Сетуские сказки. 2

=====
     Из проекта Самоглядное Зеркало, Самогляд Родаруса. Энциклопедия сказок Русского мира. Сказки родственных народов.
     Здесь приведены 2 сказки сетов.
=========
     Сету, сетукезы, сето, псковская чудь, полуверцы. Этническая группа, относимая к финно-угорским народам.
     Исторически сету проживали на Псковщине, сейчас их больше в Эстонии. Всего от 13 до 25 тысяч. Постепенно ассимилируются. При официальных записях именуют себя эстонцами или русскими.
     Общаются сетукезы на языке сету, являющимся выруским диалектом эстонского. Хотя сами сету считают свой язык самостоятельным и независимым ни от русского, ни от эстонского.
     Сету в течение последних двух веков сформировались в отдельную этническую группу в результате смешения нескольких субстратов в разное время. Изначально это был местный автохтонный Псковский этнос, существовавший вместе с ливами, ижорцами и водью. Затем эта, согласно летописям, чудь дохристианская смешивалась с русо-славянами, уходившими осваивать северо-западные земли Русской цивилизационной платформы.
     Затем с конца 18-го века к этому этническому конгломерату присоединяются эсты, не пожелавшие лютеранского крещения, затем, в 19-м веке сюда приходят другие эсты, принявшие православие.
     Последние русо-эстонские миграции 19-20 веков происходили чересполосно, навстречу друг другу, отчего сету с рождения владели сетуским говором, но с возрастом овладевали псковский диалект русского языка. Русские напротив, язык сету знали меньше, поскольку местные рыболовные артели основывали русские, а сету были наёмными рыбаками. Русскоязычная масса постепенно осваивала всё больше прибрежных зон, ассимилируя отдельные этнические и лексические протуберанцы автохтонных сету и эстов.
     С начала 20-го века начинается столыпинская миграция сету в сторону Перми и Красноярска, где они основали множество колоний численностью до 8 тысяч переселенцев.
     В Эстонии сету пока не получили статуса малой народности, но и не притесняются. В России сету включены в единый перечень малочисленных народов России.
     По вере сету православные, которое приняли в эпоху Позднего Средневековья, в15-м веке, при этом вера их синкретическая, в их православных обрядах присутствуют и католические элементы, и черты финно-угорской дохристианской культуры.
     Поскольку сету не имели письменности и на их территории не было церквей, у них не было и Библии. Все обряды они проводили изустно, по памяти, отчего русские православные называли их полуверцами. Это прозвище закрепилось среди русских артельщиков как один из этнонимов.
     Дома сету строили псковского типа, одно и двухкамерные с замкнутым двором с высокими воротами для проезда на лошадях. Такой тип дома переселенцы-сету занесли и в Сибирь.
=======
     Фольклор сету отличается архаизмом. В нём заметно влияние прибалтийско-финских, финно-угорских и русских традиций. Их изустное творчество состоит из песен, сказок, преданий, мифов, саг, легенд, обрядов.
     Песни сету очень живые, поэтические, ритмичные. Это свадебные и плачи, обрядовые, трудовые, пастушьи, игровые, повествовательные песни. Их отличает полифоническое пение. Есть старинные лирические и эпические песни сказочного, легендарного, мифологического содержания. Пели в основном женщины, более способные к импровизации. Их называли «Матерями Песни».
     Сказители отличались способностью развёртывать фабулу. Если сказка содержала стихотворные вставки, их напевали. Сказки никогда не повторялись. Всё зависело от аудитории, времени года, настроения и изобретательности сказителя.
     Эпические сказки как правило крупные, такие, как Пеко. В эпосе сету сочетаются языческие верования, элементы православия, описание истории и быта народа.
     К эпическому жанру относится сказания о рыбаке Айво, в русских сказках это Микула Селянинович. Сказаний про Айво много, в них разные сюжеты, но все они про волшебное детство, про молодость, про историю любви, приключения в надводном и подводном мире
     Предания всегда о священных камнях, о каменных крестах, о таинственных часовнях, о запрятанных источниках, о магических могильниках, о чудотворных иконах, про историю Псково-Печерского монастыря.
     Есть описания обрядов. В основном они основываются церковном календаре с двунадесятыми праздниками. Есть и местные локальные престольные праздники. Обряды, связанные с культом плодородия. Все они гармонично входят в единую обрядовую традиционную систему народную традиционную систему.
================
----------
Королевкая дочь.
…….
     Давным-давно была королевская дочь. И были у неё постолы сделаны: один из кожи вши, а другой был из кожи блохи на ногах сделаны. А король собрал всех: Кто скажет, из какой кожи эти дочкины постолы, тому и отдаст её в жёны. И все-все собрались, но никто не смог сказать. Всех птиц кожу называли, всех зверей шкуры, какие только на свете есть.
