Глава 18

Отшельник продвигался гораздо медленнее, чем ожидалось. Грудь, не защищённую панцирем, ранили даже мелкие камешки и песчинки на дороге. Отшельник, содрогаясь, останавливался. Как ни старался Томори, быстрее идти не получалось. Тикаэлу злила каждая задержка в пути. Она спрыгивала со своего высокого места и в ярости била кулаком в бок Отшельника. Потом её горящий взор оборачивался на Пса и Томори. Пёс благоразумно удирал подальше, а Томори не мог.
К счастью, Тикаэла не хлестала магическими воздушными кнутами. Наверное, понимала, что тогда не доберётся до нужного места. Но и простые тумаки она умела раздавать. Томори дважды унимал кровь из носа и тихо радовался, что легко отделался.
Иногда он думал, сумел бы он убежать в сторону и больше не возвращаться? Пёс убегал. Правда, потом, когда гнев хозяйки утихал, он приходил и прижимался к ногам Томори. Томори тоскливо смотрел то на Пса, то на рощи и кустарники. «Даже если удастся сбежать, куда ему идти? Всю жизнь он прожил рабом. Он не смог бы ни спрятаться, ни добыть еды и питья. Какой же он дроу после этого? Жалкий раб. Ничтожество».
– Полей голову этому уроду! – кричала Тикаэла.
Томори покорно брал мех с липкой жидкостью и плескал на массивную голову Отшельника. Тот переставал дрожать, приподнимал туловище над дорогой и покорно переставлял суставчатые ноги. Запасы липкой дряни Тикаэла постоянно обновляла. Это было единственное, на что она тратила запас магических сил в пути. Томори догадывался, что вдали от океана пополнить такой запас ей будет непросто.
Дорога вела сквозь Великий Лес. Там можно было меньше поливать голову Отшельнику, потому что густые кроны деревьев защищали дорогу от яркого солнца. Да и еды для него было побольше. Он вбирал в себя всё, что валялось под ногами, и неспешно поглощал. Если бы Томори так мог! Он бы ушёл и не оглядывался.
– Чего застыл? Давай шевелись! – недовольный голос Тикаэлы вырвал его из задумчивости.
– Да, госпожа моя.
Томори похлопал Отшельника по боку, и тот неспешно двинулся вперёд.
* * *
Вернувшись в баронский особняк, Мадог отпустил своих подручных отдыхать и хвастаться, а сам поплёлся в Элинин кабинет с докладом.
Ещё не входя, он услыхал шум. За дверью ругались. Рэйшен. «Ого, как завернул! – подумал Мадог. – Интересно, на кого он так».
Ругательства Рэйшена ненадолго прервались. Мадогу пришлось напрячь слух, но слов он разобрать не смог. При открытой двери стало ещё громче.
– Да ему вообще доверять нельзя! – Рэйшен, кажется, совсем потерял самообладание. – Ты совсем сумасшедшая, что ли?!
Мадог замер. Сердце пропустило удар. Рэйшен кричал на Элину. «Надо же, как удивительно. И о ком они говорят? Неужто о нём, о Мадоге? Это ему доверять нельзя? И что Мадог должен сделать, чтобы ему доверяли?! Он и так наизнанку выворачивается, а они…»
Мадог переступил порог, громко захлопнув за собой дверь. Рэйшен плавным хищным движением развернулся к двери, готовый к нападению. Мадог замер. Впрочем, Рэйшен, узнав его, сразу успокоился и расслабил мышцы.
Элина устало вздохнула и села на своё место.
– Хорошо, что ты пришёл, Мадог. Как всё прошло?
Мадог недоумевал. «Теперь эта женщина о нём лучшего мнения, чем Рэйшен? Что вообще происходит?»
– Чего ты молчишь? Что-то случилось?
Рэйшен повалился на один из стульев и мрачно ухмыльнулся:
– Он подслушивал, а теперь не знает, какую правду тебе сказать.
– Уж не знаю, что тут можно было подслушать, – раздражённо ответила Элина, – из-за твоего крика всё равно ничего не поймёшь. Мадог, если надо, я тебе объясню, в чём проблема. Но вначале – доклад.
