Из жизни старых грабель...

На пыльной проселочной дороге, где солнце пекло нещадно,
лежали грабли. Не просто лежали, а развалились от времени.
Зубья торчали каждый сам по себе. И у каждого были свои
желания. Самый отвалившийся в сторону зуб мечтал  о 
концертных залах, где он  блистал бы как пианист.
А самый маленький,  наполовину целый,  грезил о прокладке
траншей...
-Ну вот, опять!  – простонал самый кривой  зуб, который был 
еще и самым мудрым,
-Лежим, как прибитые. Ни движения, ни вдохновения.
-А помнишь, как вчера этот мужик на телеге чуть не влетел? –
ехидно проскрипел соседний с ним зуб.
– Он так подпрыгнул, что соломенная шляпа взлетела до небес!
Вот это было представление!
-Тебе смешно? – возмутилась грабинка-поэтесса, чей зубчик
изящно изгибался,
– Вот если бы я могла  так же воспарить, к звездам...
Вдруг на дороге появилась тень. Огромная, пушистая, с виляющим
хвостом. Это был пес, местный хулиган по кличке Барбос.
Медленно, с предвкушением, Барбос подошел к граблям, понюхал
их, затем, решив, что это как раз то, что ему нужно, задрал
одну заднюю лапу и...
Грабли вздрогнули. Зуб-пианист  почувствовал тепло:
-Оооо, теплая водичка пошла...
Забыв про партитуры и овации,  он тихонько мурлыкал,
наслаждаясь моментом,
-А хорошо-то как, – думал он, –Словно купаешься в море
аплодисментов, только тише и теплее...
Грабинка-поэтесса  была в полном восторге:
-Это симфония запахов! – шептала она, чувствуя, как ее
зубок изгибается в экстазе:
– Это же целый космос, раскрывающийся передо мной!
Какая мощь, какая свобода!
Самый мудрый, кривой зуб, только качал головой:
– Ну, прилетело, как всегда. На одно только и годимся, чтобы
собаки возле нас свою лапу задирали...Но, с другой стороны,
даже в этом есть своя поэзия...
И пока Барбос, довольный, удалялся по своим собачьим делам,
грабли, хоть и все еще развалившиеся, почувствовали, что
жизнь, даже в таком виде, может быть полна неожиданных 
и, чёрт возьми, освежающих приключений...