Дае тишины

Вы шепчете о тех, кого не знали,
О пустоте, что в сердце пролегла.
А я молчу в своей немой печали
О том, чья тень в мой дом тогда вросла.

Что хуже: холод брошенного трона?
Или присутствие того, кто душу рвёт?
Того, кто вместо мудрого закона
Лишь страх и пепел в детство принесёт?

Он был…Но лучше б не было, пожалуй...
Стеклянный взгляд и тяжесть злых шагов.
Душа ребёнка — трепетной и малой —
В плену жестокости и злых оков.

Там, где должна быть крепость и опора,
Зияла бездна, полная угроз.
И вместо слов — лишь яд и шум раздора,
И ледяная соль нежданных слёз.

Но я иду. Я вывожу за руку
Ту девочку из комнаты ночной.
Я прекращаю вековую муку,
Я говорю ей: «Я теперь с тобой».

Пусть он не стал защитой и примером,
Я для себя сама — закон и свет.
Я мерю жизнь свою Своею мерой,
И власти тени надо мною нет.

Присваиваю право быть живою,
Смываю горечь прожитых обид.
За той больной и тёмною чертою
Мой новый мир — живой и он открыт!