Андрей

Андрей жил.

Каждый день.

Иногда жил даже не только Андрей, но и Андреев.

Но Андреева не было сегодня тут, а был Андрей. Поэтому про него.

И однажды он залез на сук.

Это было белым днём.

Появилась теория, что обман, совершённый тем, происходящим в одновременном, с небольшим отклонением, событием, сформировал необходимую траекторию повествования его происшествия. И если бы не белый день — Андрей бы справился. Но это было не так.

Сук, расположенный на высоком белом тополе конкурировал с аналогичными сучьями этого дерева, но был недостаточен. И поэтому Андрей не смог тогда.

А кот, расположенный не совсем по удалённой траектории, был виден с ясеня, на котором была белка, но виден Андрею, сидящему тогда на суку.

Белый день, тем не менее, не хотел кончаться. Его красивая ветровка соблазнительно поблескивала в отражениях окон, покрытых белой масляной краской, от наличников, словно проведённых новеньким кондитерским рожком, выдавливающим белый глазирующий белковый крем.

Медсестра в коротком халатике и белых каблуках была в окне, но без их обозрения.

Антон прищурил глаз и согласился.