Глава 4 - Слишком старая школа - фрагмент

Аннатал, городской округ Соколово

г. Наветренный

26 сентября 2332 года

Полтора месяца спустя


Совместный завтрак Славика и Габриэль. Завтрак простой - бутерброды и стакан сока. Последние минуты тишины. Через несколько минут Слава встанет, выйдет из квартиры, отправится на работу и его ждёт важный разговор с Эженом. Габриэль дойдёт до станции поездов и доедет до предпоследней остановки, до "Пьемонта"

Габриэль работает, она уже получила первые деньги за свою работу, и в ней чуть-чуть прибавилось уверенности. Но прибавилось очень ненамного. Ведь ещё не настолько её буквально травили на работе, и не приди Слава на помощь, ей бы пришлось искать другую работу где, с большой долей вероятности, было бы тоже самое, если не хуже.

Сортировочный центр почты - женское царство. Женское царство для неблагополучных. Основной контингент работающих и определяющих логистические направления для входящих посылок это это женщины-военнослужащие в отставке. Там Габриэль быстро просветили каких ужасов натерпелся на войне Слава, и сколь аморально было говорить ему "бесперспективной" особенно с разумом застланным незаконными деньгами на её банковском счёте. Её начали подначивать, оскорблять, Габи приходила домой заплаканная. Её заплаканное лицо Слава вытерпел ровно два дня. В первый день он долго инструктировал Габриэль как ей ответить, а после второго дня он поехал на её работу сам. Естественно, не как инспектор Минюста, а как мужчина, которому невыносимо видеть свою женщину с глазами на мокром месте. Он поговорил с начальником, поговорил с инициаторами травли. И ничего особенного он, в общем-то не сказал. Сказал, что вот он я, так сказать, униженный и оскорблённый, и я стараюсь всё забыть. А вы? Не стыдно? И вы ещё считаете себя честью нации?

Травля практически затихла, она перешла в плоскость разговоров через зубы. Открытое подначивание ушло, но с Габи разговаривают изменившимся голосом, и она это чувствует. Ей нелегко, но она может вспомнить свои дотюремные навыки - не обращать внимание на то, что говорят окружающие, просто делать своё дело и делать его хорошо. Теперь дома она изображает спокойствие и Слава, на работе составляющий отчёты о командировках, думает что всё нормализовалось или почти нормализовалось. Ведь эти отчёты тоже непросты. Большая часть охранников в тюрьмах соглашаются беседовать под запись диктофоном, и не смотря на то, что ИИ эффективно индексирует их беседы и разбивает их на ключевые моменты, слова этих людей, их депрессивный тон приходится переслушивать ещё раз. Приходится заново погружаться в безблагодатную атмосферу тюрем. И Слава возвращается домой уже истощенным, его глаз "замылен" и тонкие оттенки настроения Габриэль он уже не видит. Она улыбается и обнимает его радуясь КАЖДОЙ их встрече. И Слава думает, что наверное всё "рассосалось". Ну или почти всё. А в долгосрочной перспективе он так думает - ей нужно спокойно работать, нужно зарабатывать деньги и рости в глазах у её начальства. Габриэль нужна уверенность и ощущение почвы под ногами.

Вот завтрак закончен. Габи снова обнимает Славика, обнимает потому, что сегодня он улетает в командировку. Они уже обещались обязательно писать друг другу, и Габи, хоть и не психолог прекрасно понимает - Славе тяжелее, это он будет выговаривать ей в письмах, а она, немного подвирая ему, будет писать, что на столичных улицах якобы абсолютно безопасно и в поездах столичной агломерации тоже. Слава, разумеется, не дурак и понимает, что это не так. Он предложил Габи купить ей подержанную машину, но от такого подарка она категорически отказалась. Но он настоял на другом подарке, худо-бедно обеспечивающей её безопасность. Они купили ей плотную белую футболку основа которой ультратехнологичные сверхпрочные волокна азадийского производства. Эти волокна, будучи переплетены друг с другом, обеспечивают стопроцентную защиту от заточек и ножей, и значительно облегчают последствия от попадания боеприпаса прилетевшего по касательной. Так что поводов беспокоиться за Габриэль стало меньше. Но они не исчезли совсем - её голова никак не защищена. Если не считать того экзотического варианта, чтобы купить ей бронешлем, то машина - единственное реальное спасение от шальной болванки в уличной перестрелке. И долгосрочная стратегия Славы в том, чтобы эту машину Габриэль всё-таки купить. Купить это предварив разговором в стиле, что моя девочка уже встала на ноги, но я хочу тебя защитить.