Рэйшен сложил руки на груди и демонстративно отвернулся. Мадог, бросив на него быстрый взгляд, доложил, как глашатай объявил об отмене налогов.
– Никто не протестовал? Не был против?
– Они дружно ревели от радости, – сообщил Мадог. – По-моему, они не совсем поняли, что через теркаду будут новые налоги. Вопили: «Слава королю»!
Элина хихикнула:
– Главное, чтоб не вопили: «Будь проклята эта дровская подстилка»! Впрочем, это ещё впереди. Новым налогам – быть!
Мадог покосился на Рэйшена. Тот морщился и разве что не скрипел зубами.
– А что с налогами не так? – осторожно спросил он.
– Бери стул, придвигай поближе, я объясню, – деловито сказала Элина.
* * *
Мадог не был настроен слушать эту женщину, которая умеет доводить Рэйшена, весёлого и неунывающего, до крика или до всепоглощающей тоски. Но постепенно он увлёкся.
– Все должны будут подать сведения о своём имуществе. И в зависимости от этого будут назначены суммы податей. С богатых людей получится побольше, с бедняков – меньше.
– Это справедливо, – нехотя признал Мадог. – Но ты же понимаешь, что все будут лгать тебе. Абсолютно все! Будут прибедняться, говорить, что ничего не имеют…
Элинины глаза блеснули:
– О да! Людей хлебом не корми – дай соврать! Для начала мы их предупредим: кто солгал – платит вдвойне. Скрыл – лишится всего.
– И как ты проверишь?
И тут Мадог понял, отчего Рэйшен обзывал эту женщину сумасшедшей.
– Я хочу обратиться к Снысту за помощью. Кто лучше вора может знать, у кого какое имущество есть? Ко времени, когда мы перепишем имущество горожан и установим ставки налогов, мне будет с чем сверить…
– Ты сумасшедшая… – прошептал Мадог.
Элина поскучнела.
– Какие же вы оба… зануды! У меня что, есть другой выход? Ну, придумайте, предложите его!
Рэйшен резко повернулся к столу, да так, что Мадог едва не подскочил от этого внезапного движения. «Эта парочка доведёт его, что скоро он шарахаться от собственной тени начнёт!»
– Если бы только это!
Мадог насторожился. «На что Рэйшен намекает?»
– Ты хочешь от него помощи и в розыске фальшивомонетчиков, и в переписи имущества…
Мадог тряхнул головой. Стыдно сказать, но похоже, ему нужен отдых.
– Да, Рэйшен, мне придётся прибегнуть к помощи всех этих городских подонков! И я это сделаю!
– И потом Сныст всю жизнь будет тебя шантажировать! Ему доверять нельзя!!!
«Ах, вот что это было». Мадог потерял интерес к беседе.
– Рэйшен, в крайнем случае его можно убить.
Мадогу снова стало интересно.
– Да нельзя же!!! Знакомый подонок всегда лучше незнакомого!
– Тоже верно, – согласилась Элина. – Тем не менее, решение принято. Давайте лучше обсудим, какие вопросы Ашкуту лучше задать…
– Ну, ты же всё решила. Спросишь что захочешь.
Мадог понял, что Рэйшен обижен. Ему хотелось как-то поддержать Рэйшена, но эта проклятущая женщина говорила правильные, хотя и рискованные вещи.
– Так а я-то вам зачем? – наконец смог вставить свой вопрос Мадог.
– Как зачем?! – Элина выглядела донельзя изумлённой. – Я тебе не сказала, что ли? Ты будешь контролировать подачу деклараций и сбор новых податей.
* * *
Приятно было смотреть на огорошенные лица обоих дроу! «Чудо как хороши!» Элина счастливо улыбалась.
– Я знала, что тебе понравится, – самодовольно изрекла она.
Мадог выглядел совершенно оглушённым.
– Сочувствую, братец, – буркнул Рэйшен. – Но помочь ничем не могу. Поверь, я старался.
– Я справлюсь, – прошептал Мадог. – Наверное.
– Справишься, конечно, – уверенно сказала Элина. – Я тебе помощников дам. Будешь всеми командовать. Дэвлин обзавидуется!
– Ты сумасшедшая, – Рэйшен уже успокоился, эти слова прозвучали скорее как одобрение.
