Куст жасмина

                КУСТ  ЖАСМИНА
                Рассказ-быль
                1.
         Две молодые цыганки плескались в чистых водах речки Саврухи. Они хохотали, обдавая друг дружку  тёплыми  брызгами, искрящимися  в солнечных лучах. Одна из них, та, что постарше, бросив взгляд на высокий мост над рекой, испуганно вскрикнула, показав рукой:
-  Глянь-ка, глянь, Лоло,  мальчонку по мосту рослые парни  гонят, как зайчонка!
Её подруга быстро вскинула руки к голове, закрываясь от слепящего солнца, и, ойкнув, заверещала:
- О, ромалы!  Что там такое происходит?!
Не успели подруги ахнуть, как мальчонка, перемахнув через ограждение моста, стремительно бросился в речку.
Хитана, имевшая  сына-подростка, решила ввязаться в ситуацию, поскольку увидела угрозу для жизни мальчишки.
- Э-эй!  Друг малы, вы чего это над малышом изгаляетесь?! Ведь он утоп! О божечки -и -и!
Ватага ребят бросилась  прочь от  места происшествия.
Цыганки  принялись нырять, пытаясь  найти в прозрачной воде тело мальчика.
А мнимый утопленник вдруг выплыл прямо  перед  рыдающими  женщинами.
Увидев мальчонку живым, цыганки  оторопели, но тут же бросились к мальчишке:
- Ай, деточка! За что  тебя  загнали в реку эти зверята? А если бы ты разбился? А если бы утонул? А мог бы и запутаться в коряжинах, коих тут немало?!
Хитана порылась в своей суме,  вытащила махровое с красными розами полотенце и принялась  обтирать дрожавшего мальчонку. Мальчик дрожал явно не от холода – стояла июльская жара, а от пережитого страха. Он  не сопротивлялся, пока  Хитана насухо вытирала слипшиеся вихры русых волос, сняв с него  жёлтую  футболку, крепко выкрутила её, выжав до последней капельки речную воду. И только потом приступила к расспросу:
-  Рассказывай, малыш, за что тебя обидели эти ребята? Что  приключилося? Не бойся –  они убежали, как трусливые  сайгаки!
Мальчик, шмыгнув носом, посмотрел на женщин большими   синими глазами и доверчиво ответил:
- Да они хотели костёр в лесу зажечь, а я… я  сказал, что  сообщу в пожарную часть. В такую-то жару лес полыхнёт, как огромная свеча!
Глаза мальчишки повлажнели.
Цыганки в один голос одобрительно зацокали:
- Ва -ах,  малыш! Да ты смелый мальчик! Зовут-то тебя как?
-  Костя Кудрявцев.
Хитана, взъерошив  ещё влажный чуб мальчика, шутливо засмеялась:
- Ну, вот сейчас ты  не совсем кудрявый!
- Родители у тебя есть – мама, папа?
Мальчик, опустив голову, насупился.
Но не прошло и секунды, вскинув пушистые ресницы,  важно заявил:
- Есть у меня мама!
Младшая цыганка, собрав свои юбки, сушившиеся на  траве, заторопила:
- Хита! Не пора ли нам в табор?
Хитана встрепенулась:
- Айда, малыш, проводим тебя до мамы на всякий случай…
По дороге  цыганки выяснили, что Косте девять лет, что живут они с мамой в Чудайкино, что  она у него –
самая лучшая на свете…
   Вскоре  необычная троица подошла к двухэтажному дому, в котором находилась квартира Кудрявцевых. Навстречу им из-за кустов жасмина вышла женщина невысокого росточка. Увидев  сына в окружении цыганок, она побледнела и бросилась к нему с тихим вскриком:
- Костенька! Где ты был? И почему эти тёти с тобой пришли?
Цыганки переглянулись между собой и успокоили испуганную  женщину:
- Всё уже хорошо, милая. А что произошло, сын, наверное, сам расскажет…
- Да он с моста в речку сиганул!  – не выдержала младшая  цыганка, – и как бедный не утонул и шею не свернул?!
- Да ладно тебе, Лоло, пугать женщину, всё благополучно разрешилось! – одёрнула старшая.
Хитана, увидев на руке   женщины   сияющий браслет, как-то по-особому тепло посмотрела на маму Кости и  тихо проронила:
- Славный пацан у тебя растёт, Галия!  Большое и светлое будущее  ждёт его… А тебе, милосердная, особое спасибо… сама знаешь, за что!
