Тир, Ниневия, Вавилон...

ЧИТАЯ ВЕТХИЙ ЗАВЕТ

- Тир, Ниневия, Вавилон,
Вы исчезли,
словно сон.
Стали прахом
города,
Не оставив
ни следа.
Только ветры, воя
В вековой пыли,
Весть о них из прошлого
Принесли…

Так писал в 30-х годах ХХ века поэт из США Стерлинг Браун.

Тир, Ниневия, Вавилон… Что для нас эти названия? Наборы звуков? Строчки из учебника истории? Смутная память о когда-то прочитанных страницах Ветхого Завета? Во всяком случае, ни с чем реальным эти названия для нас не связаны. Вот взять, допустим, Париж или Нью-Йорк, - пусть даже мы никогда не бывали в этих городах, но для нас они – реальность; мы твёрдо знаем: если достаточно долго ехать на запал, то можно достигнуть Парижа, а если отправиться ещё дальше в том же направлении, то можно увидеть и Нью-Йорк.

А Тир? А Ниневия? Эти города значили для древнего мира куда больше чем сегодня значат Париж, Нью-Йорк, Лондон, Тегеран… Это города царили над миром, и ничто в мире не могло свершится без воли на то Тира, Ниневиии, Вавилона… А теперь их нет, просто нет, - нет не только городов, но и памяти о них, - пусть даже на том месте где они когда-то стояли, и теперь можно найти какое-то человеческое поселение. Они канули в прошлое, в забытьё настолько глубокое, что всезнающие историки разводят руками при их упоминании.

Была некогда великая держава – Мидия, один из столпов древнего мира, - но и она исчезла напрочь так давно, что даже древние греки могли сказать о ней только одну фразу: «История мидян темна и непонятна…» Поистине страшны волны времени, которые безжалостней вод Всемирного потопа поглощают дела рук человеческих.

Когда думаешь о такой древности, о таком забвении, сердце сжимается. И всё-таки эти столетия, эти тысячелетия, которые для нас необозримы, как космос, которые и древними людьми ощущались, как глубокая древность, могут вдруг приблизиться встать перед глазами явственней, чем вчерашний день. Как же это возможно? Возможно - когда читаешь ветхозаветных пророков.

Вот, например, великий город Тир, «который раздавал венцы, которого купцы [были] князья, торговцы — знаменитости земли» (Ис. 23, 8). Это Исаия, а вот, что говорит Иезекииль:

- Тир! ты говоришь: «я совершенство красоты!» Пределы твои в сердце морей; строители твои усовершили красоту твою: из Сенирских кипарисов устроили все помосты твои; брали с Ливана кедр, чтобы сделать на тебе мачты; из дубов Васанских делали вёсла твои; скамьи твои делали из букового дерева, с оправою из слоновой кости с островов Киттимских; узорчатые полотна из Египта употреблялись на паруса твои и служили флагом; голубого и пурпурового цвета ткани с островов Елисы были покрывалом твоим. Жители Сидона и Арвада были у тебя гребцами; свои знатоки были у тебя, Тир; они были у тебя кормчими <…> Перс и Лидиянин и Ливиец находились в войске твоём и были у тебя ратниками, вешали на тебе щит и шлем; они придавали тебе величие. <…> Сыны Арвада с собственным твоим войском стояли кругом на стенах твоих, и Гамадимы были на башнях твоих; кругом по стенам твоим они вешали колчаны свои; они довершали красу твою. По причине большого торгового производства твоего торговали с тобою Арамеяне; за товары твои они платили карбункулами, тканями пурпуровыми, узорчатыми, и виссонами, и кораллами, и рубинами… (Иез. 27, 3-16)

Только представьте себе это могущество, это красоту, эту роскошь, поймите, что слова «Такова воля Тира» для многих царей того времени считались непреложным законом. И представьте себе те миллионы его жителей, что прожили жизнь в Тире, называли его своей родиной, любили его, гордились его могуществом. И все эти тиряне были ведь живыми душами, а не статистическими душами населения, у каждого из них была своя судьба, своя любовь, своя боль, каждый имел любимый уголок в своём Тире, и помнил улицу, где жила та самая девушка, и ту площадь, где мать покупала ему самые вкусные фрукты, и ту дорогу, по которой понесли гроб его отца…

И представьте, что вы говорите тогдашнему тирянину: «Будет время, когда твой великий Тир рухнет, и память о нём сотрётся до полного исчезновения, и слово «Тир» станет пустым звуком для миллионов и миллиардов людей». Что вы услышите в ответ? Не громкий ли обидный смех? Или, если ваш собеседник будет человеком умным, сведущим, то он, возможно, кивнёт головой, и скажет что-то вроде: «Да, всё когда-нибудь кончается…» - но в душе он точно так же посмеётся над вами: «Всё кончается, но причём тут наш Тир? Его могущества хватит до конца времён».