И теперь Слава спускается в подвал, он садится в машину, заводит турбину и ждет пока она прогреется. Сегодня его ждёт отлёт в космотюрьмы строгого и особого режима. "Старая школа строгача и особняка", как их сегодня, в свете открытия тюрем вроде Инанна-1 и Инанна-2 называют в Пенитенциарной службе. Даже слишком старая школа. Дороговизна снабжения это ладно. Выгорание персонала в таких тюрьмах чудовищно, ведь ведь персоналу приходится жить на той же космической станции где и заключённые, в чуть лучших условиях, но порой в сотне метров от этих заключённых. Персонал всё время на взводе - если у них отбывает наказание лидер космопиратов, то пираты могут попытаться его вызволить, а система обороны станции может с этим не справиться. Космотюрьмы особого режима могут охраняться парочкой крейсеров, и тогда содержание тюрьмы становится особенно дорогим. Именно такие тюрьмы, скорее всего и попытаются перевести на поверхность в первую очередь. В перспективе не исключено, что тюрем на Инанне будет столько, что для них едва хватит всех букв греческого алфавита. Также практически стопроцентно там будет создано новое территориальное управление службы, куда в теории можно будет переехать. Климат, понятное дело, не ахти, но с милой рай даже в шалаше, а там будут точно не шалаши. Это, можно сказать, одна из опций на будущее.

***

Аннатал,Соколово

Левобережный район, Проспект Медиков-Добровольцев

Здание Пенитенциарной службы Министерства юстиции


Раз сегодня понедельник, то все ещё свежи. И Слава и Эжен. Эжен сделал чай и Славику и себе - Коновалов уже "забрасывал удочки" на тему ухода из центрального аппарата службы. Объяснил почему. Объяснил, что хочет из столицы уехать не только потому, что его не привлекает фактически Вавилон в его библейском понимании. Не только и не столько потому, что Славу практически тошнит от уродливого столичного лоска, места, где все человеческие пороки приобрели блестяще вылизанный вид. Славику уже 43.5 года, он ценит свою жизнь и хочет жить в заведомо безопасном месте, что стало уже нетривиальной задачей. В начале марта этого года произошла больше чем просто вспышка насилия - озабоченный идеей мести полк спецназа практически целиком уничтожил городскую ячейку спецслужб. Летом прошёл суд над спецназовцами, и он привлёк десятки тысяч поддерживающих, быстро превратившихся в погромщиков. Погибшие, раненые, и это ещё не в Соколово.