Элина не успела ничего ответить, как откуда-то снизу послышался шум. Элина по пояс высунулась в приоткрытое окно, заставив Рэйшена сорваться с места и ухватить её поперёк талии.
– Да ты чего!
– Эли, это не из сада. Шум с другой стороны, со двора. Не высовывайся…
Элина хотела сбежать вниз по лестнице, чтобы взглянуть на источник шума, но это не понадобилось. В кабинет ворвался Ингерам. Вид у него был изрядно потрёпанный.
– Эли! Лекаря! Там Лоркан…
Оба дроу уже спешили вниз. Элина успела приметить, что рукав у Ингерама разрезан. И даже слегка намок. «Что ж тогда с Лорканом?!»
– Малена!!! – вопила Элина во всё горло. – Малена! Срочно сюда!!!
Девушка, подобрав юбки, торопливо спускалась по лестнице.
* * *
Ингерама Элина решила оставить в кабинете. Она займётся им как только сможет. Наверное, Лоркану помощь нужнее. Тем временем Рэйшен с Мадогом доставили Лоркана в зал, где всегда встречали гостей, и уложили на широкую лавку.
Элина с замирающим сердцем глядела на своего спецпорученца. Лицо его побледнело, глаза были закрыты, дыхание с хрипом вырывалось сквозь стиснутые челюсти. Чёрная ткань мундира на боку промокла от крови.
Малена уже хлопотала над ним. Ей принесли полосы чистой ткани и котелок с горячей водой. Элина с ужасом поняла, что у девушки больше ничего нет, а лечить колотую рану кипятком – гиблое дело! «Надо было всё же выделить Малене денег, чтобы она закупила трав и зелий».
– У нас есть тёмное кислое вино? – неожиданно спросила девушка, поднимая голову.
Из кладовых по распоряжению Меурига принесли запечатанный кувшин. Малена открыла его и протёрла кривые иголки и нож, которые достала из мягкого кожаного футляра. Тут же лицо девушки стало растерянным.
В зале стояло много народу, но никто не приближался к молодой лекарке. Она обвела всех просящим взглядом. Элина тут же протолкалась к Малене.
– Что случилось?
Элина боялась услышать, что Лоркан умирает или уже умер.
– Мне нужна нитка, а она, как назло, кончилась, – прошептала девушка. – Рану надо зашить.
– Что ещё понадобится?
– Нитка из жил козлёнка, горшочек дикого мёда, ивовая кора, цветы бузины, сушёные листья крапивы и корень девясила. Нитка нужна срочно!
– Мадог! За мной!
Элина помчалась на второй этаж. Люди расступались перед ней. Она чуть не споткнулась на ступеньках, но чья-то рука – она не разглядела, чья – поддержала её. Элина побежала не в кабинет, а в спальню. Она слышала за собой шаги Мадога. Перед спальней он остановился.
– Заходи! Я сейчас…
Элина запустила руку в тот самый мешочек с неразменными золотыми монетами. «Даже если на этом их магия закончится – плевать! Уф, не закончилась!»
Она обернулась к Мадогу.
– Возьми золотой. Купишь всё, что сказала Малена. Эти сволочные травники и зелейники будут ломить цену – не торгуйся. Не трать время.
Мадог кивнул, взял у неё монету и исчез, будто его и не было.
* * *
Мадог исполнил всё в точности. Малена только заканчивала протирать рану, когда он принёс требуемое.
К счастью, рана оказалась не такой опасной, как показалось вначале: нож скользнул по рёбрам, рассекая мышцы, но не задел внутренние органы и крупные сосуды. Малена довольно ловко зашила рану, смазала её мёдом и наложила повязку. Лоркан стонал и вскрикивал, и Элина вытирала ему пот, выступающий на лице.
Как только всё было закончено, откуда-то прибежала дородная служанка, которую Лоркан «спасал» от бунтующих солдат, и принялась охать и причитать на весь дом. Рэйшен попытался её выставить, но она с яростью обрушилась на него:
– Глаза твои бесстыжие! Мой Лоркан – герой, с разбойниками схватился, а ты где в это время был? Только и умеешь, что служанок щипать!