Костик подошёл поближе и вежливо поблагодарил:
- Спасибо вам, добрые тёти!
Повернувшись к матери, мальчик попросился  уйти, чтобы переодеться в сухую одежду…
Женщина низко поклонилась  цыганкам и, протянув руку, назвалась:
- Галина Фетисовна… идёмте в квартиру, чаем угощу!
Цыганки снова переглянулись и, шурша длинными юбками, заторопились:
- Нет-нет, тётушка, нам пора в табор. Во-он там, за рекой, мы остановились… Приходи когда, ежели что.
Они, обогнув куст жасмина, пошли по  асфальтированной дорожке. Старшая  цыганка обернулась и  гортанно прокричала:
- Береги сыночку, тётушка! А больше никаких бед к тебе не придёт – ты уже испила  свою чашу страданий до конца…
Галина Фетисовна в задумчивости опустилась на зелёную скамейку. Но тут же встала и направилась к подъезду –
надо же расспросить Костика, что случилось там, на речке…
                2.
   Солнце стояло  высоко в небе.
Жарко. Душно.
 Будто и не купались Лоло и Хитана в речке –
 юбки на  них уже высохли;  раскалённый воздух обжигал лицо, дышать этим воздухом становилось невыносимо.
Даже птицы куда-то запрятались и не подают голоса. Вот жужелица лениво пролетела над головами цыганок и брякнулась  в траву…
Лоло, словно решила последовать её примеру – она отвела рукой в сторону взмокшую прядь волос и капризно  попросила:
- Присядем, Хита, во- о- он за той чахлой берёзкой, передохнём малость, ну прямо  дыхание свело от жары!
- Твоя правда, Лоло, – как-то уж очень быстро согласилась  Хитана. – Давай в тенёчек присядем!
Устроившись поудобнее на своих юбках, Лоло  слегка дёрнула  за руку свою старшую подругу и, заглянув в её большие чёрные глаза, тихонько  и вкрадчиво заговорила:
- Ну, рассказывай, Хита, откуда ты знаешь эту женщину… ну вот… маму этого пацанёнка?!
- Да не мама она ему, – раздражённо махнула  рукой Хитана.
- Как??? А кто же она ему?! – удивлённо  привскочила с примятой травы Лоло и ошарашенно уставилась на подругу.
Хитана внимательно посмотрела на худенькую свою подружку (кстати, худоба   была к лицу этой юной красавице) и, перебирая воланы на юбке, начала рассказывать Лолонэ  о том, как судьба свела её с Галиной.
… Тогда  стояли жгучие январские морозы. Я решила побывать на большой ярмарочной толкушке – надо было прикупить для будущего ребёнка  побольше фланели на пелёнки. Ну вот, выбираю, значит, материал с думою о малыше, рядом моложавая женщина в печальном чёрном  платке  покупает  голубенький костюмчик-комбинезон примерно, где-то на возраст двух лет. Не успела я  расплатиться за покупку, вдруг слышу за спиной   бабий визг, сквозь который прорываются слова: «Держите! Обокрали!» 
И оглушительный свисток милицейский. Вижу, как мчится какой-то парень не парень, верзила высокого роста. Моложавая женщина тоже ещё стоит у павильона, укладывая покупку в авоську. Пробегая совсем рядом, верзила бросил к моим ногам сверкающее ожерелье и сгинул прочь. Я  с большим трудом нагнулась ( срок-то уже довольно-таки большой!), подняла   брошенную драгоценность, и в этот момент подбежавший  милиционер схватил меня за полу шубейки , увидев в моей руке ожерелье, заорал:
- Ага! В сговоре значит?! Попалась голуба!
И потащил меня куда-то к выходу с рыночной площади… Сама знаешь, Лоло, я не из боязливых, но тут  оробела, испугавшись за  будущего моего  ребёночка…
 И тут вдруг слышу  тихий голос  той женщины с печальными глазами:
- Постойте-ка, товарищ милиционер! Не крала она эту драгоценность. Я видела, как парень бросил к её ногам эту вещь. Заберите, верните хозяйке, а вора ищите уже  далеко впереди.
И она протянула стражу милиции сверкающее украшение, взяв из моей руки.
Видимо, было что-то  такое в той женщине, что милиционер, поверив ей, отпустил рукав мой шубки…
Задумавшись, Хитана смолкла.
- Ну-ну, а дальше-то что? –  заинтересованно  придвинулась к ней подруга. – Как всё потом сложилось?
Хитана загадочно улыбнулась.