Суд прошёл на азадийской планете Тотенгам. Специфическое место - это не "Первичные миры", Тотенгам из так называемых корпоративных планет. Люди там селятся свободно, именно там люди и заняли 100% выборных должностей в том, что можно назвать местным самоуправлением. Заняли к определённому неудовольствию азадийцев. Заняли, но часть азадийских институтов всё же осталось. Например полиция стопроцентно набранная из азадийцев - они психологически устойчивы и устойчивы просто физически, если их не попытаются истребить по одному из тяжелого оружия выстрелами в голову. Если противостояние перенесётся сюда, то о последствиях даже говорить не хочется. Там на Тотенгаме насилие удалось локализовать несколькими квадратными километрами, для этого пришлось привлечь десятки тысяч полицейских и авиацию спецслужб. Словом, поставить всех на уши. В Соколово у полиции есть подразделения по предотвращению массовых беспорядков, при этом относительно хорошо оснащённые. Но у отставных военных миллионы единиц наградного оружия и они (военные) пустят его в ход не задумываясь, искренне считая, что мир за который они воевали это не то, чтобы хотелось. Или просто с ощущением, что всё летит к чертям с их представлениями о чести "преступление" оставить оружие в кобуре и бояться долгих лет отсидки. Эжен это всё прекрасно понимает. Он с женой точно также сидит на бочке с порохом, и эта бочка со временем станет лишь ещё больше, либо вообще превратится в пороховой склад, куда для локального апокалипсиса достаточно закинуть одну пехотную гранату. А может и не локального, если государство будет обезглавлено, как бы не начался глобальный бунт. А ведь у космофлота, что не опровергается, десятки тысяч термоядерных боеголовок по 120 мегатонн каждая, с учётом этого само понятие безопасного места становится, мягко говоря, очень зыбким.

- Слава, если хочешь краткое резюме - я тебя услышал. Я целиком и полностью понимаю твоё желание спастись из нашего гадюшника, который только внешне имеет парадно-вылизанный вид. Понимаю вдвойне. Пытаюсь понять, если твоя Габриэль отвергает подарок в виде подержанной легковушки. Я рассказал твою историю жене и моя лапочка, пропустив пару бокалов красного, сказала, что вела бы себя примерно также.

Я всё понимаю и думаю куда бы вас безопасно услать. На Новую Тасманию в Альфавиль? Там работы очень мало, и твоя Габи полезет на стенку от скуки. Есть другой вариант - услать тебя к азадийцам на Тотенгам. К азадийцам - громко сказано, люди на Тотенгаме - большинство. Это проблематично, но возможно.

В условно столичном городе Ван-Мера климат как в Амстердаме, зонт нужен практически всегда. Там...феерически долгий год, которым можно практически пренебречь. Упрощённо можешь считать, что там вечный амстердамский май. Постоянно дожди, они колеблются от немного тёплых до немного прохладных. Утром примерно +10, в разгар дня примерно +22. Учти - азадийцы терраформировали Тотенгам по своим вкусам, так что про 24-х часовые сутки ты можешь смело забыть. Сутки длятся 43 наших часа, которые по местному времени делятся на 48 часа своих. Не удивляйся специфической атмосфере и тому, что ты просыпаешься в 7-8 часов утра и засыпаешь в 38-40 часов вечера.

Второй, замечу, малореальный вариант это Ван-Праядви. Знаешь такой город Сочи на Земле? Ван-Праядви это Сочи в квадрате или даже в кубе. Дожди не прекращаются почти всё время, но температура комфортна и влажность не заоблачна. А главный фокус в том, что Ван-Праядви простирается на высоту больше 3500 метров над уровнем море, где и температура, и уровень осадков совсем-совсем другие.

Слава, давай без обид, хорошо? Ты не то что мне, ты нам нужен! Мицкевич написал рапорт об отставке. Варшава ждёт его с распростёртыми объятьями и не будем забывать, что "концы" от Варшавы совсем другие. От Варшавы до Щецина всего час и десять минут на экспрессе. А у нас ну сам понимаешь - можно двигаться от одного "строгача" до другого почти 12 часов соблюдая все маразматические флотские протоколы. Я тебя просто по-человечески прошу - останься здесь пока я не придумаю как тебя релоциловать. Как тебя релоцировать и сохранять приемлемое время подлёта до объекта инспекций.

