Случайно найденные записи некоего рыбака Хенка

Случайно найденные записи некоего рыбака Хенка. 1

Все началось с того, что проигнорировав признаки надвигающейся бури, мы с Кельвином отправились в лодке на остров "Птичий" ловить рыбу. На острове много пресных озер, богатых рыбой, из за чего рыбаки из села "Рождественское", от куда и мы, а так же из  других ближайших сел, часто туда наведываются. Захватив палатку, еды на несколько дней, воды, табака и виски, а так же рыбачьи принадлежности, мы на веслах отправились к острову. Мы планировали успеть до надвигающейся бури, работая веслами, но шторм опередил нас. Небо потемнело, приобретя зловещий вид, на воде появились барашки, а далее разразился сущий кошмар, со шквальным ветром, с высотой, с трехэтажный дом волнами, с проливным, как из ведра, дождем. Ураган унес нас в открытое море. В этот, и весь следующий день, на непригодном для таких катаклизмов суденышке, нас швыряло по волнам бушующего моря как скорлупу из под ореха. Вода заливала через борта, грозя потопить. Мы с Кельвином не зная усталости вычерпывали воду. Мы что то пытались кричать друг другу, стараясь перекричать шум ветра и низвергавшихся волн. За те два дня, что мы без сна боролись со стихией мы в конец обессилили и отчаялись, смирившись со смертью. А утром третьего дня нас выбросило на берег.
 Мы оказались на песчаном пляже и первым делом затащили лодку на песок, подальше от волн. За тем, обессиленные, легли под первое попавшееся дерево и мгновенно уснули. Мы проспали весь день, проснувшись к закату.
 Шторм стих. Солнце садилось за горизонт, окрашивая клочья облаков алым цветом. Мы огляделись. Песчаный пляж заканчивался густым лесом. Наша лодка находилась посреди пляжа, склонившись на один бок. Подойдя к нашему многострадальному суденышку, мы вытащили от туда все, что удалось сохранить. С помощью имевшегося у нас квадранта, по первым, появившимся на небе звездам, мы определили свое местоположение. Выяснилось, что мы на острове, находящимся милях в трехстах от материка. За тем, мы установили на пляже палатку, сложили в одно место припасы, консервы, успевшие за день высохнуть в мешке сухари и несколько фляг с водой, а так же выпивку. Собрав в лесу хворост, мы разожгли костер. Благо, кроме отсыревших спичек, мы имели с собой зажигалку. Основательно подзакрепившись едой, мы с Кельвином передавая друг другу внушительную фляжку с виски, стали обдумывать свое положение и планы на завтрашний день. На следующий день, мы решили исследовать остров, в надежде отыскать, какое никакое поселение или форт цивилизованных людей, остаться с ними, или просить помощи доставить нас до материка. Так же, желательно было найти пресной воды. Если же найти никого не удастся, то  по плану "два", решили добираться до материка своими силами. А пока, нам следовало набираться сил отъедаться и спать.
 Наступила ночь. Мы сидели спиной к палатке и лицом к костру, по очереди отглатывая горячительного напитка. Виски нас несколько ободрило, подняло настроение и развязало языки. Мы стали шутить.
 - А может мы с тобой, Хенк, первооткрыватели - предположил Кельвин. - Может этот остров, как его называют, терра инкогнито, и мы назовем его нашими именами. Построим здесь крепость, а дикарей обратим в христианство.
 - Если они жрут людей, то как бы они нас не обратили... в экскременты - вставил я.
 - Нет - отверг столь пессимистический сценарий Кельвин. - Давай лучше представим, что они дружелюбны и среди них есть симпатичные аборигенки, которые обожают белых мужчин.
 - Как они могут обожать белых мужчин, если они их никогда не видели.
 - Нет - вновь проигнорировал мои слова Кельвин. - они нас полюбят.
 - Тогда уж я сразу женюсь на дочке вождя и буду пользоваться всеми благами здешнего общества.
 - А я выберу самую красивую и увезу домой.
