Воспоминания неудавшегося алкоголика часть 8

    Кстати, меня самого за двадцать шесть лет службы трижды наказывали арестом. Два раза за поход в кино, один раз за мою доброту. Первый раз, когда я ещё в Севастополе учился. Так получилось, что я до девятнадцати лет ни разу не видел культовый советский фильм «Чапаев». Анекдотов про Чапаева знал много, книгу читал, а кино не видел.
 
     И, вот однажды, после ужина меня послали  в оповещение. Это сейчас у нас у каждого мобильный телефон и можно хоть на край света дозвониться. А в те времена даже стационарный телефон далеко не в каждой семье был. И, для того, чтобы по тревоге (или другой необходимости) вызвать военнослужащего или вольнонаёмного, была налажена система оповестителей. За каждым военнослужащим или вольнонаёмным, которые были нужны при приведении части в боевую готовность, были закреплены матросы-оповестители. Обычно их было трое на один маршрут, по которому они должны были бежать и оповещать тех, кто у них был на маршруте. Проводились тренировки, обычно ночью, причём, пользоваться общественным транспортом было запрещено. Или (в больших городах) по возможности вывозили на грузовике оповестителей к самому дальнему адресу, и оттуда они должны были начинать оповещение.

    Возвращаюсь к нашим баранам, то есть к «Чапаеву». В общем, сбегал я к женщине из продслужбы, отдал ей какие-то документы в конверте и не спеша возвращался в часть. Не спеша, потому что я нарушил правила, и к ней поехал на троллейбусе. И вот, прохожу мимо Дома культуры строителей и вижу афишу, на которой написано, что через десять минут начинается показ доселе не виданного мною «Чапаева». Я подумал, что ничего страшного не случится, если я немного не уложусь в норматив оповещения и пошел в кино. Надо сказать, что в Севастополе в те времена приучали жителей к коммунизму, и одним из способов формирования новых отношений был свободный вход в кинотеатры.

    Не бесплатно, а просто на входе в кинозал не было контролёров, которые проверяли билеты. Просто покупаешь билет и заходишь. Покупать мне не на что было, ни гроша в карманах, поэтому я просто подошёл к какой-то местной тётеньке и объяснил ситуацию. Естественно, она меня пропустила. С удовольствием посмотрел, понял откуда многие анекдоты про Чапаева и вышел из этого ДК.
    Вышел прямо в объятия патруля, который мимо проходил. Забрали меня в комендатуру, комендант, полковник Голуб дал мне трое суток ареста за отклонение от маршрута при оповещении. Правда, не посадили меня мои отцы командиры. Зная меня как образцового курсанта, и за то, что я смотрел такой фильм, мне даже не записали этот арест в карточку поощрений и взысканий. Была такая в личном деле. Она, если ничего не изменилось, и сейчас должна храниться в архиве.

    Во второй раз меня арестовали за доброту и нечаянно вырвавшееся слово.
Это было уже в Кронштадте, я уже был мичманом и был у меня матросик в команде местный, нормальный парень, служил исправно, но однажды, не помню в чём, но он провинился и командир корабля дал ему две недели без берега. И вот он подходит ко мне и слёзно просит отпустить его в город, у его отца юбилей. Ну, я по доброте душевной выписал ему увольнительную записку (у меня всегда было несколько штук с печатью корабельной). Была суббота, у меня  несходная смена, несмотря на то, что меня дома ждала невеста, с которой мы через неделю должны были расписаться. В общем, субботний вечер, я после душа, сижу в каюте, вдруг прибегает рассыльный и говорит, что «папа» (так командира называли, потому что он был уже старый, сорокапятилетний капитан второго ранга) вызывает меня на ют. Оказывается, он решил посмотреть, как увольняемые на берег с него  возвращаются и  вдруг, увидел моего морячка, которого он наказал. Я быстренько накинул китель, прибегаю на корму, докладываю, как положено. И «папа» меня спрашивает: «Каменев, кто у нас командир корабля?». Вот тут я и ляпнул: «Пока вы, товарищ капитан второго ранга!»  Я так сказал потому, что он уже на пенсию собирался. Тут он и взвился, типа я на его место претендую, уже стал матросов увольнять на берег, которых он наказал. И объявил мне пять суток ареста.

      В понедельник утром прибыл мой начальник с берега, докладываю обо всём, что за выходные произошло, про себя, естественно. Сказал, что моя свадьба в пятницу накрылась медным тазом. Он пошёл к командиру, тот уже поостыл за это время, и оставил мне всего трое суток ареста,но приказал сегодня же сесть. Меня посадили без всякого подношения (что, я за себя ещё и взятку, что ли буду давать?). Посадили в камеру для сверхсрочников и назначили старшим в камере, потому что я мичман, а остальные были старшины. А старший - это значит, что меня накажут, если что в камере не так будет. Поговорил с парнями, объяснил ситуацию, все поняли, конечно. Остальные сидели за пьянку, как обычно. Отсидел я свои сутки нормально, условия не гостиничные конечно, курить ходили к офицерам на первый этаж(им разрешалось). Спали, правда, как и все «губари» на «самолётах» (деревянные щиты, которые только на ночь выдавались). Невеста моя бегала вокруг губы в расстройстве, выйду ли я или свадьбу отменять придётся. В четверг меня выпустили из заточения, а в пятницу я благополучно женился и прожили мы в любви и согласии почти пятьдесят три года. Про свадьбу, думаю, попозже напишу.

   Да, в камере сидел парень, подводник, старшина первой статьи (насколько я помню). Он просто-напросто спился. Времени поговорить у нас много было и он всё время рассказывал одно и то же. Я его раньше в городе встречал и видел, что у него орден Красной звезды. В мирное время это огромная редкость. Оказывается, орденом его наградили за то, что он спас свою подводную лодку при пожаре. В его первом (торпедном) отсеке случился пожар и чтобы не взорвались торпеды, надо было включать ЛОХ (система пожаротушения).Но у них что-то не сработало и пришлось этому парню выскакивать из отсека и задраивать ха собой люк, чтобы пламя дальше не перекинулось. Он здорово обгорел, вся спина сплошной шрам. А пятеро его моряков сгорели. Вот они к нему каждую ночь и приходили, если он трезвый был. Вот он и спился. Уволили его потом, как мне сказали. В общем, вышел я в четверг, в пятницу женился и больше полувека вместе прожили.
      
    В третий раз опять за кино посадили. Поехал я с моряками в Мурманск, надо было какую-то аппаратуру в ремонт сдать. После обеда вернулись в Североморск, проходим мимо кинотеатра, а там «Джентльмены удачи» идут. И моряки меня уговорили посмотреть (я уже смотрел, но на уговоры поддался). Выходим, а на улице патруль и помощник коменданта. Морякам, естественно ничего, а мне трое суток. Тут я, кстати, обрадовался. Дело в том, что в то время начальником гауптвахты был капитан-лейтенант по кличке «Ганс». Как сейчас сказали бы  - коррупционе;р. Офицеров и мичманов он за бутылку шила или коньяка отпускал на все четыре стороны до окончания их срока отсидки. Во-первых, спиртное, которое всегда пригодится, во-вторых, по продовольственному аттестату на арестованных выдавались продукты,  а есть-то их некому было. Они дома сидели. Вот и я принёс бутылку «Плиски» (был такой болгарский коньяк и трое суток с молодой женой дома «отсидел».
     (продолжение следует)