Я тебя услышал, поставил в известность о твоих нуждах директора Службы, и мы готовы пойти навстречу. Поговорим о делах насущных?
- Эжен, что ещё более насущное, чем мой сегодняшний вылет по космотюрьмам?
- О да... Ты знаешь, что у министерство юстиции отсутствует у азадийцев как класс?
- Нет, не знал.
- А оно у них отсутствует. А ещё у них есть такая "мякотка" как каторжные тюрьмы. Под сотню каторжных тюрем, Слава! И там всё "по-взрослому" - заключённый ютится в небольшом персональном кармашке пещеры, есть что попало, а во время рабочей смены он вкалывает как чёрт. Вот веселуха, правда?
- И?
- Слава, знаешь, что они просят нас? Проанализировать их тюремную систему, чтобы она приняла не карательный, а исправительный уклон! Слава, угадаешь с первого раза кто единственный человек, что у меня имеет представления об их тюрьмах...
- Эжен, это не то. В Инанне-1 и Инанне-2 каторжники киркой не машут. Там вообще всенепременно есть человек, чтобы это не было карой, а было исправлением.
- Слава, браво, я бы даже сказал бис! Они хотят там наших оценок и нашего человеческого персонала! Как раз для того, чтобы карательный вектор сменился на вектор исправления!
- Эжен, не издевайся, а?!
- Слава, они обещали человеку максимально человечные условия. Включая сон не как попало, нормальную пищу, и всё остальное. Это просто приоритет не сегодняшнего дня.


Коновалов уже представляет, что сегодня есть приоритет сегодняшнего дня. Этот приоритет - космотюрьмы строгого и особого режима, так что Слава встал с кресла в кабинете Эжена, дошёл до своего рабочего места и поприветствовал Темину, по материнской инерции возившуейся в оставшейся от матери лаборатории. Он ещё не понял, что такое у азадийцев врач, и что такое биохимик. И что такое собственное научное исследование биохимика.

Но можно понять другое. С того момента как Слава вернулся из отпуска, он стал для Темины резко "не перспективным". Не перспективным как свободный от отношений мужчина. Так что она с ним здоровается исключительно формально, а передача её лекарств ему происходит исключительно на расстоянии вытянутой руки.

Впрочем, из этого правила есть определённые исключения. Анджаль "передала" Темине Славу не только как слабое, но и как исключительно патологизированное существо. У него хрустело при поворачивании шеи вправо и налево, Славик попросту не мог достать указательным пальцем стопу при полном сгибании спины. Темина решила эти проблемы буквально за неделю. Она провела ревизию всех ключевых суставов Коновалова, и удалила абсолютно все скопления в суставах. Буквально четыре операции, и Слава вновь почувствовал себя 18-ти летним. Он рассыпался в благодарностях, но Темина от них решительно отмахнулась. Всё дело в том, что занятый, пусть и благодарный мужчина - это одно, а свободный от отношений мужчина - дело совсем другое.

- Темина, доброе утро.
- Здравствуйте, Вячеслав.
- Знаете, у меня есть вопрос. Более чем возможно, что он покажется неудобным.
- Насколько неудобным?
- Что такое ваша каторжная тюрьма? Я то думал, что это осталось в 19-м веке. А тут поди ж ты, каторжник и каторга.


Для Темины это даже не вопрос не в бровь, и вопрос не в глаз. Она промышляет высокими материями, ведь для неё работа в Службе не основное. Если для Анджаль 1000 лет назад студенты были необходимым злом, то для Темины сегодня всё множество тендеров и распределение медикаментов по тюрьмам - всё тоже необходимое зло. Потому, что мать оставила ей затравку. Являются ли азадийцы на "Первичных мирах" и на всех остальных планетах, по сути, разными биологическими видами. И она вся в этом исследовании, а вопрос Славика это вопрос к больше чем средневековым обычаем "её общности". Что-то такое на уровне, что "мы повесим вас всего три раза". Ей подобные вещи глубоко чужды, и давать развёрнутый ответ на вопрос славы - едва ли не дистиллированное страдание. Так что она сократит дистанцию общения с "занятым мужчиной" до необходимого значения, скинет ему ссылку, и вместо комментария она просто промолчит.