 - И все таки мне кажется, что остров необитаем - высказал я.
 - Почему.
 - Если б дикари были, они бы давно показались.
 - Так может они нас не слышали.
 Захмелевший Кельвин встал на ноги и, пошатываясь,  обернулся в сторону леса.
 - Эй папуасы!!! - закричал он. - Тумбарикитум!!!
 - Сядь Кельвин, успокойся - дергал я его за штанину.
 - Эй бабуины!!! - продолжал кричать Кельвин.
 - Сядь друг, ты пьян - пытался угомонить я его - привлечешь хищников каких ни будь.
 Кельвин сел. Потянулся за флягой.
 - Тебе хватит - отстранил я ее.
 - Ну дай.
После некоторой борьбы Кельвин все же овладел флягой и сделал приличный глоток.
После очередного глотка Кельвин пытался запеть одну из рыбацких песен, но запутался в словах и прекратил. После чего, стал бить себя по карманам ища трубку. Найдя ее он сунул ее в зубы и так же стукая себя по карманам стал искать кисет.
 - Я его выложил - поднялся Кельвин.- Вот же он.
Мешочек с табаком лежал позади него.
- Надеюсь табак высох - поднял кисет Кельвин, и тут же замер уставясь в сторону леса. Его лицо исказилось в гримасе испуга, а трубка выпала изо рта.
 - В чем дело Кельвин - спросил я, глядя на его испуганный вид.
 - Там кто то есть - ответил Кельвин. - кто то смотрит на меня из леса.
 Я вскочил на ноги и посмотрел туда, куда смотрел Кельвин. Я увидел только лес. Свет от костра едва доходил до стволов деревьев и кустов.
 - Где - спросил я.
 - Только что ушел - ответил Кельвин.
 - Ты уверен, что кого то видел?
 - Так же как сейчас вижу тебя Хенк- взглянул на меня мой друг.
 - Где он был?
 - Его лицо выглянуло из тех кустов - указал пальцем Кельвин.
 - Это был дикарь?
 - Нет, белый.
 - Как он выглядел?.
 - Страшно Хенк. Он выглядел страшно. Лицо худое с жиденькой бородой и жидкими, облегающими череп волосами. И смотрел на меня жутко выпученными глазами, и, то ли улыбался, то ли скалился.
 - Ты шутишь, Кельвин?
 - Какой к черту шучу, я как увидел, чуть не обосрался
 - Кельвин, мы за эти дни вымотались, толком еще не отдохнули и не отъелись и тебя от усталости здорово развезло. Ты пьян друг. Тебе мерещиться.
 - Да иди ты к черту, Хенк. Говорю тебе, там была человеческая рожа и она зырила на меня.
 - Иди проспись Кельвин.
 - Эта физиономия мне улыбалась.
 Кельвин был напуган.
 - Эй, кто здесь?!! Кто там прячется?!!  крикнул я в гущу леса.
Мне ответила тишина
 - Видишь, там никого нет. Это иллюзия.
 - Да какая на хрен иллюзия - Кельвин кричал. - Это был человек. Какой то ненормальный. Его взгляд был такой, ну такой, не как у нормальных людей. Он был страшным.
 - Послушай, послушай меня - взял я друга за плечи. - Мы очень вымотались, Мы пьяны. Воображение играет с нами злые шутки. Давай ляжем спать Кельвин. А утром, с трезвыми мозгами, при свете дня, мы посмеемся над этим случаем.
 - Это какой то псих.
 - Все, все, все, успокойся. Откуда здесь взяться психу.
 - Тихо! - произнес Кельвин. - Ты слышишь?
 - Что?
-В лесу какой то барабанный бой, отбивают какой то ритм. Это какая то странная ритмика.
 Я прислушался, ничего не услышал.
 - У тебя глюки. Успокойся.
 - Нет. Там бьют барабаны.
Я вновь прислушался и вновь ничего не услышал.
 - Ничего там нет.
 - Слышишь?
 - Да нет же.
 - Прекратилось - произнес Кельвин.