- Ну вот, значит, стою я, придерживая  руками отяжелевший живот, дрожу, как овечий хвост. Переживаю уже не за себя, а за то, как  эта заварушка с проклятым ожерельем, которое я не воровала, скажется на таборе, коли слух дойдёт.
 Но всё разрулила всё та же женщина.
Она  так убедительно поговорила с милиционером, что тот, заулыбался во весь рот и  пробубнил:
- Поверю тебе на слово, праведница ты наша!
Забрав  драгоценность он пошёл навстречу  растрёпанной крикливой женщине и, отдавая ей вещь, с досадой заметил:
- Твоё, что ли, добро?
Та  закивала головой, закутанной в шаль:
- Моё! Моё! Спасибо, что вернули, догнали ворюгу, значит?
Страж порядка только махнул рукой.
А женщина, помогла мне  выбрать фланельки и предложила:
- Идёмте ко мне. Я тут недалеко живу. Хоть чаем согреемся.
В благодарность ей я согласилась побывать у неё. У меня, и вправду, то ли от холода, то ли от переживаний зуб на зуб не попадал – горячий чай был бы кстати.
Пока шли недальней дорогой, познакомились. Очень быстро добрались по снежной круговерти до двухэтажки, в которой жила Галия. Вообще-то, она Галина Фетисовна, но  я сразу как-то легко переиначила её имя. Она была не против.
Когда мы вошли в красиво убранные покои Галии, навстречу нам вышла  русокосая высокая  круглолицая девушка и, приложив палец к губам, прошептала:
- Тс-с-с! Недавно  уснул Костенька!
Галия помогла мне раздеться и только тогда  повернулась к девушке:
-  Спасибо, Настёна, что   приглядела за малышом!
- Да ничего-ничего, мне только в радость понянчиться с ребёнком моей подружки… Ну, я побежала, Галина Фетисовна?!
-  Беги-беги, Настенька, ещё раз благодарю!
Девушка убежала.
Галина Фетисовна подошла к кроватке, в которой безмятежным  крепким сном спал  розовощёкий карапуз, разметав в сторону пухленькие ручонки. Помню тогда, что я  потихоньку придвинулась к кроватке и заулыбалась – скоро и у меня  родится малышок-крепышок!
За чаем разговорились.
Нелёгкой оказалась судьба у этой тихонькой женщины.
       От онкологии умер муж Егор. И дочку Клаву она воспитывала уже одна... Галия рассказала, что ребёнка дочка родила в студенческие годы. На расспросы, кто отец  малыша, дочка раздражённо махнула рукой. Видимо, подлецом оказался. Узнав, что  Клава   носит под сердцем от  него дитя,  он скептически усмехнулся: «Ребёнком ты меня к себе не привяжешь!»  Этим  было сказано всё – полный отказ от отцовства. Больше дочка ни разу не заговаривала об отце Костеньки. Записали  тогда малыша, дав ему отчество  покойного деда Егора, и стали воспитывать вдвоём до тех пор, пока… пока…
И Галия, уже не сдерживая горьких слёз, рассказала о трагической гибели дочери. О том, как на дочку и её подругу на полной скорости наехал какой-то ошалевший шоферюга. Клава первой увидела мчавшуюся машину и успела толкнуть подружку с тротуара и крикнуть:
- Настёна!
А сама  она погибла под колёсами…
Ох, доченька, доченька!
И нет больше слов… Горечь перехватила горло, заставив бешено колотиться изболевшее сердце…
На фото в траурной рамке   была  запечатлена смеющаяся девушка в красивом платье. И сама девушка была, словно воздушный  розовый цветок…Потом Галия открыла платяной шкаф и достала вешалки с красивыми платьями. 
- Возьми, Хитана,  эту красоту! Дочка ходила в танцевальную студию…Ой, как она любила народные танцы и задорные пляски!  Наряды для танцев шила сама по своим эскизам…Возьми, Хитана!  Раздашь в таборе, кому, как не вам, носить такую красоту?!
А  платья и в самом деле  были роскошными: с волонами, с рюшами, расшитые  блестящими пайетками.
В этом месте Лоло переспросила:
- Пайетками? А что это такое?!
- Ты же видела, Лоло, в каких платьях ходит Русалина, дочка нашего баро! Вот эти самые наряды я принесла в табор…
- Вай, и вправду, красивые! – просияла Лоло. – Блестящие  кружочки переливаются разными цветами! Серебристые, жёлтые, красные, зелёные, лиловые…Видела, видела я эти наряды.
