Алексей Тупицин. День эвакуации в 2022 году

История Усть-Кута. Алексей Тупицин. День эвакуации в 2022 году

Ровно четыре года назад в 6-15 утра, в мою квартиру в Иркутске вломился СОБР и меня увезли на допрос 4-й отдел по особо важным преступлениям СК на Марата

Правда перед тем, как вломиться ко мне, менты перепутали этажи и вынесли соседа сверху. Мужика сбили с ног, надели наручники за спиной и перевернув сказали представиться. Когда услышали другую фамилию, дали ему по почкам, сказали «не ****и», и развернули лицом. Увидев что это не я, спросили «Где Тупицин?». Мужик удивился, за что еще раз получил по боку и только тогда подошла следачка-полковник из Москвы и спросила, какая это квартира. Узнав что ошиблись этажом, с соседа сняли наручники и запретили в течении часа пользоваться телефоном, сказав что в доме «сецоперация». Я уже позже писал в прокуратуру по этому поводу и они вместо проверки записали видео с перепуганным соседом, что он типа не имеет претензий к ментам. В моей квартире их ждал совершенно другой прием, от которого они даже опешили. Когда я открыл дверь, меня прижали лицом к стене, застегнув наручники за спиной и продолжили представиться. Вместо фамилии я послал их на *** и когда они попросили сказать это еще раз на камеру, я процитировал украинского моряка с острова Змеиный, сказав «русский военный корабль иди на ***». Потом меня увезли в СК и по дороге собровцы пытались гнать мне жути, а я начал пугать их полком Азов. Они офигели от такой постановы и даже остановили машину и стали снимать меня на телефон, спрашивая какие связи у меня с Азовом и чтобы я подтвердил, что они меня не били при задержании. После их командир обозвал меня «жирным» и приказал всем не разговаривать со мной и ехать молча. Судя по всему, апелляция к полку Азов нанесла им серьезную травму и они до самого вечера присутствовали на допросе, вспоминали мне это. Кстати в мае Азов еще во всю сражался в Мариуполе. Параллельно с Иркутском обыски прошли еще и у меня дома и на работе в Усть-Куте, куда прибыла вторая московская бригада следователей. После меня закрыли и выпустили с обязательством придти на допрос в понедельник 16 мая, что я в общем то и собирался сделать. Только в ночь на воскресенье, мне слили инсайд, что в пн меня арестуют и этапируют в Москву по делу Навального, а выпустили меня на выходные из-за того, чтобы московские следователи не захотели возвращались в воскресенье утром с Байкала на продление моей санкции. Я в это поверил, потому что следачка меня предупредила, что все копии следственных действий направит в Басманный суд, где и будет рассматриваться мое дело. Естественно, что я утром улетел в Москву, откуда друзья меня вывезли в Латвию. Отдельный респект сотрудникам Генерального Консульства Польши в Иркутске, которые сделали мне визу в течении четырех часов с момента получения паспорта и благодаря этому я смог быстро эвакуироваться из Мордора. Было еще много нюансов при моем отъезде и таких, что вполне возможно по ним можно будет в будущем снимать захватывающий боевик. Правда сейчас об этом еще нельзя говорить, чтобы не подставить помогавших мне людей. Рад ли я что уехал? Естественно! Ведь если бы я остался в Росиии, то по-любому бы сидел в тюрьме и навряд ли долго там протянул с моим характером. Если они не побоялись ликвидировать Алексей Навального, то со мной бы вообще не заморачивались и я скорее всего вообще бы не доехал этапом до Москвы. Вместо тюрьмы, я сохранил свою команду журналистов и мой проект «Усть-Кут24», который работает без остановки и очень востребован у населения. Мы каждый день в ТОП-10 СМИ Иркутской области по просмотрам и хотя Роскомнадзор нас блокировал уже более 110 раз за это время, продолжаем работать и находим способы доносить до читателей неудобную для властей правду. При этом наш фанклуб на Севере Иркутской области, самый активный на территории. Надеюсь что вернусь домой и пока нахожусь в эмиграции, занимаюсь просвещением населения своего района, как и учили меня в МШПИ Елена Немировская и Юрий Сенокосов.
По факту хоть и нахожусь за несколько тысяч километров от дома, но ежедневно живу его жизнью, занимаюсь его проблемами и держу руку на пульсе, ожидая окно возможностей. По крайней меря у меня к нему все готово