Записки провинциала. ч. 6

3 апреля.
Аэропорт Минводы. Проводы ребенка. Ну, как ребенка. По нашему мнению – ребенок, по мнению сотрудниц авиакомпании – давно нет. Летим раздельно. Мы сами летим через неделю. Аэропорт им. Лермонтова. Тут вообще все имени Лермонтова. Хотя я бы поспорил. Вот у нас аэропорт - имени Высоцкого. Так в нашем аэропорту Владимир Семенович хотя бы был один раз. И даже написал пару-тройку песен про наш город. И в кино одном известном упомянул. А вот то что Лермонтов в здешнем аэропорту был, так это в высшей степени маловероятно. И про Минводы я что то не могу ничего припомнить в его произведениях. И вообще,  отсюда до Пятигорска 800 руб. на такси. Какой там еще Лермонтов. Так что погорячилась здесь с названием, на мой взгляд. Субъективный, конечно. В здании аэропорта стойка: "Исламская дебетовая карта от Т-Банка. Одобрена духовными управлениями мусульман." Несмотря на то, что я по сути, православный, мне тоже предложили. Отказался. В вопросах веры нужно быть осмотрительнее. Щепетильнее, я бы сказал. А то мало ли. Кстати, карты для православных, одобренные Священным синодом во главе с Патриархом Московским и всея Руси, отчего-то не распространяли. Обед в ресторане аэропорта. Кофе(средняя чашка) - 600 рублей, каша "Четыре злака" - 650, самса с бараниной 750. Самса оказалась маленькой, просто лилипутской. Хорошо, хоть каша в тарелке обычного, человеческого размера. Вода «Бон Аква», маленькая бутылочка - 285 руб. Ну а что, курорт, что вы хотели. +25 на табло. Апрель месяц. Из аэропорта - в Ессентуки. На такси. Таксист словоохотливый. Знает всё про всё. И про всех. Про полпреда, губернаторов, владельцев заводов с минеральной водой. По его мнению, минеральная вода настоящая только в бювете номер 23. Остальная вода вся поддельная. Хотя, если честно, мне до фонаря. А таксист не унимается: Нет, есть ещё один источник. В Черкесии. Вот теперь, точно все. Нет больше источников. А вас куда отвести? Давайте воооон туда. Или вооот сюда. А то там гроза. Или град. Ну давайте. Что вы в самом деле? Нет, нам только туда, куда мы сразу сказали. Ааа... Поскучневшим голосом - ну, хорошо. Доехали до г. Ессентуки, только пошли в парк - тут дождь . Гром. Молний не видел. Весь народ хлынул по кафешкам. И мы тоже. Заглянул в магазинчик "Кизлярские ножи". Разговор мужика, видимо хозяина, с продавцом:
- Ну что?
- Смотрят, трогают, но не берут.
 Я такой:
- А что смотрят?
- Да вот набор из трех ножей.
- Аа… а это - "Спайдерко"?
- Не, это реплика.
- А оригинал?
- Не, не возим. Зачем нам. Знатоков мало, туристы не оценят. Не. Нету.
В парке распускается каштан. Сойки, дятлы, горлицы.
Пошли в источник(бювет) номер 17 и номер 4. Других вроде бы не было. Попили поддельной воды(по мнению таксиста). Номер 4 оказалась со сладковатым привкусом. Номер 17- с солоноватым.
Отдыхающие фотографируются с птицами: орлы, павлины, еще какие-то крупные, не помню. Птицы сидят в ряд на жердочке, привязанные за лапы. Или что там у птиц, ноги? Фотограф садит орла на плечо фотомодели(женщина средних лет), для пущего эффекта заставляет птицу расправлять крылья. Орел хлопает крыльями, лезет на голову фотомодели, у той обалдевшее выражение лица. Павлин, у которого развязались завязки на лапах, пользуясь моментом, сбегает. Фотограф, бросив съемку, бегает за птицей по парку.
Погуляли немножко и поехали в Пятигорск.