- Ну вот. Не хотела я тогда их брать. Но Галия, увидев мой отказ, так разрыдалась, что едва не разбудила спящего малыша. Ухватив меня за рукав, она сквозь рыдания горько проронила:
- Некому носить эти наряды…И не знаю, кому отдать… но глядя на них, у меня душа  разрывается от горя –
боюсь,  что не хватит у меня никаких сил вырастить Костеньку!..  Сердце в тоске по дочке,  от горя тает  с каждым днём…
И я   под  уговоры Галии  взяла пакет с нарядами. В  благодарность надела ей на руку свой браслет из  простеньких камушков… Да, собственно, вот и всё наше знакомство – грустно закончила Хитана.
 И, спохватившись, поднялась с примятой травки:
- Вай, Лоло! Припозднились мы с прогулкой! Айда-ка скорее в табор! Сыночек Лачи, наверное, уже рыбки на ужицу наловил!
И подружки весело зашагали к табору, загребая босыми ногами придорожную пыль.
                3.
       Баба Галя сидела на скамеечке возле куста жасмина. Рос этот куст, можно сказать, почти у самого подъезда двухэтажного дома. Всего-то   пять шагов отделяют  мини-садик от асфальтированной дорожки к  дому. Жасмин не одинок: в три рядочка разместились на маленьком клочке невзрачной зашлакованной земли боярышник, калина, ирга, сирень, черёмуха, рябина, вишня. Да ещё минувшей осенью баба Галя умудрилась воткнуть  саженец  сливы. С весны до осени благоухает  этот махонький садик, радуя прохожих ароматом и свежестью зелени. В этот аромат  вливается  дурманящий запах чайных роз красного и жёлтых цветов. Но больше всего привлекает   людей да и саму хозяйку этих  зелёных насаждений куст жасмина. Частенько слышит баба Галя:
- Какой нежный аромат! Баба Галя, не поделишься ли отводком этого чуда?
Галина Фетисовна, закинув за спину жиденькую косичку   седовато-русых волос, охотно отвечает:
- Конечно, поделюсь! Вот осенью приходите,  выкопаем  отводок, какой вам  глянется!..
И баба Галя улыбается кроткой застенчивой улыбкой.
     Была она  женщиной уже преклонного возраста, низенького росточка, не понять – толстовата она  или худовата. Самой ей казалось, что она располнела к старости, надо бы похудеть. И кому она ни  скажет про свою полноту, её поднимают на смех: «Да тебе поправиться надо килограммов на семь, а не похудеть!» В ответ баба Галя  грустно улыбается. Одному она рада в своей   фигуре – талия сохранилась, как у молоденькой. Но это уж заслуга самой  Галины Фетисовны –
раз восемь  за день занимается  физкультурой, собственно, у неё и день-то начинается с гимнастических упражнений…
Да и работа у неё на маслоэкстракционном заводе была не из лёгких, она-то во многом и закалила Галину физически. Только вот душевно не быль столь сильной эта миловидная женщина с  грустными  светло-серыми глазами… 
Посидела баба Галя всего-то минут пять, а ей показалось, что долго засиделась она. А потому встала, подтянула отвороты  спортивного трико. Тут к  ней на  рукавчик яркой  блузки  уселась божья коровка. Баба Галя  осторожно взяла  её и, положив на раскрытую ладонь,  ласково напутствовала:
- Лети, любезная!
Лето, ах, буйное лето! Его-то именно ждёт Галина Фетисовна, чтобы размять свои косточки в работе над своими саженцами. Дел много, и все они нужные –
 приносят умиротворение душе.  И Галина Фетисовна  рада  всей этой суете. Работает в своём разноцветном душистом мире и  думает о промчавшихся годах…
     В далёкие нулевые  нового столетия к ней обратилась  соседка по подъезду Катерина с довольно странной просьбой:
- Слышь, Галин, выкопай куст жасмина в моём огороде, пересади его,  куда хошь, а то пропадёт – жалко же!
Галина с удивлением посмотрела на соседку:
- Батюшки мои! О чём ты, Катя? Как это пропадёт?
- А вот так! Запила я…и, кажись, уже не выберусь из этой ямы…чую – зовёт  меня к себе мой  любимый  муженёк Коленька…
И Катерина  скорбно склонила голову.
Галина знала о пагубной привычке соседки, не однажды пыталась с ней беседовать на эту тему, но Катя лишь отмахивалась:
- Один чёрт помирать скоро!
И уходила к себе в квартиру,  обнимая бутылку.
