Кубик

Утренний проход по сцене с дублёром, который всё ещё спит, но черпает силы из рукопожатий с пациентами, когда те нехотя спешат в столовую. Коснувшись этого участка памятной книги, он безответно взвыл, чтобы не слышать текст содержания и не переворачивать отъявленный припев к огню печки. Я слышу, как щебечет звезда, которой не досталось места в койке с полнейшей матерью, когда плетень колыбели треснула и мать надулась, чтобы выбросить лежащий месяц. Река мерцала в синеве, которая таила в себе палитру и открывалась лишь с отходом осени.

Чувственный рисунок с деревом, которое не может распуститься с цветками во всей красе ветвей и ливня, когда тот вешает свой обод себе же на шею. Человек встал у реки, чтобы стоять в холоде собственного обличья, которым ещё когда-то мог прикрыться. Пациент стал совершенно податлив и берега стали сочнее стелиться у его ног, пока по ободу летел месяц и все книги распухали в воде, чтобы ангелы с обожанием опустошали библиотеку за библиотекой.

Граница души обгорела и неприкосновенная среди линий ладонь оттолкнёт сердце. Испачканное полотенце у самой двери и пар после вскрытия горшка, поднимется к нёбу глубокой печки. Тёплая кухонька и картофельное пюре кидается с ложки по тарелкам, пока больной ещё высыпается и не желает слышать зов столовского черпака. Больные бредут по одному на всё отделение коридору, который туже сжимается у туалетов, чтобы каждый курящий мог затеряться в пачке с подоконниками. Уборщица огрела шутника с облаком дыма из-под тряпки, которая ещё собьёт пламя бессонницы и даст человеку всмотреться в ведро с чернью лекарств глубже. Повторно взойдя в заведение, он готов был кинуться на пыльные плечи отца, который волок его к лестнице и никак не мог остановить сползания стен к убору съёмочной раздевалки.

Кинотеатр возвышался над площадью и живой магазинчик при сближении излучал в себе аромат хлебной выпечки среди пышного девичьего сердцебиения. Он жмёт её до поцелуев в подворотне, где обычно стоит женщина с сигареткой или телефоном, который плачется, когда струя отменной брани не находит для себя уст в её интимном адресе. Женщина даже не взглянет ей в ответ и дав себе глоток из чужой чашки, накинет шляпку на угол лба, чтобы выглядеть развязно побеждённой брюнеткой из лечебницы мод или подиумов. Унося неотличимые крылья к стульчику, где кружатся дети, он прятал перья под линолеумом между коек, которые были паршиво холодны. Я спешу и лёд в маленьком дворике среди вывесок или вешалок, становится глаже, чтобы дать возможность совершить обгон неуступчивого дворника, который бросает лопатой свет к урне с цветами. Стать владельцем звезды, которую вылизали из кусочка торта и сладко отплюнули к груди.

Найдя себе уловки и высыпав на щеке, он встал, чтобы глядеть в низы окон, куда падали и,где пища хватались за горлышко алкоголики. Листва выбиралась из вишен и кислые подтёки между губ, возбуждали безответно целующуюся звезду, которой было не достать до луны в море проколов или в наливке ошибок. Туалет и маленькое окошко, куда падает свет с балконов заведённого корпуса, где умирает бессонный старик в тёмно-синей раковине. Кран подтекает и шторки над ванной заправлены, чтобы жидкость могла сползать по материи никак не попадая на пол соседей. Став под дуло диагноза, я слышал щелчок и видел секундный снимок, который точно лёг на грудь и растворился во сне, когда начал спадать жар. Отвернуться к тумбочке, чтобы не слышать малознакомый кашель соседа, который утром спустится к выходу и раскурит позаимствованную между яблонь папиросу. Кот сорвётся и от тени его ни останется и следа, потому что кот найдёт лазейку в боксе, где на ночь закроют технику для перевозок белья и зимний кубик среди деталей или ключей синоптика.