- Ложись спать.   
Кое как мне удалось, уговорить друга лечь спать. Мы залезли в палатку и некоторое время, еще поговорив о том странном явлении, все же сморившись от обильной еды и виски, уснули.
Я уснул, не смотря на опасность, что рядом с нами кто то есть. Но через какое то время меня разбудил Кельвин.
 - Хенк, Хенк, проснись.
 - Что опять.
 - Там кто то смеется.
 - Ооо - устав от его бредового расстройства, вызванного алкоголем, произнес я. - Не проспался, что ль.
 - Да нет, ты послушай.
 Я прислушался, ничего не услышал.
 - Ложись, досыпай - сказал я ему.
 - Тише, тише. Вот, вот - Кельвин поднял палец призывая меня к молчанию.
 И тут я ясно услышал, где то в далеке чей то смех. Смеялась женщина и смех был какой то безумный. Мы с другом вылезли из палатки. Костер еще не догорел. Но был уже не столь ярок. Взошла луна. При свете луны, темной стеной возвышался лес над пляжем. И вновь раздался смех. Смеялись в лесу.
 - Пойдем, глянем. - предложил я.
 - А может не надо - заробел Кельвин. - Это какой то странный смех. В таком месте и в такое время.
 - Попробуем расспросить - проигнорировал я его неуверенность.
Я взял из костра горящую палку. Святя горящей палкой перед собой, словно факелом, мы опасливо подошли к лесу. Вдруг смех в лесу прекратился и женский голос заговорил.
 - Передайте Габриэлю, что мне надоел весь этот детский сад. Слушать всю эту хрень мне опротивело.
 Мы с Кельвином от неожиданности и испуга присели.
 - О, Габриэль - продолжал тот же голос. - Когда же он наконец повзрослеет.
 Мы с Кельвином переглянулись. Идти дальше или не идти. Наконец, все же, робко вошли в глубь леса.
 - Этот мудак Гарри до меня домогался - продолжал женский голос. - Он такой назойливый, и такой противный. Мерзкий слизняк. О, Габриэль, забери меня от сюда.
  Мы шли через лес, на голос, осторожно раздвигая руками кусты. В свете горящей головешки, тени от веток, стволов и пеньков дергались во круг нас. Впереди темнота и этот леденящий душу голос и безумная речь.
 - Мне страшно, Хенк. - признался мой друг.
 - Ну, ну, Кельвин, это просто баба.
 - А вдруг это сирена Хенк, и она нас заманит и сожрет.
 Я посмотрел на Кельвина как на чудного.
 - Ну даже если и баба - согласился он. - Ты разве не слышишь. Она сумасшедшая.
 На секунду я встал в раздумье.
 - Пошли - все же произнес я.
 Мы, медленно двинулись в глубину леса.
 - О Габриэль - продолжал все тот же голос. - Я тут одна, абсолютно голая, в одних только валенках. Мне холодно. О, согрей меня Габриэль и забери меня от сюда.
Говорившая замолчала. Мы шли туда, где слышали голос.
 - Эй кто здесь- осмелился произнести я. И тогда говорившая стала смеяться. Ее безумный смех перерос в дикий хохот. Мы приостановились. Я вытянул руку с факелом в сторону доносившегося смеха, в надежде увидеть смеявшуюся, но смех доносился дальше того места куда достигал свет факела, будто смеялась темнота. Вместе с темнотой смеялись тени, дёргаясь вокруг нас.  Смех резко оборвался. Мы с другом, мягко ступая, осторожно двигались вперед.
 - Кто здесь - спросил я еще раз.
И тут из темноты вылезло на свет нечто человекообразное. То была девушка, но вид ее был страшен. Она была абсолютно голая и даже без валенок. Она была худощавой и тонкой. Длинные, спутанные волосы спускались вдоль тела до самого пояса. Взгляд ее был безумен, выражая чудовищный мир больной души. Под глазами ее были синяки, от чего глаза белели более страшно. Ее черные губы растянулись в зловещей улыбке обнажая неровные зубы.