Галина горестно вздыхала, глядя ей вслед, но помочь ничем не могла…
Выкапывать и пересаживать куст жасмина ей помогала, дочка-шестиклассница Клава. Она юлой крутилась возле матери – весёлая хохотушка с золотистыми кудряшками.
Приготовив ямку для  пересадки саженца, Галина уже намеревалась опустить его в уютное гнёздышко, но дочка остановила:
- Мамочка! Посмотри, здесь три отводка, видишь нарождающиеся почки?! Значит, надо посадить в  четыре лунки!
Галина Фетисовна с удивлением посмотрела на дочь:
- И откуда у тебя такие познания в области ботаники?! Наверное, на биофак  поступать решила?!
- А вот и не и угадала, мамочка! – задорно расхохоталась Клава, – я пойду учиться на технолога  пищевой промышленности. Буду потом работать на заводе по выработке растительного масла.
Четыре куста жасмина со временем разрослись. Да так буйно, что аромат от   них в пору цветения    опьянял всю округу. Прохожие останавливались и любовались на этой душистой красотой…
Для Галины Фетисовны кусты жасмина – память, горькая и сладкая память о дочке.
Ох, доченька, доченька!..
Частенько приходит Галия на могилы мужа и дочки.  Сквозь слёзы протирает  оградки, наливает в бокальчики свежей воды…
Обнимая  кресты, медленно опускается без сил на землю:
- Ой, родненькие мои!..
Теперь вот уже и Костику  восемь лет. Хороший внук у неё растёт. Впрочем, какой внук? Мамой зовёт, значит, не бабушку он видит перед собой, а добрую и  славную мать. И то – надо  только подумать – всю любовь неистраченную Галина Фетисовна перенесла на Костика…
                4.
      Забурлила, запенилась  шалая вода в Саврухе. Весна в этом году припозднилась. Может, поэтому как-то сразу и неожиданно наступило желанное  тепло. Быстро в рост пошла вся зелень. Над Саврухой  кругами  летали  крикливые птицы, гортанно выкликая кого-то: »Ка -а -рр! Ка- а-рр!» 
Откуда-то из ракитовых кустов насмешливо доносилось: «Ти-и-ви! Ти-и- ви!»
Легко и  вольно дышалось!
   Вот и Константин   свободно вздохнул, свалив зачёты  весенней сессии. Учился он  в лесотехническом техникуме в соседней  Оренбургской области. Педагогов радовали успехи прилежного студента. Но сам Костя Кудрявцев не был уверен в выборе своей профессии. А усомниться ему в  этом помог один случай.
  Однажды Константин  оказался невольным свидетелем дорожно-транспортного происшествия. Его  однокурсник  ехал на мотоцикле. Костя в это время сидел у арыка в полной задумчивости, из которой его вывел  громкий  металлический скрежет. Приподнявший, он увидел, как  с пригорка катился, переворачиваясь, мотоцикл. Костя кинулся  к пострадавшему сокурснику. Для начала  оказал ему первую   помощь, наложив тугой жгут на ногу, чтобы  остановить кровотечение. Когда товарища положили в больницу, Костя и там  пригодился – парню потребовалось переливание крови. Юноша был рад, что   пораненному другу подошла его группа крови. Доктор  с благодарностью  взглянул на Костю и вынес неожиданный вердикт:
- Вовремя ты, парень, оказался рядом – не дал погибнуть товарищу от потери крови. Быть тебе отличным врачом!
Галина Фетисовна заметила  перемену в сыне и попыталась выведать причину  его глубокой задумчивости. И сын раскрылся:
- Понимаешь, мама, учусь на лесничего, но  гнетёт меня  какое-то неудовлетворение, будто что-то важное проходит мимо меня. Вот, представляешь, можно  сажать деревья, спасать их от всяких напастей… а можно спасать людей. Вот как тут разобраться?
Галина Фетисовна  внутренне напряглась и побледнела.
- А-а! Вот о чём ты, сыночек! Знай, Костик, ничего нет дороже человеческой жизни. Всегда помни об этом!..
И она, закрыв лицо руками, тихо всхлипнула.
Костя всполошился:
- Мама, мамочка! Да что ты? Я чем-то обидел тебя?
А вскоре он, забрав документы из лесотехнического, поступил  в медицинский…
Прошли годы.
