Никто не забыт, ничто не забыто

Мой отец Стрелков Пётр Тимофеевич родился в 1918 году в Виннице. Выходец из старинного старообрядческого рода. Когда мне было пять лет мать с отцом разошлись и с отцом приходилось встречаться редко.

Отец воевал в артиллерии, был также связистом, прошёл Финскую кампанию, потом в армии маршала Жукова брал Берлин. На колоне Рейхстага, по его рассказу, не оказалось свободного места, и отец поставил свою подпись просто на стене.

После капитуляции Германии его часть перебросили на дальний Восток добивать Квантунскую армию. Отец рассказывал, как пленные японцы, сидя на лавках или брёвнах постоянно били об них ребром ладони, чтобы набить твёрдый мозоль, которым одним ударом по шее могли убить человека.

Вспоминал отец вкусную американскую тушёнку с прослойками сала и мяса. Рассказывал, как англичане поставляли нам пушки. На один корабль погрузили лафеты, на другой стволы. Корабль с лафетами немцы потопили, и стволы пришлось крепить к чему попало.

Отец очень любил жизнь, в широком смысле этого слова. Сказывалось его старообрядческое воспитание. Залетевшую в комнату муху он не убивал, а старался выпустить, червяка на тротуаре осторожно брал листиком и кидал в траву.
У отца был старший на несколько лет брат Дмитрий, портрет которого у меня не сохранился. Он прошёл всю войну и погиб в Литве в 1944 году, вероятно от рук “лесных братьев”, был похоронен на военном кладбище в Шедуве.

После войны отец вернулся в свою родную Винницу. Из трофеев привёз только немецкую опасную бритву и кожанный ремень для правки лезвия. Имел много медалей и орден Красной Звезды. Серьёзных боевых ранений у отца не было, был здоровый и активный, не пил, курил папиросы, работал простым рабочим на мельнице, потом на мясокомбинате, но дожил лишь до пятидесяти шести лет. Ему укоротила жизнь вторая жена из-за квартиры в центре города.

Мне от отца кроме памяти и фотографии ничего не осталось, даже орден и медали были этой женщиной проданы, а за вырученные деньги она купила своему племяннику автомобиль и дачу. Общих детей у них не было, я у отца единственный сын. Не знаю даже, оставил ли он на меня завещание, но это уже не важно.

В апреле 2020 мне исполнилось шестьдесят девять. Пребывая один дома на карантине, вдали от мирской суеты, часто вспоминаю своего отца, грущу, вижу его во сне, жалею, что так мало мы были вместе, так мало он рассказал о себе, своих родителях, родственниках, боевых подвигах.

Я благодарен отцу за то, что он подарил мне жизнь, а ещё за то, что его не прожитые годы Всевышний добавляет мне и даёт возможность видеть своих детей, внуков, правнука. В детстве я был болезненным ребёнком, но 14 апреля 2026 года мне уже исполнилось 75 активных годков.

Очень жаль, что в независимой Украине новые власти сумели исказить многие факты Великой Отечественной Войны, оболгать и свергнуть с постаментов её героев. В моём родном городе Виннице были переименованы названия всех улиц, связанных с Победой. Улица Ворошилова, на которой я родился, была переименована на 50 лет Победы, а сегодня это улица Замостянская.

Мой отец вместе со своими однополчанами дошёл до самого логова врагов и разгромил их. Это была победа. Память наших героических предков можно и нужно чествовать в городские и сельские поминальные дни. Но день 9 мая, когда наши враги сложили оружие — это настоящий День Победы!

Трещина на стекле фотографии отца проходит прямо через его сердце, видимо даже на том свете он переживает за всех нас, ныне живущих, раскиданных по разным странам когда-то великой страны, за которую он сражался в смертельных боях. Пишу языком, на котором говорил мой отец, но в быту я бываю украиноязычный.

Большое спасибо за проект «Наш полк» благодаря которому мы вспоминаем и поминаем всех своих погибших и ушедших предков. Будем жить так, чтобы ни словами, ни мыслями, ни поступками не осквернять их светлую память.

С Великой Победой!