её знакомый Страбинский. И не помню имел ли он отношение к агитбригаде.

* А улыбку я до сих пор понять не могу. Только позавчера ты ушла со словами «Я гадкая, скверная» - или что-то в этом роде, а вчера эта «скверная» дарит улыбку. Это что – ошибка? Я, верно, был без очков и не разглядел её «оттенка». М.б. она была торжествующей – «Вот, - мол, – смотри, ты сидишь, а я иду к агитбригаде и тебя это не касается».
*** Домыслы. Они могли нанести большой вред нашим отношениям, потому, что в отсутствие реальных объяснений происходящего от Тани, они заменили мне реальную жизнь и, надо полагать, в немалой мере её исказили. Но Таня видела меня и мир вокруг явно не таким, каким видел я её и её окружение.
* Ты можешь сказать – «Как ты можешь так обо мне думать?». Но я то теперь знаю, что от тебя  можно ожидать всего. Ты, кажется, позавчера (да и ранее) призывала меня решить некие крупные финансовые проблемы, так где же ты, я тебя ждал за этим. Думал займемся в субботу экономикой. Помогу независимо от настроений и ссор. Есть дурная привычка выполнять обещания, но с этими привычками, кажется, надо кончать, надо брать пример с тебя
*** Опять ирония, конечно, не собирался всерьёз следовать высказанному, всю жизнь стараюсь быть хозяином своего слова, а в НОП писал от обиды
* Или ты думала, что я «поскачу на одной ножке» за тобой – «Танечка, постой секундочку, мне бы поговорить с тобой».
Не хочу никаких объяснений и разбирательств, этой стряпни достаточно. Мне надо услышать либо – «Прости, виновата», без всяких там вызовов в голосе и прочего, или что-то обратное. Но если обратное, то это опять разбирательство. Я к тебе после твоего «вежливого» ухода в пятницу первым не приду, так что всё зависит от тебя, к сожалению.
*** Вот, может быть, то, чего делать не следовало. Надо было брать инициативу в свои руки, а я  - от обиды - ждал, что только Таня обязана исправить содеянное, не учитывал, что женщине иногда нужно, не обижая и не унижая её, показать характер, обозначить, что ты мужик.
* Тот же день, но в 10-25. Встал в 10-00. Умылся. Подхожу к двери – Таня. Смотрит так, как будто я в чём-то виноват.
«Что скажешь?» – спрашиваю.
«Есть хочешь?»  - вопросом на вопрос.
«Нет» - отвечаю.
«Ну, тогда я пошла».
«И это всё?» - удивляюсь я.
Господи, что это за дитя передо мной. Как будто за этим приходила. Нет, оказывается надо принести ящик с почты, помочь считать экономику. По ходу объяснила, что вернулась домой без десяти час, потому и не зашла ко мне. Ой, ли?! Конец  НОП.
*** Тогда я написал Ой, ли, выразив своё сомнение в правдивости Татьяны. Но сейчас думаю, что Таня не врала, так всё и было, но накручивал себя, и тем самым вел дело к закономерно печальному концу. Правда, говоря сейчас  печальному, я исхожу как бы из критериев того Вовки Лисовского, очумевшего от любви, ревности, обид, постоянно наносимых любимой женщиной, от непонимания, почему всё это происходит. Через десятки лет, может быть, правильнее было бы признать, что несостоявшаяся семейная жизнь у пары Лисовский – Мосина лично для Лисовского великое благо. Нервный тик от всех этих переживаний на этапе семейной жизни мог просто закончиться петлёй, от безысходности, от вечной душевной боли, от этого не спасают даже родившиеся дети. Если обратиться к периоду 1970-71 годов, то в записных книжках есть упоминание о молодом инженере из нашего института, который окончил жизнь с любимой женщиной, родившей ему 2-х детей, в петле. И не материальные трудности были тому причиной, девчата тогда судачили, что «заездила она его». Не берусь расшифровать, что означало «заездила», но явно, говоря современным языком», не затрахала его в постели. А что несостоявшаяся со мной семейная жизнь для  Тани Мосиной означала, судить только ей. По косвенным признакам, из стона, доносившегося со страниц редких писем от Тани, жизнь складывалась тяжело, любви не было. Ранее декларируемый Таней принцип возможности брака только на основе взаимной любви был попран. Взаимоотношения со свекровью – ещё одна головная боль, переживания и болезнь сына не прибавляли Тане здоровья. Но ведь шли годы, трудные 90-ые привели к необходимости выживать и, в первую очередь, ради сына. Чувство долга всегда было сильно в ней и брак, видимо по этой причине, устоял. Характеры, надо полагать, притёрлись, молодость ушла, пришло понимание того, что теперь друг от друга никуда не деться; тем более, что необходимость выживать, которая неизбежно должна сплачивать людей, всё ещё дик-тует особый жизненный ритм. Это у меня почему-то прорва времени и я могу писать как письма, хоть каждый день, так и книги. Я бы дал объяснение простое: просто я живу в другой стране, мне повезло с работой, хотя в те же 90-ые было ой как трудно. Институт наш устоял, а я со своей стороны делал всё, чтобы он выжил. Мои дети не огорчали меня, скорее, радовали, а на мелочи я внимание, хотя и обращаю, совсем по-другому. Сын и дочь закончили одну и ту же специальность с «красными» дипломами, даже работали в одной фирме. Жена умерла чуть ли не 20 лет назад, от-мучилась бедняжка. Все конфликты с её смертью прекратились, я стал спокойнее и вальяжнее, стал поправляться. Если десятки лет мой вес стоял в пределах 80-82, то сейчас я стабильно не опускаюсь ниже 87, временами, дотягиваюсь до 89 кг. Наклёвывается небольшой животик. И это меня слегка беспокоит.