Константин  успешно закончил медицинский институт и поступил в ординатуру. Молодой специалист в области нейрохирургии  стал известен  в самых отдалённых уголках России…
А ещё через четыре года  он привёз в деревню жену Милану и  четырёхлетнюю дочку Богдану. Забавная девчушка ходила по пятам за Галиной Фетисовной, заваливая её вопросами. Увидев, как  она заботливо  срезает секатором отжившие веточки на кустиках, девочка удивлённо округлила глаза и, чуть не плача, кинулась к Галине Фетисовне:
-  Бабуля! Зачем делаешь больно кустикам?
Галина Фетисовна отложила в сторону секатор и  стала объяснять девочке, что она срезает  только сухие веточки, которые отжили и больше не вырастут, что на их месте появятся свежие, молоденькие…
    В один из очередных приездов Константин заявил, что его помощь нужна там, на Украине, где шла  война, на линии боевых соприкосновений. Услышав об этом, Милана зарыдала.
Галина Фетисовна после коротких раздумий засобиралась куда-то идти.
- Я скоро  вернусь, дети!
И она, припадая на  левую больную ногу, заспешила за реку Савруху. «Только бы табор был на месте, – шептала она. – Только бы Хитана никуда не делась из табора!»
Не увидев знакомых кибиток за рекой, Галина Фетисовна горестно ахнула. Но тут из  избушки (вероятно, лесник  в ней жил) вышла старенькая женщина в вязаной кофте,  повязанная  клетчатым полушалком. Она окинула взглядом полянку и  неожиданно молодым голосом позвала:
- Бэла, Бэлочка!
Из-за густого орешника, жуя на ходу, вышла коза и степенно направилась к избушке. Старушка не сразу заметила притулившуюся Галину Фетисовну на хилом пеньке, встрепенувшуюся при виде лесничихи. Подойдя поближе, она поздоровалась и со слезами в голосе спросила:
- А куда подевался здешний табор? Мне одну цыганку очень надо бы повидать и поговорить с нею!
Старушка позвала женщину в избушку, внутри которой  исходили ароматом луговые и лесные травы. На удивлённый взгляд Галины Фетисовны ответила  доброй улыбкой:
-  Не бойся!  Я –  Аграфена, жена лесника. Мой-то уехал в ваше село Чудайкино за провизией, а я вот домовничаю.
 А -а -а! Это тебе, думаю, адресовано письмо от местной таборной цыганки?!   Просила, просила   она  передать тебе  послание.
И Аграфена проворно достала толстенький конверт и подала его Галине, которая  выйдя на улицу, развернула  тетрадный листок сразу же.
Хитана писала ровным почерком, совсем неторопливым, видимо, было время заблаговременно написать послание свой случайной подруге.
« Галия, я не буду выпытывать, откуда мне всё про тебя ведомо. Считай, что твой куст жасмина  мне нашептал про тайны твоей неуёмной и ранимой  души… Придёшь, придёшь за советом, в котором ты очень нуждаешься. Добрая ты душенька! Отпусти  своего сына, куда он захочет поехать. Я уже говорила тебе, и ещё раз повторю, что больше не свалится на твои хрупкие, но сильные плечи никакое лихо: все горести твои позади… Покуда я жива, буду мысленно  охранять твою семью от всяческих напастей, ежели они и будут рядом, но минуют твою семью стороной. Будь здоровенька и спокойна   душевно. Твоя  обережница Хитана.» 
Дочитав до конца коротенькое письмо, Галия  кинулась в сторожку к лесничихе. Она обняла Аграфену и сердечно поблагодарила:
-  Спасибо тебе, миленькая,  сохранила это письмо!
И Галия приложила к губам исписанный лист бумаги…
Возвратившись домой, она в первую очередь успокоила Милану, расцеловала Богданочку и  обратилась к сыну:
- Костик! Ты  вырос у меня сильным и мужественным человеком, способным  самостоятельно и взвешенно принимать решения. Поступай, как велит тебе твоё сердце и разум. Раз  решил поехать спасать  раненых  бойцов, значит,  так  тому и быть. А Милана с Богданочкой будут под моей защитой, не сомневайся, сынок!..
    После отъезда  сына Галия ещё чаще и тщательнее  стала
ухаживать за кустами жасмина. Она   заботливо осматривала тонкие веточки, что-то шептала. И ей казалось, что при каждом дуновении ветра листья жасмина чуть  слышно её успокаивают: «Жив, жив Костенька твой!»
И Галия Фетисовна, вытирая слезящиеся глаза, кивает головой:» Верю, что жив мой сыночек, что ничего с ним не случится!»
       А над речкой Саврухой  по  бледно-голубому небу важно проплывали  белые, в завитушках,  беспечные облака.