- О Габриель - девушка бросилась на шею Кельвину, обхватив его руками и ногами. - Ты пришел.
Кельвин заорал, кружась вместе с сумасшедшей вокруг своей оси.
 - Слезь с меня, Уйди от меня на...
Девушка снова захохотала вися на Кельвине. Разжав худенькие ручки девушки, Кельвин сбросил ее с себя.
 -Бежим Хенк- крикнул Кельвин.
 И мы побежали сквозь лес обратно, в сторону палатки. Безумная бежала за нами, громко хохоча. Мы драпали,  насколько можно быстро, чтоб не упасть споткнувшись об лежащий ствол или пень, не обращая внимание на царапавшие нас кусты. Я освещал дорогу. Выбежав из леса мы встали как вкопанные. В свете луны и догорающего костра, мы увидели странную картину. Вокруг нашей палатки и вещей собралось около десятка человекообразных существ, преимущественно голых, но кое кто носил на себе нижнее белье или остатки одежды в виде лохмотьев. Мы замерли в ужасе перед такими гостями.

Случайно найденные записи некоего рыбака Хенка. 2

Костер разгорелся сильнее, видимо, незваные гости подкинули туда палок. Далее, кратко опишу собравшихся возле палатки у костра странных личностей. Ближе к нам сидела старуха со спутанными, седыми волосами и с импровизированной короной на голове. Корона состояла из перевязанной вокруг головы веревки и воткнутых под веревку веток и листьев. Корона на старухе была единственным предметом одежды. Старуха ругалась, обращаясь то ли к нам, то ли еще к кому то.
 - Нахаркали тут, обрыганы вонючие -   возмущалась она. - У себя в трущобах будете харкать и рыгать, а здесь, во дворце находитесь, в присутствии королевы. Извольте соблюдать этикет.
  Следующий, небритый, нечесаный странный тип, бегал, туда обратно, вдоль набегающих на песок волн, расставив руки в стороны, со свисающими предплечьями и как то по обезьяньи раскачивался. Он будто искал чего то и сам себя спрашивал
 - Где мои трусы, ыыы, где моя обувь.
 Некая, худая девушка, довольно симпатичная если бы не ее безумный, косоглазый взгляд, водила на поводке за шею, косматого, с отвисшим брюхом мужика, бегающего, как собака, на четвереньках. Девушка держала в руке тонкую ветку и похлестывала мужчину, когда тот пытался что то подобрать ртом с земли и приказывала.
 - Фу, Ромул.
Следующий тип, худой и косматый, с жиденькой бородкой, бегал трусцой вокруг костра, бил себя ладонями по щекам и приговаривал.
 - Ай больно, Ай б...ть. Хорош. Перестань.
 Другой чужак, с львиной гривой на голове, густой бородой, с каким то одержимым взглядом из под густых бровей, с большим пузом и на тонких ножках , стоял у костра и тонким голосом, подняв перед собой руку, пел.
 - Реквизитор, реквизитор, реквизиииитор.
 Остальные четверо, сидели у палатки и поедали наши запасы, открыв банки с консервами и раскрыв мешок с сухарями.
 - Хенк - коснулся моего плеча Кельвин. - Это кто такие?
 Я промолчал, не зная, что ответить.
 - Что делать то будем? - спросил Кельвин.
 - Надо отобрать у них запасы еды - ответил я. - Все сожрут.
 - Как мы у них отберем - продолжал задавать вопросы Кельвин. - Посмотри их сколько и они какие-то ненормальные.
  В этот момент, к нам сзади подкрался бегающий вдоль набегающих на берег волн человек, схватил Кельвина за плечо и развернул к себе.
 - Ты мои вещи спер? - спросил человек и со всего размаху ударил Кельвина в морду. - Руки тебе оторвать, гнида.
 Кельвин упал.
 В этот момент из леса выбежала преследующая нас девушка, и, схватив драчуна в объятья, закричала ему в ухо.
 - Чума, Чума, не бей его, это же Габриэль. Не ужели ты не узнал его.