     А один змей, под берёзовой колодой, под колодцем, тот знал: «Ну, что же, раз такое дело, я смогу сказать. Один из кожи вши, другой из кожи блохи!» И пришлось тому змею отдать. А ведь змеи в древности на людей такие чары налагали. И нужно было змеям отдавать женщин. И отдали её, и сыграли свадьбу, и пошла она с тем змеем за озеро далеко-далеко, эта дочь.
     Королевская дочь ушла далеко за озеро. И жили они так, пока у неё уж три дочери там не родились.
     И приехали они к матери погостить да к отцу. Приехали погостить, и гостили несколько дней с тремя дочерями. Братья всё прочее забросили. Никто из них ничего не говорит, из старших, а младший сказал:
     — Где же ваш отец?»
     — А отец наш придёт тогда, когда мы сядем есть, он тогда вокруг тарелки обовьётся, и языком будет лизать».
     — А как вы домой попадёте?»
     — А отец нас на корабле привёз. Мы когда куда-то собираемся ехать, то поём: ‘Сиилё-виилё, спустись, корабль, поднимитесь, паруса, сиилё-виилё!’ и тогда он приезжает за нами на корабле.
     Ну, так братишки узнали, что таким образом их отец прибудет. А та уж хотела уезжать, да братья сказали, что только не сегодня. У нас, де, сегодня времени нет идти провожать, утром, де, поедете. А братья такую уловку придумали. Братья пошли к нему и обманули его. И спели:
     — Сиилё-виилё, спустись, корабль, поднимитесь, паруса, сиилё-виилё, спустись, корабль, поднимитесь, паруса, сиилё-вилё!»
     Корабль пришёл, и они убили того змея. Убили, а на другой день сестру привели. Привели сестру, и сказали сестре, что у нас, де, нет времени здесь ждать, жди ты сама, а мы пойдём. Сестра тогда высунулась из-за мыса:
     — Сиилё-виилё, спустись, корабль, поднимитесь, паруса, сиилё-виилё, спустись, корабль, поднимитесь, паруса, сиилё-вилё!»
     Корабль пришёл, но весь в крови. Весь в крови был тот корабль. Что делать? Мать детям:
     — Кто рассказал?»
     Старший сказал:
     — Я точно не говорил!»
     Младший сказал:
     — Я точно не говорил!»
     Самый младший сказал:
     — Да, я сказал!»
     Тогда поехали всё-таки домой. Потом осели там все около моря дубами и вишнёвыми деревьями. И все остались там, и домой так и не дошли. Ведь некуда было идти.
===========
-----------
Айво и одноглазая щука.
……..
     Айво в челноке однажды вышел в озеро под утро и большой поставил невод. Стало солнце подниматься, словно в зеркало, смотреться в синеву воды озерной.
     Айво невод поднимает – ни одной рыбешки нет, даже маленькой плотвички, даже юркого ерша. Вновь пускает невод Айво в глубину озерных вод. Терпелив рыбак, он знает, что удачу надо ждать…
     Поднялось повыше солнце, синеву зазолотило в небесах и на воде. Снова тащит невод Айво. Снова в неводе улова никакого нет совсем, легок невод, как вначале. Ни салаки в нем, ни щуки, ни тяжелых судаков. Айво в третий раз бросает, терпеливый, смирный Айво, свой надежный, крепкий невод в глубину — и снова ждет.
     И уже над головою светится-сияет солнце, темя жарко напекло. В третий раз перебирает Айво невод — ни рыбешки. Не сверкает чешуя, серебром не отливает сеть смоленая его…
     И тогда озлился Айво, терпеливый, смирный Айво, на Хозяина Воды, на Озерного Владыку. Плюнул в воду, рассердясь, кулаком по водной глади стукнул, брызги полетели. И в сердцах он закричал:
     — Ты зачем, владыка Пейпси, рыбу в невод не пускаешь и не даришь мне улов?! Я не первый год рыбачу, мы давно с тобою дружим, и всегда ты мне удачу посылал из глубины. И всегда уловом крупным, судаком и щукой были сети у меня полны. Я ж тебе всегда подарки очень щедрые дарил: перед каждою рыбалкой хлеб, завернутый в бересту, а бывало, даже яства по волне к тебе пускал. А на праздник непременно я всегда хмельного меда выливал горшочек в воду, чтобы ты повеселился… Чем тебе не угодил я, и на что ты рассердился? Что ты хочешь от меня?!»
     И от слов горячих Айво гладь озерная вскипела, волны вдруг забушевали, небо черной пеленою вдруг покрылось, гром ударил, поднялась большая буря. И челнок долбленый Айво буря к берегу помчала и ударила о камень, о прибрежную скалу, и разбила сразу в щепки.
     А рыбак и сам, как щепка, от могучего удара полетел над водой, и упал с такою силой, что сознанье потерял. И, как мертвый, он лежал до заката.
     Но очнулся, встал и вспомнил, что случилось, огляделся, отряхнулся… Видит — озеро спокойно, а у ног его лежит на песке большая щука.
