История с ключами

    Я служил  четвертый год на ракетной дизельной ПЛ.
    Был старшиной команды радиотелеграфистов, старшиной первой статьи.
    Отношения с членами команды были самые наилучшие, сработались, сослужились.
    Выходы в море, торпедные и ракетные стрельбы, боевая служба – показали, кто есть, кто и на что способен.
    Отношения с офицерами ПЛ были ровные и не переходили за рамки не дозволенного. Но, вот на нашу ПЛ, пришли три молодых лейтенанта, только что окончивших училища. Один в БЧ-2 - это ракетчики, второй в БЧ-3 - торпедисты, третий в БЧ-5 - электромеханики. По годам мои ровесники, по знанию ПЛ – полные «нули».
    Им была поставлена задача в кратчайшие сроки изучить устройство ПЛ и сдать зачеты.   Эти лейтенанты дневали и ночевали на ПЛ, изучая ее устройство.
    Чуть позже, их стали ставить в параллель дежурного по ПЛ. Механик и торпедист делали значительные успехи по изучению ПЛ и вскоре сдали все положенные зачеты. А вот, у молодого ракетчика, явно дела не шли.
    Кроме того, у него не складывались отношения, как с офицерами, так и с матросами. Лейтенант был с большим апломбом, и за все свои недочеты отыгрывал на матросах.
    Ему все было не так: внешний вид, форма одежды, отдание чести, приборка - все у него вызывало раздражение, и, как правило, замечания от него, докладывались куда надо. Особенно не хотелось с ним находиться, когда он заступал  параллельным дежурным по ПЛ. Короче, на его глаза, лучше не попадаться.
    Офицеры все видели и считали, что у лейтенанта все пройдет и он уймется.
    А у матросов срочной службы и у мичманов, была другая точка зрения на этого лейтенанта.
    А вскоре и офицеры поменяли свою точку зрения в отношении этого лейтенанта, так как он докладывал, куда надо. А это не приводило офицеров ПЛ в восторг.
    У всех зрело желание, каким-то образом отомстить этому лейтенанту.
    И вот, такой момент, наступил. Я заступил помощником дежурного ПЛ, лейтенант был дублером дежурного ПЛ.
    Был чудесный летний день и свободные от вахты, вылезли на парапет погреться на солнышке. Я произвел смену верхней вахты и возвращался в рубку.
    В руке была связка ключей и печать от пирамиды с оружием.
    Настроение хорошее, я что-то напевал себе под нос и крутил эту связку на пальце.
    Не успев подойти к рубке, я вдруг услышал окрик лейтенанта: «Старшина! Вы зачем крутите ключи на пальце?  Вы кто? Французская проститутка?»
    Я опешил от такого моего определения и своих действий, и в недоумении уставился на лейтенанта.
    А тот продолжал: «Только французские проститутки делают так. Немедленно прекратите изображать из себя шлюху!».
    «Не понял? Так что мне  делать с ключами?» - спросил я.
    Лейтенант продолжил: «А вы их выкиньте, раз вы так с ними обращаетесь!»
    Я посмотрел по сторонам, пол - десятка матросов и мичман, смотрели на нас и внимательно слушали лейтенанта. Все в ожидании продолжения шоу.
    «Есть выкинуть ключи!» - кричу я. И разворачиваюсь к лейтенанту боком, и не заметно, быстро отстегиваю ключи с печатью от цепочки – есть такие замочки, позволяющие одним нажатием, отстегнуть связку, и бросаю цепочку с кольцом и маленьким кулоном, в виде сердечка, в воду.
    Бульк и цепочка в воде. Лейтенант, выпучив глаза, уставился на меня, видимо, потерявший в этот момент, дар речи.
    На палубе тишина. "Что вы сделали?" - закричал лейтенант.
    «Выполнил ваше приказание» - ответил я.
    «Я не давал такого приказа!» - закричал лейтенант.
    «Вот свидетели» - я повел рукой на присутствующих матросов. А те все в один голос: «Мы свидетели! Мы подтверждаем ваше приказание выбросить ключи в воду».
    А мичман добавил: «Лейтенант! Вы еще и оскорбили старшину, назвав его нехорошими словами, мы все это слышали».
    Лейтенант замер, побледнел и молча смотрел на меня, видимо, соображая, что ему делать дальше.
    «Товарищ лейтенант! Так как же быть? Ключей и печати нет, как мне открыть пирамиду?  Ведь до пересмены дежурства остается три часа. О происшествии необходимо записать в вахтенный журнал» - говорю я.
    До него, видимо, дошел смысл сказанного мною.  «Что мне делать?» - обратился он к мичману.
    Мичман, подмигнув мне и хитро улыбаясь, отвечает лейтенанту:  "Есть два выхода: первый – вы сейчас наденете ИДА и поищите ключи с печатью на дне.
    Здесь не глубоко! (ИДА) - это индивидуальный дыхательный аппарат, предназначенный для выхода из подводной лодки.
    А проще - это легкий водолазный костюм с баллонами для дыхания под водой.
    «Нет! Только не это!» - отвечает лейтенант. «Ну, тогда нужен литр «шила»!
    Здесь, недалеко есть мастерская, там классный мастер, он все сделает быстро и никому ничего не скажет!» - говорит мичман.
    «Я достану «шило» - крикнул лейтенант и быстро спустился в лодку.
    Мичман и все остальные, хихикая, потирали руки. Так развести этого лейтенанта – это удача.
    Минут через десять, появляется лейтенант, в руках небольшая фляга из нержавейки. Он отдает ее мичману и говорит: «Здесь всего восемьсот грамм - больше у меня нет. Хватит?»
    «Для начала хватит, позже отдадите оставшиеся 200 грамм. Согласны?» - отвечает мичман.
    «Да! Только надо все сделать по быстрее!» - отвечает лейтенант.
    Мичман забирает флягу и отдает мне. «Старшина! Бегом в мастерскую!»- командует мичман.
    Я забираю флягу с «шилом» и мчусь в мастерскую. Завернув за угол, что бы меня не было видно с лодки, я выжидаю минут сорок, и бегом на ПЛ.
    У трапа меня ждет мичман. Я передаю ему те самые ключи, печать и флягу с «шилом». 
    «А где наш лейтенант?» - спрашиваю я. "Внизу"- отвечает мичман и спускается в лодку.
    Минут через пятнадцать, мичман появляется на палубе ПЛ, улыбка до ушей.
    «Все нормально! Он даже не осмотрел ключи с печатью.
    Только просил не докладывать командиру и не делать запись в вахтенный журнал» - говорит мичман.
    «Шило», позже было разделено и благополучно пошло на протирку кишечно -
желудочного тракта.
    Вскоре, пришла новая смена, и благополучно сдав дежурство, мы отправились отдыхать.
    Лейтенант, долгое время ходил как отреченный, видимо, переживая за этот случай.  История, все же выплыла наружу.
    После беседы с командиром, он изменил свое отношение к нам.
    Правда, досталось и мне с мичманом, но вся команда была очень довольна этим случаем. Так проучили молодого лейтенанта.

Конечно, не очень хорошо мы поступили, но зато довольно действенно.