И когда Иезекииль произносил своё пророчество, над ним тоже, наверное, кто-то смеялся. А пророк говорил так:

«И разграбят богатство твоё, и расхитят товары твои, и разрушат стены твои, и разобьют красивые домы твои, и камни твои и дерева твои, и землю твою бросят в воду. И прекращу шум песней твоих, и звук цитр твоих уже не будет слышен. И сделаю тебя голою скалою, будешь местом для расстилания сетей; не будешь вновь построен: ибо Я, Господь, сказал это, говорит Господь Бог. Так говорит Господь Бог Тиру: от шума падения твоего, от стона раненых, когда будет производимо среди тебя избиение, не содрогнутся ли острова? И сойдут все князья моря с престолов своих, и сложат с себя мантии свои, и снимут с себя узорчатые одежды свои, облекутся в трепет, сядут на землю, и ежеминутно будут содрогаться и изумляться о тебе. И поднимут плач о тебе и скажут тебе: как погиб ты, населённый мореходцами, город знаменитый, который был силён на море, сам и жители его, наводившие страх на всех обитателей его! Ныне, в день падения твоего, содрогнулись острова; острова на море приведены в смятение погибелью твоею. Ибо так говорит Господь Бог: когда Я сделаю тебя городом опустелым, подобным городам необитаемым, когда подниму на тебя пучину, и покроют тебя большие воды» (Иез. 26, 12-19)

Всё совершилось по слову Божиему… Но сейчас, когда читаешь это древнее пророчество о делах седой древности, неизбежно вспоминаешь другое предсказание, сказанное сравнительно с иезекиилевым не так уж и давно, и касающееся событий, которые ещё не свершились, которые ещё ждут нас в будущем:

«И восплачут и возрыдают о ней цари земные, блудодействовавшие и роскошествовавшие с нею, когда увидят дым от пожара ее, стоя издали от страха мучений ее и говоря: горе, горе тебе, великий город Вавилон, город крепкий! ибо в один час пришел суд твой. И купцы земные восплачут и возрыдают о ней, потому что товаров их никто уже не покупает, товаров золотых и серебряных, и камней драгоценных и жемчуга, и виссона и порфиры, и шелка и багряницы, и всякого благовонного дерева, и всяких изделий из слоновой кости, и всяких изделий из дорогих дерев, из меди и железа и мрамора, корицы и фимиама, и мира и ладана, и вина и елея, и муки и пшеницы, и скота и овец, и коней и колесниц, и тел и душ человеческих. И плодов, угодных для души твоей, не стало у тебя, и все тучное и блистательное удалилось от тебя; ты уже не найдешь его. Торговавшие всем сим, обогатившиеся от нее, станут вдали от страха мучений ее, плача и рыдая и говоря: горе, горе тебе, великий город, одетый в виссон и порфиру и багряницу, украшенный золотом и камнями драгоценными и жемчугом, ибо в один час погибло такое богатство! И все кормчие, и все плывущие на кораблях, и все корабельщики, и все торгующие на море стали вдали и, видя дым от пожара ее, возопили, говоря: какой город подобен городу великому! И посыпали пеплом головы свои, и вопили, плача и рыдая: горе, горе тебе, город великий, драгоценностями которого обогатились все, имеющие корабли на море, ибо опустел в один час!» (Откр. 18, 9-24).

Вы, конечно, узнали отрывок из Апокалипсиса, Откровения апостола Иоанна Богослова; вы узнали рассказ о гибели великой блудницы, «великого города, царствующего над земными царями».

Что это за город? Он уже существует или его появление – дело будущего? И если он существует, то какое имя он носит? Очень хочется знать, какой же город из ныне существующих является средоточием зла, какой город постигнет такая страшная погибель, равная погибели Содома и Тира? Может быть, это город Н? Или город Р? Или город И?

Да полно, так ли необходимо знать имя города, обречённого на уничтожение? Всё равно, ни один из городов, на которых ныне держится мир, не избегнет подобной участи.

Хочу ещё раз вспомнить стихи американца Стерлинга Брауна, жившего в ХХ веке большом в американском городе под названием Мемфис. Вы помните, Мемфисом звался и другой великий город и стоял он в незапамятные в Древнем Египте.

- Тир, Ниневия, Вавилон,
Вы исчезли,
словно сон.
Стали прахом
города,
Не оставив
ни следа…
И другой был Мемфис
На заре времен,
Но прошли столетья,
И разрушен он.
Пусть и этот Мемфис
Сдует ураган,
Миссисипи смоет
в океан,
Пусть навеки сгинет он
Без следа,
Как и те, забытые
города.