Центральная Азия включилась в глобальную гонку ИИ

Развитие искусственного интеллекта в Центральной Азии идёт разнообразными темпами. Казахстан стремится стать региональным хабом, Узбекистан активно внедряет ИИ в управление и образование, Кыргызстан делает ставку на гибкость и саморегулирование, а Таджикистан пока ограничен ресурсами, но стремится к вариантам адаптации. Различия в темпах и подходах обрисовывают уникальную картину, где каждая страна находит свой путь. И вся эта палитра напоминает скорее импровизацию, нежели рациональный план.

Форум GITEX AI Central Asia & Caucasus Kazakhstan в Алматы стал символическим моментом. Крупнейшие мировые компании впервые массово обратили внимание на регион как на перспективную площадку для развития искусственного интеллекта. Участие более 300 компаний и стартапов, а также инвесторов с совокупным портфелем в $200 млрд показывает, что Центральная Азия перестала выглядеть неизведанной территорией для технологических инвестиций. До этого выставка технологий традиционно проводилась в Дубае, оставаясь крупнейшей на Ближнем Востоке и задавая тон глобальным трендам. Теперь Центральная Азия получила возможность заявить о себе как о новой точке притяжения для технологических гигантов и инвесторов.

Алматы, где сосредоточено более половины IT-услуг страны, позиционируется современным центром активности для глобальных игроков. Хотя ещё недавно город ассоциировался больше с яблоками и горами, чем с дата-центрами и 5G. Присутствие таких компаний, как Starlink, Cisco, Huawei, Salesforce, Dell, подтверждает интерес к формированию инфраструктуры, охватывающей облачные технологии и умные города.

В Кыргызстане внимание к региону превращается в уникальный шанс. Как отметил директор Парка высоких технологий Азис Абакиров, ИИ может стать инструментом выхода на глобальный рынок для местных разработчиков. В стране сохраняется относительная свобода интернета, что позволяет экспериментировать без жёстких ограничений. В то же время Кыргызстан заложил первые основы регулирования ИИ в Цифровом кодексе, выбрав принцип технологической нейтральности. Регулируется не конкретный алгоритм, а сфера его применения (финтех, медицина, телеком). Такой подход позволяет избежать создания «цифрового монстра», который будет контролировать каждую строчку кода, и одновременно обозначает чёткие границы для высокорисковых технологий (распознавания эмоций, биометрии, дипфейков). Важно, что государство передаёт часть полномочий профессиональному сообществу. Ответственность возложена на объединения владельцев ИИ-систем, которые должны разрабатывать регламенты по управлению данными и качеству разработки. Подобный шаг к саморегулированию может сохранить манёвренность рынка. А заодно снять с чиновников головную боль, ведь роботы-трудоголики не жалуются на зарплату и не требуют отпусков.

Главный риск в повторении сценария, когда страх перед злоупотреблениями приводит к тотальным запретам. Эксперты по защите данных напоминают, что мошенники используют любые технологии, и задача государства заключается в том, чтобы отделять инструмент от злоупотреблений, а не блокировать сам инструмент. Проще запретить молоток, чем научиться отличать плотника от грабителя.

КР продвигает программу «Цифровой Кыргызстан» и задействует ИИ для интеграции в международный рынок технологий. Власти озвучили план создания регионального хаба ИИ в рамках ЕАЭС, чтобы объединить усилия стран и согласовать стратегии. Для Кыргызстана открыто окно возможностей выйти на мировой рынок, развивать собственные проекты и привлекать инвестиции. Скажем прямо, пока местные стартапы конкурируют с OpenAI и DeepSeek примерно так же, как школьный кружок робототехники с Tesla, но амбиции заразительны.

Если Кыргызстан делает ставку на гибкость, то Узбекистан предпочитает стратегию масштабных инвестиций. Узбекистан реализует стратегию «Цифровой Узбекистан — 2030», где ИИ рассматривается как инструмент модернизации государственного управления и образования. В 2024 году страна инвестировала около $100 млн в цифровые технологии, включая ИИ. Однако уровень цифровизации ниже, чем в Казахстане. Интернет есть у большинства жителей, но школы обеспечены техникой лишь частично. Кадровый дефицит остаётся заметным, специалистов по ИИ пока не хватает. Но всё же Узбекистан активно привлекает иностранных экспертов и запускает новые проекты почти каждую неделю.

Таджикистан на данный момент отстаёт от соседей. Бюджет на НИОКР составляет менее 0,05 % ВВП, а цифровая инфраструктура развита слабо. Интернет-проникновение остаётся ограниченным, что тормозит внедрение ИИ. Тем не менее, власти рассматривают технологию как часть долгосрочной стратегии цифровизации и стремятся интегрировать её в госуправление и образование. Приоритет отдан сотрудничеству с внешними партнёрами и постепенному развитию инфраструктуры.

Очевидно, азиатскому центру предстоит выбрать ориентиры. Вопрос в том, будет ли это выбор в пользу контроля или доверия. В ЕС регулирование строится на правах человека, в США и Великобритании на саморегулировании, в Сингапуре на гибридной модели. В Китае основной упор делается на государственный контроль и стратегическое использование ИИ для национальных целей, а в России подход сочетает элементы регулирования с мерами по стимулированию собственных разработок и удержанию технологического суверенитета. Казахстан сделал шаг в сторону либерального подхода, разрешив обучение моделей на открытых произведениях, если автор не установил запрет. Кыргызстан же пытается выработать компромисс между свободой и ответственностью.

Развитие искусственного интеллекта сегодня признаётся ключевым драйвером мировой экономики. Вклад ИИ в глобальный ВВП к 2030 году может составить триллионы долларов, а его применение охватывает практически все сферы, включая промышленность, финансы, медицину и образование. Страны, встроившие алгоритмы в структуру национальной экономики, получают технологическое преимущество, дополнительные источники роста и повышение конкурентоспособности на мировом рынке. В Центральной Азии выбор стратегии регулирования напрямую связан с безопасностью и будущим экономическим развитием.

Казахстан выступает локомотивом, Узбекистан активно догоняет, Кыргызстан ищет гибкие пути развития, а Таджикистан осторожно пробует сотрудничество. Пока это напоминает знакомство с новой техникой, когда сначала смотришь на коробку, потом читаешь инструкцию, а после понимаешь, что розетка ещё не проведена. В условиях складывающейся динамики форум GITEX AI в Алматы продемонстрировал миру то, что Центральная Азия вошла в число участников глобальной ИИ-гонки. И пусть пока регион больше похож на бегуна, который только вышел на старт и оглядывается на соперников с суперсовременными кроссовками, сама готовность выйти на дорожку уже многое значит. Чувствуется стремление догнать лидеров, а заодно предложить собственные модели развития, при которых свобода и адаптивность дают явное преимущество.