О верхней вахте

     Верхняя вахта – это по сути охрана ПЛ во время нахождения лодки у пирса.
     Охрана ПЛ могла осуществляться не только с пирса, но и с корпуса лодки.
     При необходимости, охрана проводилась и по поверхности воды.
     В этом случае караул могли увеличить.  Охранники находились на корпусе лодки.
     Они внимательно следили за поверхностью и в случае необходимости, могли открывать огонь по подозрительным признакам на воде вокруг корпуса лодки.
     Это могли быть как подводные диверсанты, так и предметы, плавающие вокруг лодки.   Подводных пловцов выдавало пузырьки воздуха, выходившие на поверхность воды, а также всплески воды вокруг лодки.
     Такое несение вахты называлось «ПДСС» - борьба с подводными диверсантами.
     На эту вахту назначались более опытные матросы.
     Да и само несение вахты было не безопасным, так как вахтенный мог уснуть или подскользнуться.   Происходило падение в воду. Смертельных случаев не было, но такие факты имели место.
     Была глубокая ночь. Вахтенный на корпусе услышал всплеск воды.  Явно что-то происходило на поверхности около корпуса лодки.
     Кричать «Стой! Кто идет?» - было бесполезно.  Поэтому и открывали огонь по этим всплескам и пузырькам воздуха.
     Что и сделал вахтенный. После чего доложил обо в сем дежурному.  На рассвете был обнаружен и нарушитель. Это быль небольшой дельфин.  Я уже говорил о дельфинах. Они заплывали куда угодно в поисках пищи. Я их встречал в «штольне». Их подкармливали, им это нравилось.
     На верхнюю вахту, как правило назначались матросы не из механических служб.
     Сюда входили матросы штурманской службы, радиотехнической службы, ракетчики и иногда торпедисты. Их называли белыми воротничками и считали белоручками - флотская интеллигенция.
     В зависимости от обстоятельств привлекались и матросы других служб. Состав вахты, как правило, входило 7 человек.  Это три для верхней вахты, три для нижней и ответственный дежурный по лодке из числа мичманов или младших офицеров.
     Одевались по погоде, и отсюда же длилось время несения вахты. В морозы могли стоять и по пол – часа.
     Ничего необычного и тяжелого здесь не было. Все время на воздухе – дыши и радуйся жизни.
      Завтрак, обед и ужин приносили в судках из столовой. Но, пока донесешь, пища остывала. Приходилось есть ее охлажденной. Нагревательные приборы были запрещены по причине пожарной безопасности.
     Но мы были люди привычные ко всяким лишениям и стойко все переносили.  Пищу готовили весьма приличную и вкусно. Все было терпимо.
     Летом выходили на вахту без маек – просто одна роба.  На ногах кроме ботинок, называемых «гады», носили кожаные тапочки в дырочку и белую легкую бескозырку.
     С холодами поддевали теплое белье, надевали бушлаты или шинели.  На голове шапка. Иногда носили обычные ватники и валенки. Все равно было холодно - мы мерзли.
     Виной был пронзительный ветер, который дул то с гор - то с моря.  А на пирсе не было никаких укрытий.
     Но мы нашли выход иногда погреться во время несения верхней вахты.  Правда, этот метод действовал не для всех и не всегда.
     На против наших лодок находились склады.  Охрану их осуществляли бойцы военизированной охраны - ВОХР.
     В основном это были молодые женщины. Они были вооружены карабинами. Во время своей службы  в разговоры  не вступали и четко несли свою службу.
     Многих из них можно было встретить и на танцах. Мы называли их "Мабутовками".  Даже напевали:"Я одета и обута и служу в войсках Мабуто".
     Зимой они стояли в теплой форме, в длинных овчинных тулупах и подшитых валенках. У нас такой одежды не было.
     Эти женщины были местными жителями и многие проживали в частных домах, и имели домашнюю живность. А эту живность надо было кормить. В основном это были свиньи.
     У нашей бригады также было подсобное хозяйство и все пищевые отходы отвозились туда.
     Вот и обращались эти женщины с просьбой не выкидывать пищевые отходы, а отдавать им. Да и нам было проще. Слил все в ведро и ждешь их прихода.
     Они забирали ведро и часто  приносили чего ни будь вкусненького - это пирожки, груши, яблоки и виноград. Но, так делали не все. Эти женщины знали нас в лицо, и для чужих и жадных вход к ним был закрыт.
     Зима. Ледяной ветер пронизывали нашу бухту и поднимал брызги воды. Те мгновенно оседали на корпусе лодки, леере и на антенне. Мы топориками счищали эту наледь. По трапу невозможно было пройти в лодку. Лед кругом.
     А нам надо стоять на пирсе и нести охрану лодки.
     Натянув на себя все, что можно, мы вылезали из лодки, но буквально через мгновение все тепло выветривалось, и мы, откровенно говоря стыли.
     До автомата невозможно было дотронуться. Ледяной кусок металла.  Время нахождения в такую погоду сокращали до минимума, но стояли.
     Если бы в этот момент что ни будь случилось, мы не могли поднять даже руку, не говоря уже о стрельбе.  Приходивший на смену матрос снимал с нас автомат и вешал себе.  А следующий это делал для себя.
     С трудом спускались в лодку. Скидывали валенки и ватник, и валились на койку не раздеваясь. Сверху пара одеял. Сон мгновенно приходил к нам. Порой не успеваешь продрать глаза, как снова на вахту , но несли ее достойно.
     И вот однажды к одному вахтенному подходит женщина – боец ВОХР и предлагает ему погреться.  Но как?  Оказалось, что очень просто. Подходишь и поворачиваешься к ней спиной.
     Она распахивает полы своего овчинного тулупа, и ты прижимаешься к ее телу.
     Полы закрываются и через мгновения тебя окутывает тепло женщины. Сознание куда - то уплывает и наступает благодать.
     Но, как только на лодке звякнет какой - либо лючок или начнется движение, полы тулупа распахивались, и ты получал тычок ее коленом в зад. Как пуля выскакиваешь, и вот как бы ты уже несешь вахту.
     Мы были благодарны им за такую заботу, но повторюсь – не бескорыстно, а за пищевые отходы. И как это женское тепло могло пройти через ее теплое белье, ее шинель, наше  теплое белье и ватник – было не понятно.
     Но, оно проходило и действовало на нас потрясающе.
     Мы были благодарны им за эти короткие минуты теплоты.

     Да - женщина есть - женщина!