 Пока девушка удерживала разбушевавшегося Чуму, Кельвин сел и затряс головой приходя в сознание. Видимо круто его приложили.
 - Клешни пообломаю - пытался вырваться Чума.
 - Ну ты что Чума, это же Габриэль - успокаивала его как ребенка девушка. - Глупый Чума.
 - Надо валить от сюда Хенк - придя в сознание заявил Кельвин. - И как можно быстрее.
 - Как ты? - спросил я о его состоянии.
 - Ничего, на несколько секунд потерялся.
 - Тогда так - помог я подняться держащемуся за набухший фингал под глазом Кельвину. - Сейчас проберемся к нашим вещам, схватим, что можно, особенно еду, и в лодку.
 - Да, да - одобрил мой план Кельвин.
 - Сперва берем мешки, и все туда кидаем. Затем уплываем.
 Мы стали пробираться к палатке.
 - Раз послали на ..., ну так туда и иди - продолжала ругаться старуха с короной. - От тебя воняет как от свиньи - говорила она кому то.
 - Реквизитор, реквизитор, реквизииитор - продолжал петь тот, что с большим животом и на тонких ножках.
 - Ай сука, ай б...ть. Хорош, ты чего - продолжал бить себя по щекам и сам же себя усмирять бегающий в медленном темпе, вокруг костра худой, косматый тип.
 Мы подошли к палатке ближе, потянулись за мешками, что бы сложить туда все что можно, как вдруг я почувствовал острую боль в ноге, в икроножной мышце и вскрикнул. Я обернулся и увидел, что сзади ко мне подкрался на четвереньках изображавший собаку человек на поводке и укусил меня.
 - Фу Ромул - оттащила его за веревку косоглазая девушка. - Нельзя.
 Ромул начал гавкать на меня.
 - Нельзя - сильно хлынула его по спине девушка.
 Ромул заскулил.
 - Чем то вы ему не понравились - сказала мне косоглазая девушка и повела Ромула прочь.
 Ромул по собачьи поднял ногу и пописал на наши вещи, прям на кисет с табаком. Пропал табак.
 В это время к Кельвину вновь подбежал Чума, замахнувшись на него.
 - Носки мои спер. Сучье вымя.
 Но в этот раз, девушка преследовавшая нас с Кельвином в лесу подоспела во время. Она успела схватить и удержать замахнувшуюся руку Чумы и, не смотря на свою хрупкую комплекцию, вытолкала драчуна в темноту, подальше от костра.
 - Не тронь Габриэля - кричала она ему в лицо. - Ты дурак Чума. Совсем свихнулся. Своих не узнаешь.
 В это время певец перестал петь и начал раскланиваться на все четыре стороны.
 - Всем спасибо - говорил он. - Не надо оваций.
 - Ты слышишь Хенк - схватил меня за руку Кельвин. - Бой барабанов доноситься из лесу. Это тот самый барабанный бой, который я слышал давеча.
 В этот раз, в создавшейся относительной тишине, я ясно услышал барабанную дробь. То была странная ритмика, сопровождавшаяся время от времени дикими завываниями. Все эти звуки доносились из леса и, кажется, приближались.
 - Пойдем собирать вещи и валим - шлепнул меня по спине Кельвин.
 Мы пробрались к еде и начали собирать еду во взятый Кельвином мешок, пока незваные гости все у нас не спороли.  Вдруг, один из тех, кто уписывал нашу еду, увидев меня, поднялся во весь свой гигантский рост в два метра и с распростертыми руками пошел на меня.
 - Федерико!!! - закричал гигант. - Ха,ха, наконец то это ты!!!Как ты нашел меня брат!!!   
 Я отстранился.
 - Ну ты чего Федерико, это же я, твой брат Луис.
 Здоровяк схватил меня в объятья, поднял и потряс.
 - О, сколько лет, сколько лет я ждал тебя Федерико. О, как я скучал по тебе.  И вот наконец то ты здесь.
 Луис поставил меня на ноги, и взяв мою голову в ладони, заглянул мне в лицо.