4 апреля.
Ночью и утром дождь.
Храмовый комплекс Петра и Павла в Ессентуках. Приехали под вечер. Вход свободный. В комплекс входят два храма, четыре часовни и 22-метровая статуя Христа. Выше нее в стране нет. Народу немного. Ходят, фотаются . Территория большая. Дорожки, фонари, бюсты античных философов и ветхозаветных пророков. Детская площадка. Маленькое помещение, стилизованное под ясли, где родился Иисус. Фигурки животных. С левой стороны комплекса, не то, что бы на площадке, а просто на земле, стоят автомобили Волга  Газ-21, с цветографической окраской советской милиции и Москвич 2140, раскрашенный под участника ралли. Неподалёку - плуг под конную тягу и механическая сенокосилка, которую можно цеплять к чему хочешь. Через дорогу в ряд стоят: токарный станок без суппорта, армейская полевая кухня, ещё пару каких то железяк и трактор ДТ-75 из последних модификаций. Трактор я сперва принял за действующий, но при ближайшем изучении экспозиции оказалось - экспонат.  Что именно символизирует этот загадочный набор техники и для какой целевой аудитории предназначен, я не понял. В том смысле, какое отношение он имеет к храмовому комплексу? Возможно, это мини - ВДНХ  отражает поэтапное развитие человеческой цивилизации. Железный век развитого социализма, не знаю.
Был еще колокол под аркой, в который звонили все желающие. Когда мы, в свою очередь, ударили в колокол, на тропинке появилась древняя старушенция. Я даже подумал, что она какой-нибудь смотритель музея и сейчас начнет ругаться, за нецелевое использование экспонатов. Она подошла ближе и спросила, можно ли ей нарвать вербы. По случаю вербного воскресенья. У бабки был сильный южнорусский акцент и золотые зубы. Сама она была маленькая, сгорбленная и сильно ветхая. Родом бабка была из Луганска. Переехавшая. Вербы вокруг было полно, а людей - никого. К тому же четкой границы у храмового комплекса с этой стороны не было. Парк упирался в болото. Где заканчивалась территория парка, а где начиналась ничейная верба – не разобрать. Я, конечно, разрешил ей нарвать вербы, превысив свои полномочия экскурсанта. Пусть сорвет несколько веток, что такого.
Потом поехали в Железноводск - тут все рядом. Даже иной раз не понимаешь, в Пятигорске ты, в Железноводске или ещё где. Пошли на озеро у каскадного спуска с горы Бештау. Посмотреть, как оно, в темноте. Оказалось - красиво. Прошлись вокруг и поехали домой. По пути заехали в торговый комплекс. Я за покупками не пошел. Сидел в машине и наблюдал через стекло витража за изготовлением теста для лавашей. В помещении работало три женщины и один мужчина. Очевидно, семейный подряд. Женщина постарше отрезала кусок теста от чего-то такого, что мне не было видно, формировала колобок и  помещала его между двух валиков устройства, сильно похожего на валики для отжима белья на старых стиральных машинах. Только здесь не нужно было крутить ручку, валики вращались механически. С той стороны устройства женщина помоложе, принимала уже раскатанный тонкий блин теста и передавала его совсем молодой девушке. Та, в свою очередь помещала этот блин на вращающиеся ролики конвейера печи. Сама печь с виду была копией большой посудомоечной машины, которая стояла у нас в столовой в училище. С той разницей, что в посудомоечной машине по конвейеру ехала грязная посуда и обмывалась водой, а тут тесто. И воды, конечно, не было. А были электронагреватели. Электропечь. В общем, с обратной стороны выходило уже запечённое тесто. Его принимал мужчина, очевидно, главный в этом производстве. Готовое тесто(лаваш) он укладывал стопкой, один на другой. Работа шла в таком темпе, что мужчина даже не успевал отойти от лавашевыпечной машины. В дверях помещения курил парень в черной куртке и домашних тапках. Время от времени носивший упаковочные коробки(по форме как от пиццы) в стоявшую на улице Газель. В общем, полный цикл от теста до готовой продукции.
Тут вернулись из магазина с покупками и оторвали меня от созерцания за работой вечного двигателя . Поехали домой.

Продолжение следует...