     — Вот спасибо. Водяной! — закричал оживший Айво, — ты разбил челнок мой верный, но меня в живых оставил, да еще и с этой щукой я теперь домой вернусь!»
     Потянулся Айво к щуке, что лежала и хватала воздух ртом своим зубастым. Взял ее — и в изумленье тут же выронил.
     Была эта щука — одноглазой! Да, всего одним лишь оком на него смотрела рыба…
     “Что за диво?! — прошептал он — Я еще ни разу в жизни одноглазых рыб не видел…”
     Только в тот же миг опять бедный Айво изумился: щука вдруг заговорила! С человеческою речью одноглазая рыбеха обратилась к рыбаку, пасть зубастую разинув:
     — Ты меня послушай, Айво! А послушав, на свободу отпусти, отдай воде… Я — посланница владыки, что водой озерной правит, озером Чудским владеет. Он велел тебе сказать: слишком, Айво, ты зазнался, что в деревне и в округе ты удачливее всех в мастерстве рыболовецком, что всегда твой невод полон рыбой самою отборной.
     Всем ты хвастаешься, Айво, что с владыкою озерным вы давно друзьями стали. Вот он и решил проверить, друг ему ты иль не друг. Мало ты подарков даришь в благодарность Водяному. Что там хлеб и мед хмелящий! Нет, поди-ка докажи ты, что тебе для Водяного ничего не жаль на свете — подари ему жену! До утра пусти ко дну свою женушку родную, распрекраснейшую Марью, мать твоих пяти детей. Водяной давно уж знает, что во всем краю озерном нет ни женщины красивей, ни хозяйки домовитей. Так отдай же до рассвета Марью в жены Водяному! Пусть она ему послужит… А иначе — не видать никакой тебе удачи. Он тебе не только рыбы никакой не пустит в невод — он тебя совсем утопит… Эта буря — лишь задаток, лишь урок тебе, рыбак!
     Вот и все я рассказала, что велел мне Водяной. А теперь меня на волю отпусти, рыбак, скорей…»
     Бросил Айво щуку в воду, сел на камень и заплакал он горючими слезами. Долго плакал Айво бедный, хоть не плакал никогда он даже в детской колыбели…
     Как не плакать, если Марью больше жизни он любил, Только знал он про свирепый нрав озерного владыки, знал, что тот не только может одного его оставить без улова, но и всех рыбаков из сел прибрежных, а не то и всех погубит! Стоит пальцем шевельнуть — буйною водой затопит все рыбачьи наши села.
     Дед рассказывал — бывало в старые века такое… Нет, не шутят с Водяным, и нельзя ему перечить…
     — Только как же мне без Марью? — горько думал бедный Айво. — Без нее мне и не жить…»
     И домой приходит Айво. Ждать его давно устали все домашние. И спят. Дети спят, и дремлет Марью…
     На руки ее берет он и, слезами обливаясь, к озеру ее несет. Там он сел в челнок соседа и во мраке предрассветном вышел в озеро, с собою рядом усадив жену и держал ее покрепче, чтоб она не просыпалась.
     Вышел Айво к середине полноводного простора, бросил весла, встал над лодкой, поднял на руки жену, поднял Марью, чтобы бросить в голубую глубину…
     В этот миг на самой дальней кромке озера Чудского первый луч сверкнул рассветный, и лицо уснувшей Марью осветил он, озарил… И опять увидел Айво, как она была красива!
     И вскричал он:
     — Нет, Хозяин, Царь Озерный, Водяной! Эту дань ты не получишь, я отдам тебе другую. Верный друг тебе нужнее, чем жена. Рыбак умелый, тайны озера Чудского я тебя не хуже знаю и помощником надежным буду я тебе навек. Не отдам тебе я Марью — пусть она живет на свете меж людьми, а я с тобою вечно буду под водою. Получай же ты меня!»
     И как только бедный Айво, положив на днище лодки спящую свою жену, распрямился, изготовясь прыгнуть камешком на дно, — рыба из воды взметнулась, белой чешуей сверкая, словно молния живая! Одноглазую, чудную Айво щуку в ней узнал. И единственным сверкая глазом темно-золотым, щука вновь заговорила:
     — Отправляйся, Айво, с миром к своему родному дому, увози с собою Марью. Ты озерному владыке доказал рыбачью верность. Он тебе отныне верит. Знает он, что ты и жизни для него не пожалеешь… Так живи же долгий век!»
     И ушла обратно в воду… И причалил Айво вскоре к мысу, к берегу родному. И тогда проснулась Марью и сказала в удивленье:
     — Ты зачем меня принес к озеру, в челнок соседский усадил? Ведь свой — хороший, вот он, твой челнок надежный, доверху забитый рыбой, новый невод рядом с ним!..»
     И жене ответил Айво:
     — Не хотел тебя будить я и сюда принес, чтоб снова мы, как в годы молодые, вместе встретили зарю!».
==============