Политическая ситуация времен гуннов в Европе

    «…Минуло полгода со дня возвращения армии из Галлии. Аттила счел это время достаточным для отдыха: вожди получили новый приказ о сборе, но уже для похода на Рим. Запасы провианта, корма для лошадей, необходимое количество оружия, стрел для луков и прочее снаряжение для этого успели вновь приготовить.

    Могущество гуннов определялось не только силой и храбростью её воинов, но и способностью мастеров изготовлять качественное вооружение, запасами продовольствия и кормов для лошадей в количестве достаточном для ведения длительной войны с противником. Сложно говорить об экономическом состоянии государственных образований на удалении более полутора тысяч лет, но у гуннов оказалось достаточно средств и возможностей для проведения двух больших походов в течение одного года! А вот Аэцию собрать армию, способную вновь противостоять военной мощи Аттилы оказалось уже не под силу... Некогда могущественная Римская империя, вернее её западная часть оказалась беззащитной перед новой угрозой.

    Обойдя Альпы через владения венетов, войска гуннов вторглись в Северную Италию. Первой пала Аквилея - крупнейший город на Адриатическом побережье. Его жители, надеясь на прочность крепостных стен, оказались не готовы к противостоянию с грозным врагом, для которого преодоление защитных сооружений стало привычным делом. Удобное расположение города, казалось, делали его защищённым от вражеских нападений, так как большую часть крепостных стен окружало море, а с суши прикрывали быстрые воды горной реки Натиссы. Но это только казалось! Правда, осада крепости длилась довольно долго: потребовались осадные машины, камнеметные снаряжения и другие приспособления для преодоления сопротивления защитников. С помощью тяжелых таранных брёвен с металлическими наконечниками были разрушены каменные стены, а через пробитые бреши хлынули нападающие: город подвергся грабежам.
    Разорялись и окрестные села, жители которых в поисках спасения в страхе бежали на юг, на острова. Слухи о вторжении могущественного Аттилы быстро разлетелись по Италии и многие города ради сохранения жизни горожан без боя отдавались на милость победителей. Так сдались  Медиолан , Павия  и некоторые другие крепости на севере Италии. Преодолев одну из крупнейших в Италии реку По, армия гуннов двинулась дальше на юг. В Равенне возникла паника: император Валентиниан бежал в Рим, намериваясь в дальнейшем спрятаться где-нибудь в отдалённых провинциях или на островах. Становилось очевидной неспособность римлян к сопротивлению без поддержки германских дружин из Галлии, как было недавно на Каталунских полях.

    Узнав о бегстве императорского двора в Рим, Аттила не стал тратить усилий и времени на захват Равенны, тем более что болотистая местность её пригородов могла оказаться серьёзным препятствием для конницы. Он стремился как можно быстрее захватить Рим – колыбель Великой Римской империи, а потому предпочёл действовать решительно, не ввязываясь во второстепенные сражения! Только недалеко от Рима у реки на Амбулейском поле каган приказал остановиться для  подготовки к решающему броску. Но даже несколько дней, что войска провели на отдыхе, не шли на пользу армии: влажный климат Аппенин не благоприятствовал длительному пребыванию здесь воинов, более привычных к степям и лесам! Начались болезни, заметно снижавшие боевой дух.
    Аттила принимает решение немедленно приступить к взятию Рима, но утром на речной переправе появилось римское посольство, состоявшее преимущественно из монахов с крестами и хоругвями. Аттила велел оседлать коня и в окружении вождей стал ждать прибытия необычных посланников, приближавшихся с песнопениями и молебнами на латыни. Всё это, невзирая на покорность и смирение в глазах монахов, придавало процессии особую торжественность. Кагану впервые пришлось увидеть в таком количестве христианских священнослужителей! Но более всего удивился он обилию крестов в их руках и на знамёнах - весьма похожих на те, с которыми шли его воины… Он вопросительно взглянул на Муйнака, но тот лишь пожал плечами, так как сам не имел тому объяснения. Шагов за сто процессия остановилась, и рабы поставили на землю паланкин, из которого поднялся, вероятно, первосвященник в белоснежных одеяниях, расшитых золотом и головным убором с изображением креста. Из двух других паланкинов вышли знатные римлянина, судя по белым тогам с пурпурными полосами - римские патриции.

    Каган обратился с вопросом к германским вождям, так как понял, что Муйнак мало что может ему пояснить:
    - Кто во главе посольства?
    - Судя по всему, это римский епископ,  называемый папой, - ответил христианин Ардарих, лучше других осведомленный в церковной иерархии.
    - Почему пришёл он, а не сам римский император?
    - Трусливый Валентиниан никогда не решился бы на столь смелый поступок, - засмеялся вождь гепидов. - К тому же, император сегодня не обладает реальной властью в Западной империи, подобно той какая у  императора Восточной империи! Здесь большим авторитетом пользуется римский папа. Именно он участвует в решении многих государственных и житейских проблем.
    - Благодарю, дорогой Ардарих. Но кажется мне здесь другое, – будто себе  тихо сказал Аттила.
    - Ему известно, великий хан, что в наших рядах много христиан, тем самым, вероятно, надеется на определённую поддержку, - предположил один из вождей готов.         
    - У них в руках священные знаки гуннов! Почему?
    - Вряд ли они так считают, великий хан! Римляне думают, что это твои воины носят символы христианской веры, - возразил Орест, не вдаваясь в объяснение причин их схожести.

    Ахматнуров С.С. Аттила -повелитель гуннов. - М.: "Алгоритм", 2015 - С. 319 - 322.