Раздались смешки. Рэйшен рассвирепел. Элине пришлось покинуть свой пост возле Лоркана.
– Ты кто такая? – строго спросила она у служанки. – Кто дал тебе право тревожить покой раненого? Почему ты оскорбляешь моих людей?
Говоря всё это, Элина подкрепляла свои слова жестами. Служанка, следя за Элининой рукой, замолчала и несколько скисла. Это было очень кстати, и Элина продолжила:
– Если не прекратишь свои выходки, я прикажу тебя к Лоркану не пускать! Всё поняла?
Служанка кивнула, не отрывая глаз от Элининых рук.
– Очень хорошо! Ступай и принимайся за работу!
Служанка кивнула, словно заворожённая, повернулась и убралась восвояси. Только сейчас Элина заметила, что держит в руках окровавленную тряпку.
* * *
В кабинете Элину ждал не только Ингерам. Дэвлин бросил тренировки и поспешил узнать, что произошло. Его подопечные были настолько взволнованы, что тренировку пришлось перенести на завтра.
– Почему ты оставила раненого одного? – строго спросил Дэвлин, указывая Элине на Ингерама.
Тот уже скинул мундир, вытер руку от крови и сидел, картинно закатив глаза. Его рана, к счастью, оказалась пустяковой царапиной.
Элина сердито глянула на Дэвлина:
– Да пошёл ты! – она запустила в него тряпкой, которую всё ещё держала в руках.
Дэвлин ловко поймал её.
– Думаю, если бы Лоркан окочурился, ты бы тряпками не бросалась, – заключил он.
– Шуточки он шутит, – проворчала Элина. – Собрались тут… скоморохи.
Дэвлин тем временем принялся распоряжаться, будто он всегда тут командовал:
– Рэйшен, ты тут самый бодрый. Метнись на кухню, пусть Меуриг еды какой нам даст. На пятерых. Притащишь за один раз?
«На пятерых? Что за толпа?» Элина обернулась. С ней пришёл не только Рэйшен, но и Мадог. «Вот же настырный!»
Дэвлина, видимо, тоже мучил этот вопрос.
– Мадог, ты здесь зачем?
– Я… Надо… – наверное, Мадог наконец-то сообразил, что он уже давно не подчиняется Дэвлину. – У меня тут свои дела. С Эли. Денежные.
Элина вытаращила глаза от такой наглости: «С каких пор он зовёт её по имени, да ещё – «Эли»?» У Дэвлина тоже был удивлённый вид, но, раз сама «Эли» промолчала, то и он возражать не стал.
– Рэйшен, ты всё ещё здесь? У меня живот от голода подвело! А уж Эли и вовсе с ног валится! Ей после подземелий усиленное питание положено, забыл, что ли?
Рэйшен сердито сверкнул глазами, но, оценив бледность Элининого лица, спорить не стал.
Элина решила не ждать следующей команды от Дэвлина.
– Так, хватит! Освободите мой стул немедленно! Ингерам, устройся поудобнее… Мадог, что там за денежные дела?
Молодой дроу наклонился над столом и высыпал на столешницу горсть мелких монет.
– Это сдача с золотого. Если надо написать, что сколько стоило…
– Не надо, – Элина жестом остановила его. – Оставь эти деньги себе. Если понадобятся ещё какие-то мелочи, ты можешь мне не отчитываться.
Это следовало сказать ради удовольствия полюбоваться вытянутыми лицами своих экспедиторов.
Вернулся Рэйшен. Он не мелочился и приволок сразу два дымящихся котелка. Нет, не котелка, – котла. Оба котла он, недолго думая, взгромоздил на стол, и Элина всерьёз испугалась, что крепкая столешница сейчас проломится. Заботливый Меуриг даже ложками всех снабдил.
* * *
Элине было совестно расспрашивать Ингерама о произошедшем, ведь она его действительно бросила. Надо подождать, пока он поест. Однако он сам начал рассказ, с удовольствием запуская ложку в горячее варево.
– Хорошо, что Эли сегодня отправила меня с Лорканом. Город разбит на участки, и на каждом участке – свои стражники. Два участка мы обошли. Никто, конечно, не радуется проверкам, особенно когда тебе говорят: «В твоих услугах больше не нуждаемся».