 - Я знал что ты найдешь меня Федерико. Я знал, что ты меня отыщешь. Я верил, что ты меня не бросишь одного. О, сколько лет, сколько лет я думал о тебе Федерико. Теперь мы всегда будем вместе - прижал мою голову к своему плечу здоровяк. - Последнее время ты часто снился мне, и я предчувствовал, что скоро увижу тебя. Например сегодня, мне снилось, как я катал тебя на шее, как в детстве. Это был знак. Это был вещий сон, который подсказывал мне, что ты найдешь меня, о Федерико. Подожди, подожди.
 Здоровяк отпустил мою голову и засуетился, словно пытался что то найти.
 - Здесь была фляжка с виски - произнес он. - Сейчас, сейчас я ее найду и мы с тобой выпьем за встречу. Давай же выпьем за встречу, брат.
 Здоровяк стал копошиться в вещах, ища виски.
 В это время, меня взял под руку певец, тот, что пел "реквизитор".
 - Разрешите представиться - сказал он, глядя на меня с безумным выражением глаз из под густых бровей. - Меня зовут Антонио Сперандо. Я драматург, актер, режиссер, артист больших и малых театров, оперный певец и первый голос Италии и Рима. Все они - певец обвел рукой вокруг, указывая на людей. - Мои ученики и поклонники. Завтра вечером, на лысой поляне, состоится мой концерт, где я под луной буду исполнять оперу великого оперного композитора Франческо Пауло Фра Анжелико под названием "репетитор". Пожалуйста приходите.
 Появился Кельвин.
 - Я все забрал, еду, рыболовные принадлежности, квадрант и прочее. На вот, возьми палатку - сунул он мне в руку смятую ткань.
 Сам он держал в руках мешок с едой и всем необходимым, а так же воду и удочки.
 - Уходим - кивнул он в направлении лодки.
 Мы развернулись уходить, и тут раздался вопль Кельвина. Я посмотрел на него и увидел, что тот тип, что бегал вокруг костра и бил себя по щекам, запрыгнул моему другу на спину и вцепился зубами ему в ухо сведя к переносице дикие глаза. Кельвин заорал, бросив вещи и пытаясь скинуть с себя нападавшего, в результате чего оба они упали. Нападавший, лежа с верху копошащегося под ним Кальвина, продолжал держать ухо моего товарища в зубах, тянув его на себя, пытаясь оторвать и при этом утробно порыкивал. Я пытался оттащить косматого, но тот оказался на редкость силен. Он рвал ухо Кельвина зубами и мотал головой как собака.
 - Мое ухо!!! Сними его с меня!!! - вопил Кельвин.
Я схватил горящую палку из костра и ткнул нападавшего в бок. Нападавший зарычал, отпустил моего друга и отполз на четвереньках, после чего развернулся ко мне лицом, выплюнул кусок уха и захохотал сатанинским смехом, уставясь на меня с выражением какого то безумного злорадства , после чего,  по собачьи уполз в темноту. Кельвин громко вопил, держась за ухо, вернее его половину, так как пол уха было откушено. Из темноты вновь донесся хохот.
- Покажи, что у тебя там - пытался я отвести руку Кельвина от раны.
Верхняя часть уха отсутствовала. Кельвин продолжал вопить. Но как только его вопль сменился более тихим всхлипыванием, со стороны леса вновь послышался бой барабанов, на этот раз совсем близко
 - Надо уходить - потянул я стоящего на коленях и всхлипывающего вперемешку с отборными ругательствами друга. - Пойдем Кельвин. Сюда еще идут.
 Из леса показались барабанщики, это были двое пузатых, кривоногих мужчин. Они били по барабанам стальными ложками, отбивая своеобразный ритм. Из одежды на них были только венки из листьев на голове. За барабанщиками шло человек пять, трое мужчин и двое женщин, абсолютно голых, разве что на голове одного из мужчин был повязан платок. Шедшие за барабанщиками дергались и кривлялись в такт барабанной ритмике. Их телодвижения были беспорядочными, дерганными, пугающими какой то безумной хаотичностью. Шествие подошло к костру и стало обходить его. Танцующие гримасничали, строили жуткие рожи и каждый раз, глядя на меня, выпучивали глаза и скалили зубы. В один момент, танцующие, все как один, жутко взвыли.
