Точки невозврата

   Жизнь - это ежедневная казнь за наши промахи. Это ад, который учит нас человечности, но не всегда мы усваиваем эти уроки. И потому каждая текущая ночь
превращается почти в предсмертную пытку, сравнимую с тем, как ты тонешь, хватаешься за соломинку, в страшном отчаянии и бессильной надежде выплыть...Но раз пишу сей рассказ, значит, пока вода держит мое тело на плаву...Пока...
   Снова бессонница...Чтобы дожить до утра, ныряю с головой в воспоминания, в которых давно прошедшие со мной события были на грани точки невозврата...
   Мне полтора-два года (по рассказам мамы и бабушки). Меня потеряли. Искали всем нашим деревенским краем. Кто-то даже высказал страшное предположение: съел соседский кабан,  переползший через подворотню, испугавшись неожиданного наскока драчливого гусака.
   Мама в истерике, теряет сознание, бабушка - ее мать - отваживается с ней.
Вечер. Поиски ничего не дали. Мама без сил лежит в кровати. Бабушка собралась варить по-быстрому картошку. Но в запасе ее не оказалось. Полезла в яму,
выкопанную в сарае...
   Нога с лестницы нащупала на дне что-то мягкое, бабушка, вздрогнув, отдернула ногу (все происходило почти в темноте), наклонилась, с большой опаской стала
рукой шарить по дну, почувствовав нечто похожее на ткань, двинула руку дальше и тут ...нащупала носок маленькой туфельки...Бабушка кричала так истошно, что сбежались ближайшие соседи...
   Когда я очнулась (надо сказать, что упала довольно "удачно", ничего в себе не переломав, отделавшись лишь крупными синяками), рассказывала:"Упала в какую-то
железную трубу (кусок ржавого  железного  листа сверху ямы был прикрыт
наполовину, чтобы яма "дышала" (дело было летом)..."
   Мне до сих пор странно: почему же сразу в яму не заглянули? Правда, кто-то из соседей видел, как я выбегала за котенком на улицу...
   Мне 5-6 лет. Стою на лавочке возле уличного палисадника, схватившись руками за изгородь, прыгая и обливаясь слезами в три ручья. Август. Ранний вечер. Окно избы открыто. Смотрю на него и своим детским нутром понимаю, что там произошло что-то страшное, раз меня туда не пускают, хотя пыталась несколько раз прорваться, но всякий раз меня выносили на руках за ворота.
   С рассказа бабушки.  Мама попала в аварию: ехала на велосипеде на вечернюю дойку в лесной лагерь фермы и угодила под бричку с парой лошадей и пьяным
возницей. Лошади умные, не тронули, а "тупая" бричка проехалась колесами
по телу мамы...
   Врачи из района спасли маме не только жизнь, но и руки, и
ноги... Но в 28 лет и до конца жизни была нетрудоспособным
инвалидом второй группы...
   Я бы могла тогда остаться круглой сиротой (отец ушел из семьи накануне моего рождения)...
   Мне 11-12 лет. Всем принятым в пионеры  дали задание бороться в семье с религией: необходимо было снять кресты, убрать иконы.
   Мама с бабушкой на коленях передо мной просили, слезно умоляли не трогать иконы, а то Боженька очень сильно накажет...
   Свое они отстояли. А Бог меня наказал: чуть не умерла от скарлатины. И снова мама с бабушкой отмаливали меня от смерти у Бога перед теми иконами. Отмолили.
С тех пор о Боге ни слова плохого...
   Много чего еще было по мере взросления: чуть не утонула, спасая двоюродную
сестру, младше меня на семь лет, не умевшую плавать; чуть однажды не замерзла, отправившись в свое село на День здоровья на лыжах из соседнего села, где училась в девятом-десятом классе (мы из разных ближних сел и деревень жили
в интернате). Шедшие со мной одноклассники-односельчане вернулись назад, как только началась метель, звали меня, но я отказалась, упрямо пробиваясь вперед, сломав лыжи, сорвав пуговицы пальтишка, потеряв ориентировку, но во весь осипший голос оря военные песни: "Шел отряд по берегу" - про Щорса, про отважного юного барабанщика, про... Уже и не помню, что я там еще горланила, лишь бы слышать хотя бы свой голос, а не истовый свист беснующейся метели...
   Было для меня невероятным счастьем увидеть  мелькнувшие вдали огоньки фар какой-то полуторки, шедшей низовой дорогой около берегов реки и оврагов...Вышла к соседней деревне - от моего села в двух с половиной-трех километрах ближе
к пункту выхода... Сердобольные люди приютили на ночь, потом на машине увезли в районную больницу с воспалением легких, где и нашла меня через несколько дней моя бедная мама...
   Опасные для жизни приключения продолжались и во взрослом состоянии. Расскажу лишь обо одном, так как тогда я встретилась с тем, что в народе называют "тот свет".
   Дело было в Москве, конец восьмидесятых, мне уже тридцать шесть-тридцать семь.
Кома...прямо во время  операции на обмороженном в тот злосчастный День здоровья лице...
   Взмыв вверх, медленно, плавно плыла над потолком в комнате, в которой все было в белом: стены, пол, потолок, шкафы с лекарствами...Сколько это состояние длилось, не знаю: может, мгновение, а то и вечность.
   Очнулась от острой боли и голоса пластического хирурга, приказавшего считать вслух и не падать в "обморок" (шутка врача), иначе второй раз сердце запустить не удастся...Считала и вернулась на этот свет, чтобы жить дальше...
   Вернулась домой, вышла замуж, родила дочку, подарившую мне двух внучек, но одну из них, самую младшую, Сонечку, забрали небеса, видимо, в счет страшной платы за все мои безумства при заигрывании со старухой с косой...
14.05.2026
01:07