Рэйшен согласно хмыкнул. «Наверное, раньше ему нередко приходилось такое выслушивать».
– А в третьем участке, – Ингерам вздохнул, – начальник резкий попался. Решил с нами поспорить. Оказалось, что спорить с Лорканом – дельце неприятное. Начальник такого не ожидал…
Пришла очередь Элины согласно кивнуть. Она на собственной шкуре знала, каково это – столкнуться с Лорканом при исполнении.
– Слово за слово, начальник вскочил и кинулся на Лоркана. Я успел приметить, что мужик уже и нож достал. Лоркан тоже увидел, но мужик этот проворней оказался. Я едва успел руку подставить, чтоб тот хрыч Лоркана по лицу не полоснул. Вот и получил…
Ингерам поднял раненую руку и потряс ею. Капля крови сорвалась с кожи и звонко ударилась о край столешницы.
– Эй, осторожнее! – возмутился Рэйшен. – В жратву не капай!
Ингерам поспешно опустил руку, а Дэвлин протянул ему тряпку, брошенную Элиной.
– Перетяни пока. Подсохнет – снимешь.
– Да она в крови вся, – проворчал Ингерам.
– Ну, от рубахи своей оторви полосу, – посоветовал Рэйшен.
– Ага, щас, – буркнул Ингерам, приматывая тряпку поверх рукава рубахи. – Так вот, на чём я остановился? Зацепил меня, значит, этот мужик ножом, но для Лоркана я время выиграл. Оказывается, Лоркан тоже с собой нож таскает. И мужику тому достойно ответил, прям никто не ожидал… Я лишь два раза моргнуть успел, как всё уже кончилось.
– Постой, постой, – Элинина ложка оставалась чистой. Есть не хотелось. – Что значит «кончилось»? Этот мужик ткнул в Лоркана ножом…
– Ну да, – нетерпеливо перебил её Ингерам, – ткнул. И они оба упали на пол. Грохоту было – тебе не передать! Только Лоркан упал раненым, а тот мужик – мёртвым.
Ложки перестали стучать по котелкам. Элина обвела взглядом своих экспедиторов. У Мадога горели глаза. «Небось, представляет, как он бы расправился с нападавшим. А ещё лучше – Рэйшена бы защитил». При этой мысли Элина поморщилась.
– Не ожидал я Лоркана такой прыти, – задумчиво проговорил Дэвлин.
– Ты просто его не знаешь, – буркнула Элина. – Это его специальность – работа с ножом. И с людьми.
Дэвлин уважительно кивнул. Для него всё было понятно. А вот Элину интересовали и другие вопросы.
– А что делали пятеро наших солдат, пока вы там резали друг друга?
– Молодые совсем, неопытные, – пренебрежительно махнул рукой Ингерам. – Крови не видели. Испугались. Но не разбежались, не отступили. Лоркана дотащили до дома.
– Поговорю ещё с ними, – бросил Дэвлин.
Элина решительно не завидовала этим ребятам, но сейчас следовало узнать до конца, что же произошло в том участке.
– А как повели себя стражники? Защищали своего начальника? Дали вам спокойно уйти?
– Да там такие же мальчишки, как и наши! Они к месту прилипли от страха! Им ещё тело убирать придётся!..
«Точно! Тело!» Элина хлопнула себя по лбу.
– Дэвлин, есть дело. Как поешь, возьми тех пятерых парнишек и иди в участок. Глянь, чего там народ делает. Может, уже вилы точит, чтобы идти штурмом на баронский дом? Твоя задача – этого не допустить. Запугай их, что каждый смутьян будет жестоко наказан. Чтоб помыслить не смели! Мы им тут налоги отменяем, а они, видишь ли, бунтовать надумали? Участок закрыть. Молодых стражников забрать с собой. Приведёшь сюда, покормишь, объяснишь, что теперь у них будет новое начальство.
Дэвлин кивнул.
– Сделаю. Мадога дашь?
Элина немного подумала. До вечера, до допроса Ашкута, ещё оставалось время.
– Дам. – Она обернулась к молодому дроу: – После ужина – ко мне в кабинет. Наши дела ещё не закончены.