 - Пойдем Кельвин - тормошил я все еще державшегося за откушенное ухо и подвывающего друга. - Их становиться все больше, пойдем от сюда.
 Кельвин поднялся.
- Бери вещи - сказал я.
 Продолжая всхлипывать и ругаться, Кельвин все же взял вещи. Подняв с земли все, что было собранно, мы бросились к лодке. Закинув туда все, что унесли, мы толкнули шлюпку по песку к воде и запрыгнули в нее. Налегая на весла мы отплыли от берега. Мы видели, как вышедшие из леса люди, под барабаны, продолжали совершать свои странные телодвижения возле костра. К ним присоединился толстопузый певец. На тонких ножках он изображал странный танец. Мы уходили от острова, когда услышали крик с берега.
 - Федерико, Федерико!!! - кричал бросившийся за лодкой в воду, назвавшийся Луисом здоровяк. - Куда же ты брат. Зачем же ты уплываешь. Зачем бросаешь меня.
 Чем дальше мы уходили в море, тем сильнее нас качало на волнах.
 -  Забери меня с собой Федерико!!! Не бросай меня!!! - кричал человек, считавший меня своим братом. - Как же так. Как же так.
Мы с Кельвином, нажимая на весла, удалялись от него. Стоявший по пояс в воде здоровяк заплакал.

Случайно найденные записи некоего рыбака Хенка. 3

На следующий день нас с Кельвином подобрал шедший на парусах клипер. Нас вместе с лодкой подняли на борт. После того, как мы отдохнули, отоспались и судовой врач осмотрел наши раны, нас пригласил к себе капитан судна. Мы рассказали ему о всех наших злоключениях, о том, как гигантские волны швыряли нас словно щепку, как нас  выбросило на остров, о странных жителях этого острова и о том, какими неприятностями для нас обернулась встреча с ними. Мы назвали капитану координаты острова.
 Капитан с большим интересом выслушал наш рассказ. Он набил трубку, закурил и вот, что он нам рассказал в ответ.
 - Тот остров, куда вас забросило, называется "остров Элвиса"... Я сейчас, кое что расскажу о нем. Из порта в порт, по всему миру, ходил барк под названием "Царь ветров". Барк перевозил сумасшедших в клетках, завозя их в порты и устраивая из них представление. За определенную плату, жители портовых городов, могли посетить корабль и посмотреть на дураков. Сумасшедшие в клетках кривлялись, гримасничали, несли околесицу а так же выли, рычали, гавкали. Посетителям доставляло удовольствие, смотреть на это. За определенную плату сумасшедших можно было даже покормить, для чего имелись специальные большие ложки с длинной ручкой, так как кормить из рук не рекомендовалось, дураки могли укусить. Экипаж барка зарабатывал неплохие деньги на дураках, развозя этот человеческий зоопарк из города в город. Но грянул мировой кризис и люди стали беднее. Покупательская способность упала. Не каждый мог себе позволить развлечение поглазеть на душевнобольных. Посетителей человеческого зоопарка стало меньше, соответственно стало меньше и прибыли. Дураки перестали приносить доход. Содержать и кормить их стало в убыток. Тогда экипаж судна "Царь ветров" решил избавиться от сумасшедших. Дураков высадили на остров, под названием "остров Элвиса". Их, одного за другим,  перевозили с корабля на остров на лодках связанными, затем развязывали и отпускали. Перевезя всех, им оставили кое какие пожитки и бросили их на необитаемом острове обрекая на смерть. С этими сумасшедшими вам и "повезло" встретиться. Только вот что меня удивляет - капитан сделал паузу, очистил трубку и вновь набил табаком. - Меня удивляет то, что они еще живы.