Строим роман. Два способа работы над текстом

                <>§<>               
         

        ДВА СПОСОБА РАБОТЫ НАД ТЕКСТОМ ОСТРОСЮЖЕТКИ

    Текст и текстиль – слова однокоренные. Все дело во взаимных переплетениях. Сплетение судеб составляет суть романа.

    Историю, которую придумал романописец, можно излагать интуитивно методом монолитного бетонирования, постепенно наращивая свой текст слой за слоем и сцена за сценой. Можно подойти к делу аналитически, придумав сначала персонажей, причину сюжетного конфликта между ними, его начало (завязку) и развязку (финал) романа.

     Так поступала, например, Агата Кристи, которая могла в течение долгого времени обдумывать сюжетные линии будущего романа, например, за вязанием или другими домашними занятиями, и только после окончательного оформления плана романа у нее в голове вкупе со всеми перипетиями и финалом садилась его писать.
 
    Обычно в завязке, то есть в точке возникновения глобальной,  п е р м а н е н т н о й  сюжетной проблемы героя, кроется и развязка, конец истории, когда герою тем или иным способом эту проблему удается решить.

     Именно   эта     д о л г о и г р а ю щ а я   с ю ж е т н а я   п р о б л е м а    героя позволяет организовать в романе
с к в о з н о е  д е й с т в и е   и, что не менее важно, логичный, закономерный финал истории.

    Например, Одиссей во время своих двадцатилетних скитаний после окончания троянской войны все время попадает в, казалось бы, случайные переделки. Но на самом деле он решает одну глобальную задачу – возвращение на Итаку к ожидавшей его Пенелопе. Ожидание оставшейся на Итаке Пенелопы (предыстория эпопеи) и есть закладка финала "Одиссеи" Гомера.

    А мешает супругам воссоединиться Посейдон, одноглазого сына которого, титана Полифема, Одиссей опоил вином и ослепил во время пьяного сна (инцидент-завязка одиссеи Одиссея), чтобы спасти себя и своих соратников от ужасной смерти.

   Перед тем, как заснуть, людоед Полифем сожрал пару земляков Одиссея, а еще раньше завалил вход в свою пещеру (место действия эпизода), неподъемным камнем.

   То есть главным антагонистом хитроумного царя Итаки, богом морских пучин, движет месть. Поэтому Посейдон и создает препятствия на пути Одиссея домой, а тот вынужден их преодолевать (перипетии истории).

  Теперь давайте представим на минуту, что Одиссей не нашел выхода из сложившейся ситуации и позволил Полифему скушать себя и своих товарищей по оружию.  В этом случае вся эпопея отменяется и остается один рецепт из кулинарной книги для людоедов.

    Или, как вариант, одисситам (шутка) просто удалось выбраться из пещеры, отвалив камень совместными усилиями, погрузиться на корабли и благополучно добраться до Итаки.

   И опять в этом случае отменяются завязка, перипетии, развязка и трагический финал гомеровской эпопеи: Одиссей, единственный из всех ушедших на троянскую войну итакийцев, возвращается на родной остров и с помощью своего возмужавшего сына Телемаха осуществляет массовый  расстрел понаехавших женихов Пенелопы (кульминация и развязка истории). Скиталец вернулся к родным пенатам, Пенелопа сохранила ему верность, история завершена.

    Возможно, кому-то кажется, что сочинитель, как и поэт, творит свои романы находясь во власти божественного наития, паря на крыльях вдохновения. На самом деле построение романа – это сложная аналитическая работа, которая неизбежно осуществляется еще и на уровне интуиции.

    Но эта аналитика должна оставаться незаметной для читающей публики. Это происходит только в том случае, если персонажи предлагаемой истории начинают жить своей жизнью и обретают независимость от воли и желаний своего автора.

    В идеале каждый удачный остросюжетный роман становится подобен шахматной игре, в которой фигуры сами играют свои партии таким образом, чтобы читатель стал ее участником в качестве игрока, сопереживающего зрителя и арбитра одновременно.   

    © Copyright: Андрей Викторович Денисов,  2003 год.

                <>§<>