Рассказ про Федора

     Много времени прошло с тех пор, как я молодым лейтенантом пришёл на работу в милицию оперуполномоченным в городе, расположенном на Волге, о чём когда-то уже писал. Но, несмотря на годы, события тех лет я помню так, будто произошли они только вчера.
    
     Из-за сложной оперативной обстановки мы часто работали в усиленном режиме, забывая о выходных днях и положенном отдыхе, что позволяло Отделу сохранять стабильные результаты по раскрытию преступлений, хотя это было непросто.

     Наш замполит, каждый раз подводя итоги работы Отдела, не без гордости говорил, что мы не можем работать плохо, поскольку мы -интернациональный коллектив, в котором трудятся представители тридцати с лишним национальностей, начиная с русских, украинцев, белорусов, татар, чувашей, удмуртов, коми и кончая другими представителями северных и центральных регионов России.  Но и это ещё не всё: в следственном отделе у нас работали два корейца, осетинка, а в уголовном розыске – молдаванин по имени Фёдор, о котором и будет мой рассказ.

     Такой состав Горотдела объяснялся спецификой нашего молодого, промышленного города, который привлекал молодёжь со всех концов страны. С тех пор мне по службе пришлось сменить немало мест и коллективов, но с полной ответственностью могу сказать, что первый был самым дружным и сплочённым.

     Так вот о Федоре: сразу скажу, он был всеобщим любимцем в коллективе, а поскольку его семья жила по соседству с моей, его уважали и жильцы нашего подъезда.

     Был Фёдор красив, как киноактёр, характер имел покладистый и дружелюбный, что не совсем увязывалось с его должностью старшего оперуполномоченного уголовного розыска и званием капитана милиции.

     В отличие от него, его жена работала в известной на всю страну орденоносной бригаде штукатуров-отделочников, в связи с чем внешность имела соответствующую – роста небольшого, крепкая, да и характер у неё был под стать профессии решительный.

     Как-то раз, были они у нас в гостях, и она с улыбкой рассказала, что однажды с мужем отправилась на рынок. Среди прочего они купили ведро картошки, которую взялся нести Фёдор. Тогда, как она вела за руку маленькую дочь, Фёдор с мученическим видом тащил авоську с картошкой, перекладывая её с одной руки на другую.

     Глядя на страдальческий вид мужа, Надежда, так звали жену Фёдора, решительно на одну руку посадила дочь, в другую взяла авоську с картошкой и, рассекая толпу, пока Фёдор с остальными покупками тащился сзади, вывела его из рыночной толчеи.

     В общем, вы уже поняли, что со своей женой жил Федор, как за каменной стеной, и был межу ними мир и согласие.

     Если говорить о нашем коллективе, то мы, несмотря на завал в работе, находили время и за грибами съездить, и в театре побывать, и в областных соревнованиях по стрельбе поучаствовать, ну и конечно же были у нас любители доброй шутки, героем которой однажды и стал наш Фёдор.

     А дело было так: как-то раз приехал к нам цирк. Организаторы установили шатёр чуть ли не в центре города, включили музыку и повалил к ним народ посмотреть на забавных клоунов и диковинных зверей.

     А наши шутники – тут как тут: состряпали липовое заявление, якобы от директора цирка, что сбежал у них верблюд по кличке Федя, и, дескать просит он его изловить. Однако, считает своим долгом предупредить, что при задержании следует проявить бдительность, поскольку верблюд плюётся.

     На заявлении от имени начальника, Фёдору написали строгую резолюцию, согласно которой требовалось ему принять незамедлительные меры по розыску верблюда в установленный законом срок. А для достоверности уговорили секретаршу штамп о регистрации заявления тиснуть.

     А дальше Фёдор получил это заявление, ознакомился с ним, и не видя подвоха, на всю канцелярию разразился бранью. Он бушевал, что шеф его не ценит, раз заставляет профессионального сыщика заниматься отловом верблюда.

     Шутники, организовавшие розыгрыш, начали понимать, что ситуация развивается не в том направлении, которое планировалось. Думали Фёдор, разоблачив подвох, посмеётся вместе со всеми, но не тут-то было. Он происходящее воспринял буквально, пытаясь прорваться в кабинет к начальнику.

     Бог знает, что он мог наговорить ему сгоряча, да и как сам начальник отреагировал бы на ситуацию! Наверное, мало не показалось бы всем, начиная от зачинщиков, и кончая секретаршей, поэтому срочно была создана группа реагирования, которая должна была повиниться перед Фёдором, рассказав ему о своём коварстве.

     Но случилось неожиданное: Фёдор не поверил в розыгрыш, продолжая считать, что шеф всерьёз хочет его отправить на поиски верблюда.

     И тут шутники стали понимать, что Фёдор и юмор – вещи несовместимые, что не мешало ему быть прекрасным сыщиком.

     Как дальше развивались события, кто перед Фёдором склонил повинную голову, мне не ведомо, потому что текущие дела потребовали моего присутствия, и я не был свидетелем окончания этой трагикомедии.