Герои СССР. Афган. Григорий Бояринов. Глава 24

Глава. 25                Хитросплетения политики.


Больше не ножа бойся, а злого языка.

Народная мудрость


Слово Дроздову Ю.И.:

«Находившиеся во дворце советские врачи попрятались кто куда мог. Сначала думали, что напали моджахеды, затем – сторонник Н.М. Тараки. Только позднее, услышав русский мат, они поняли, что атакуют свои.

Алексеев и Кузнеченков, которые должны были помогать дочери Амина (у неё был грудной ребёнок), нашли «убежище» у стойки бара.

Вскоре они увидели Амина, который шёл по коридору в белых адидасовских трусах, держа высоко поднятых, обвитых трубками руках, словно гранаты, флаконы с физраствором.

Можно было только представить, каких это усилий ему стоило и как кололи вдетые в кубитальные вены иглы. Алексеев выбежал из укрытия, первым делом вытащил иглы, прижал пальцами вены, чтобы не сочилась кровь, а затем довёл генсека до бара.

Амин прислонился к стене, но тут послышался детский плач – оттуда – то из боковой комнаты шёл, размазывая кулачками слёзы, его пятилетний сынишка. Увидев отца, бросился к нему, обхватив за ноги, Амин прижал его к себе, и они вдвоём присели у стены.

Спустя много лет после этих событий А. Алексеев рассказывал, что они не смогли больше находиться возле бара и поспешили уйти оттуда, но когда шли по коридору, то раздался взрыв и их взрывной волной отбросило к двери конференц – зала, где они и укрылись.

В зале было темно и пусто. Из разбитого окна сифонило холодным воздухом и доносились звуки выстрелов. В. Кузнеченков стал в простенке слева от окна, А. Алексеев – справа. Так судьба и разделила в этой жизни (Сергей Баленко. Спецназ ГРУ в Афганистане. «Яуза», «Эксмо», Москва, 2010 г.).

Догадывался ли Хафизулла Амин, о том, что вокруг его сгущаются тучи? Наверняка да. От был опытным политиком и матёрым интриганом.

Он думал, что он кукловод - вершитель человеческих судеб и он определяет настоящее и грядущее. У него ведь были соответствующие спецслужбы, которые его информировали о готовящихся покушениях.

Но здесь произошло, казалось бы, невероятное. Фатальный и точный удар ему нанесли те, кто обещал его охранять и беречь. Но это политика - большая политика! И руководители высшего эшелона власти любой страны определяют – кому жить, а кому уйти в небытие!

И снова слово Дроздову Ю.И.:

«Амин приказал своему адъютанту позвонить и предупредить советских военных советников о нападении на дворец. При этом он сказал: «Советские помогут».

Но адъютант доложил, что стреляют именно советские. Эти слова вывели генсека из себя, он схватил пепельницу и бросил её в адъютанта, закричав раздражённо: «Врёшь, не может быть!».

Затем сам попытался позвонить начальнику Генштаба, командиру 4-й танковой бригады, но связи с ними не было. После этого Амин тихо проговорил: «Я об этом догадывался, всё верно».

Тем временем спецгруппа КГБ прорвалась к помещению, где находился Хафизулла Амин, и в ходе перестрелки он был убит офицером этой группы. Труп главы правительства ДРА и лидера НДПА завернули в ковёр …

Основная задача была выполнена. Когда спецназовцы прорывались по второму этажу, раздался женский крик: «Амин, Амин …».

Кричала, видимо, его жена. Н. Курбатов из «Зенита», единственный их бойцов, кто знал местный язык, стал переводить Семёнову.

Вскоре спецназовцы увидели Амина, лежащего возле стойки бара. На двух захваченных танках к зданию дворца прибыла группа капитана Сатарова.

Он доложил Колеснику, что когда они проезжали мимо третьего батальона бригады охраны, то увидели – в батальоне объявлена тревога.

Афганские солдаты получают боеприпасы. Рядом с дорогой, по которой проезжали спецназовцы, стоял командир батальона и ещё два офицера» (Сергей Баленко. Спецназ ГРУ в Афганистане. «Яуза», «Эксмо», Москва, 2010 г.).

Продолжение следует …