Майский десант. Ключи от памяти. Глава 1

 ОПЕРАЦИЯ «БАГАЖНИК»

Майское солнышко ослепляло с каким-то особым пристрастием. Воздух волшебно и густо пах черёмухой, городской пылью и тем самым «шашлычным предвкушением», от которого у Папы начинали непроизвольно подергиваться руки в поисках шампуров. Папа был инженером, неисправимым оптимистом и искренне верил, что законы геометрии милостивы к тем, кто умеет договариваться с пространством вопреки логике.
— Так, — скомандовал Папа Федя, вытирая лоб рукавом и оглядывая фронт работ. — Если мы применим классический метод «тетриса», то рассада помидоров уютно устроится на запаске, а дедушкино кресло ляжет сверху как венец инженерной мысли.
Папа кружил вокруг своего Ниссан Патрола, который в этот момент явно чувствовал себя безразмерной баржей, готовящейся принять на борт всю цивилизацию разом.
— Главное, чтобы твой «венец» не устроил геноцид моим кабачкам! — подала голос Бабушка Надя, бдительно охраняя ящик с зелеными ростками, как военный объект.
— Они нежные, им требуется личное пространство и уважение.
Бабушка была твердо убеждена: на даче в любую минуту может наступить ледниковый период. Поэтому, кроме стратегического запаса домашних огурцов, она прихватила с собой огромное пуховое одеяло, способное согреть небольшую арктическую экспедицию.
— У этих помидоров личного пространства сейчас больше, чем у пассажиров на заднем сиденье! — отозвалась Мама Вика. Она пыталась организовать жизнь между сумкой с кроссовками и вечным пакетом «на всякий случай». Мама была логистом в хроническом стрессе: она одновременно проверяла в уме состояние утюга, пересчитывала зубные щетки и виртуозно маскировала лишние пакеты от бдительной ревизии Папы.
Эрдельтерьер Уля, собака с характером профессора-хулигана, в это время самоотверженно работала «таможней». Она методично обнюхивала каждый сверток, вынося вердикт его полезности. Когда из пакета соблазнительно пахнуло маринадом, Уля издала короткое, но веское «вуф!» и попыталась впорхнуть в багажник целиком, прямо поверх папиного геометрического шедевра.
— Уля, отставить! Это на вечерний банкет! — прикрикнул Папа. — Ты посмотри на эту морду, у собаки слюна уже как березовый сок течет!
— Не ругай ребенка, — вступился Дедушка Леонид Сергеевич, поправляя кепку. — Собака чует весну и зов предков. В прошлом году, помнишь, она первого же дачного ежа приняла за вражеского лазутчика и лично вынесла ему смертный приговор без права обжалования?
— Деда, а ты портрет для «Бессмертного полка» в багажную пучину не отправил? Ну, тот, где дед Серёжа с медалью? — озадаченно спохватилась внучка Полина. Она героически совмещала несовместимое: одной рукой вцепилась в планшет, а другой — в эрделя Улю, справедливо опасаясь, что в этом хаосе собаку могут невзначай причислить к багажу и задвинуть куда-нибудь под рассаду.
— Не волнуйся, детка, это святое. Я его в руках повезу, личным сопровождением, чтобы не помять! — торжественно провозгласил Леонид Сергеевич.
— В прошлом году мы хотя бы испарились из города в десять утра, — вздохнула Мама, со знанием дела утрамбовывая в бардачок пятую пачку влажных салфеток. — А сейчас уже полдень. Мы явимся на дачу аккурат к моменту, когда местные комары начнут накрывать поляну и подавать нас в качестве деликатеса .

Наконец, багажник захлопнулся с таким крутым звуком, будто в космическом корабле загерметизировали шлюз. Папа, уцелевший в битве с геометрией, победно оглядел семейство:
— Всё! Экипаж, по местам! Курс — на шашлычный дым, свежий воздух и благословенное отсутствие интернета!
— Как это «отсутствие»?! — синхронно вскрикнули внучка и бабушка. Одна мгновенно оплакала свои соцсети, вторая — уникальные рецепты гарнира. Бабушка боялась, что без интернета потеряет власть над кабачками, которые без онлайн-поддержки рисковали остаться просто овощами.
Уля, решив, что лимит терпения исчерпан, влетела в салон с разбегу. Она сочно лизнула Папу в ухо, видимо, в качестве дорожного благословения и победно втиснулась между Полей и дверцей. Высунутая в окно борода эрделя оптимистично топорщилась во все стороны, обещая: эта поездка точно станет легендарной.
Папа повернул ключ. Мотор чихнул, откашлялся и заурчал, прогревая свои железные внутренности.
— Чувствуете? — мечтательно произнес Папа, втягивая воздух носом. — Запах свободы...
— Это запах моих солёных огурцов, — уточнила Бабушка с пугающим спокойствием. — Кажется, банка в багажнике всё-таки не выдержала накала страстей и приняла личную горизонтальную позицию...