** 24 мая. Сб. Сегодня свободный день. Убивал его баней, стиркой и т.д. Ждал Т., должна зайти за мной и проектором. Пришла в 19. – «Знаешь, Коваль может придти, он знает о просмотре». Я ответил – «Придёт Коваль – сделай, чтобы ушёл или уйду я». Нельзя же разрываться надвое. Промолчала. А Коваль вскоре пришёл, потому что она знала, что он в корпусе. Я ушёл, но спросил – «Зайдёшь сегодня ко мне?». – «Зайду!» - с улыбкой отвечала она. Ждал до 24-00, пошёл к ней, потом решил вернуться, и тут-то заметил её и Коваля под сенью 7-го корпуса. Окликнула – «Хорошо, что ты уже здесь, не надо будет заходить!» - «А ты уже опоздала, ты обещала зайти вчера». Что я мог сказать ещё. Пожелал – «Счастливо стоять» - и ушёл. Вот так было «сдержано» ещё одно слово и так ещё раз на моём пути встал Коваль. **

** 25 мая. Вс. «Она виновата, она должна придти первой» - решил я и отправился на выставку «Автоматизация-69» в Сокольниках. Видел Галю, говорил. Пригласила приехать и показать Танин «Вуктыл» и мой «Ленинград». Спрашивала, что у Тани с распределением. Вернулся. Была Т., забрала ацетон (свой) и ничего даже не черкнула. Пошёл я. На кудрях, идёт к Ставровским, «а я к твоему брату». Просила узнать о возможности Кучерова и Фролова поехать с нашим отрядом на Камчатку. Ни слова о вчерашнем, как будто так и надо. Удивительная способность, или просто для неё всё в порядке вещей и она не знает о том, что мне это стоит бессонных ночей, лекарств и болей в сердце. Надо же когда-то решить, кому ты отдаёшь предпочтение. И на что она рассчитывает, кружа ему голову, вернее не отказывая ему. Неужели этот хороший парень для неё средство, способ отдохнуть, развлечься. Ведь она прекрасно знает, что он её любит и, тем не менее, разжигает в нём пожар любви. Зачем? Чтобы затем разрушить и его сердце и нервы, выйдя за меня замуж (если, конечно, это случится). Но я не провидец и, хотя я требую от неё решать сейчас, я же прекрасно знаю, что всё решит лето, когда она останется одна, когда основательно обо всём подумает, когда ей станет невмоготу при мысли, кого она потеряет в моём лице, когда поймёт хотя бы то, что слишком привыкла ко мне. Но я то хочу, чтобы всё решала любовь, а без любви – я повторяюсь, - она мне не нужна. Это была бы не жизнь.
Показал у Саши и Гали обе плёнки. Понравилось. Встретили меня великолепно. Машка опять весь вечер трещала «кошкой». Ольге подарил израильскую серию «сотворение мира по библии» и ещё кое-что. Ждали Т., но она так и не пришла. Вечером в 23-15 уже дома. Грустно, одиноко. Побродил по комнате и лёг спать, но, увы, не уснул почти до утра.
*** Довольно большой текст для маленькой книжечки. Достигнуто это за счёт вставки дополнительной полоски бумаги размером с 1/3 страницы. Обычно я держал себя в рамках, предусмотренных форматом книжечки, а тут «зацепило» меня происходящее. Нотки самоуверенности вроде бы излишни, но так думалось, - писалось ведь мною и не бездумно, - мне тогда, когда события были свежи, не только хотелось верить в лучшее, но и обманываться не хотелось. Я весь «был соткан» из противоречий, но и Тане, полагаю, было не легче. А может быть легче? Как она воспринимала события тех дней? Почему она так делала, узнаю ли я об этом когда-нибудь? Да и надо ли мне теперь это знать? Или это всё ДРУГИМ наука? Да и впрок ли наука, люди стремительно меняются, отношения меняются. Посмотрим.

* НОП – неотправленные письма или фрагменты из них, иногда я называл их в шутку «полусекретным архивом».
** - двумя звездочками отмечены начало и конец фрагмента из дневника этого периода.
*** - современные комментарии.