Несостоявшийся детектив. Глава 5

Глава 5. ВЕЧЕРНИЕ РАЗВЛЕЧЕНИЯ

       Вернувшись с моря, Капиталине хотелось отдохнуть от своих  расслабившихся  подруг, и она не торопилась пойти на обед вместе с ними.
Свой подмокший, привычный головной убор она сняла и теперь вместе с мокрой босоножкой  пристроила на балконе для просушки.
Достала коробку со шляпками и, разложив их на кровати, стала думать, что из них наденет в варьете. Представила реакции подруг, когда увидят её наряд. Вспомнила слова бабушки, что любой женщине шляпка придаёт элегантность, а к даме вызывает уважение, помогает кокетству.   Она не раз повторяла понравившиеся ей  когда-то и где-то  прочитанные слова: « Кокетство не всегда средство завлекать, оно бывает и средством защиты ».
– Вот и защита моя, – рассуждала она, глядя в зеркало. –  Подчеркнёт мой возраст, чтобы ни у кого не возникло неоднозначных рассуждений  обо мне и о возможных дурных намерениях, – сделала вывод, прикладывая к голове маленькую шляпку, которую она берегла многие годы, с придуманным ей за форму интересным названием  – менингитка. Выбрать платье из двух нарядных, что привезла сюда, было намного легче.
Подбирая себе туалет для выхода «в люди», она всегда вспоминала свою бабушку, которая прививала вкус к элегантности ей, молоденькой учительнице, чтобы быть примером для учениц. Учила бабушка, что в наряде внимание надо сконцентрировать на какой-то определённой вещи, и любила цитировать Цицерона: « Бог наделил нас не знанием вещей, а умением пользоваться ими ».
         Для Капиталины самой было странно, что она редко вспоминает маму,  которая всегда была занята и на воспитание  дочери времени никогда не хватало. При желании узнать у мамы мнение или подсказку для решения её проблем, в ответ слышала: «Сама, сама…» или: «Пойди к бабушке…» Так для Капы бабушка – мать отца стала главным человеком в жизни, и её слова часто определяли поступки подрастающей внучки.
         Отца она помнила только по фотографиям. Его не стало, когда она была совсем маленькой. Знала, что он был на фронте, что потом был на какой-то руководящей работе. Говорили, что он был правильным человеком. Бабушка, вспоминая о нём, со вздохом говорила: « Почаще бы язык за зубами держал, то не оставил бы дочь в сиротах!» Подрастающей Капе, если у неё были проступки, расстраивающие бабушку, она говорила:
« Смотри, а то приедет за тобой «воронок»… Капа долго не могла понять, о каком «воронке» говорила бабушка, но боялась его. Домыслов об отце было много, а мать, выйдя замуж за другого и переехав в дом нового мужа, старалась с дочерью об отце не говорить.
  Капиталина достала из чемодана третью шляпку, повертела, сожалея, что надеть её здесь  уже не придётся. Из шляпки выпал свёрток, о котором она уже забыла. Развернула и улыбнулась. Взяла в руки белые кружевные перчатки, натянула на руки  и помахала себе в отражении зеркала.
– Нет, перчатки надевать не буду, – рассуждала она. – Будут мои фаворитки доставать своими насмешками, лучше не давать повода! А вот брошь будет к месту.
Она подняла выпавшую из свёртка брошь в ажурной серебряной оправе и с большим ярким сапфиром.
Дверь приоткрыла Тамара и, заглянув в комнату, удивленно спросила:
– Ты что на обед не идёшь? Мы с Ленкой уже отобедали, идём полежать, потом к вечеру будем собираться. Ты ж не опаздывай в столовую, а то будут со столов всё убирать, тебя не накормят…
       Перед предстоящим походом в варьете вместо ужина все выпили по чашке кофе и поспешили к такси.
Купить билеты на вход в зал и на представление оказалось  не просто. Отказываться от намеченного мероприятия не хотелось. Пришлось сначала уговаривать, а потом и  благодарить кассира определённой суммой, чтобы  получить желаемые билеты.   
  Столик, за которым получили места, был недалеко от сцены, и они предвкушали, с каким интересом будут смотреть обещанное афишей  зрелище. Сделали заказ на десерты. Пока ждали заказ, рассматривали посетителей.
  Для начала выяснили, что они самые возрастные в этом зале, и решили об этом не думать. Обратили внимание, что на них смотрят со стороны с интересом.
Елена, как всегда уверенная в правоте своих действий, смело оглядываясь на окружение, говорила:
– Совсем не обязательно выглядеть моложе. Достаточно выглядеть великолепно! А мы, девочки, такие и есть! Что на нас смотрят? Восторгаются нашим видом. Что им, девушки в легинсах больше нравятся?  Да не может быть! Женщина должна оставаться женщиной!
Сделав паузу:
  – О чём  сожалею, так  потанцевать не с кем!
  В зале большинство посетителей было парами. Были здесь  компании  только из мужчин и компании молодых дам, но подруги, по их собственному мнению, не вписывались ни в одно из этих обществ.
Совсем неожиданным стало для них появление рядом официанта с серебряным ведёрком, из которого торчала бутылка шампанского. Он поставил его на стол и сказал:
– Дамы, велено вам передать!
– От кого? – последовал в один голос изумлённый вопрос.
– Говорить не велено, – с этими словами официант удалился.
– Девочки, осторожно…Кто-то хочет нас споить, – предположила
 Тамара. 
– Было бы чего пугаться! – высказала своё мнение Елена.
– Я знаю, кто это прислал! – с уверенностью вдруг выпалила Капиталина. – Наши мужики на такое не способны… Во всяком случае, здесь  я таких не замечала. А вот грузины это могут. Уверена, что здесь Малхаз! Смотрите вокруг…увидите.  Ещё лучше, вообще не смотрите, не ищите ни ногами, ни глазами. Заказали десерт, попросим официанта принести бокалы, открыть бутылку и налить… Мы же дамы, сами наливать не будем!  За нами явно будут наблюдать. Мы должны себя вести так, чтоб не уронить достоинства! – последние слова она договорила с особым пафосом.
Только Елена хотела пригласить официанта, чтоб открыть бутылку и наполнить бокалы,  как увидели, что к ним подходит Малхаз.
– Вай, какая встреча! Какие дамы здесь, я в восторге!
– Так что, Малхаз, выпьем шампанского!  Мы имели счастье видеть, как ты красиво вчера  открыл бутылку, – Елена с улыбкой напомнила вечер в номере Капиталины и стаканы вместо бокалов. – Так ещё раз поухаживай за дамами! – с жеманностью  пригласила она мужчину к столу.– И я очень хочу танцевать. Ты не мог бы меня пригласить? Я очень старая для тебя? – она не унималась.
– Да нет, не старая! Интересная дама! Потанцуем!
  – Спасибо за шампанское! Давай тост говори!
  – Почему «спасибо»?
  – А шампанское? Ты нам передал? – удивилась Елена под изумлённые взгляды подруг. – Ладно, давайте выпьем, потом разберёмся! – предложила она, – а то всё выдохнется !
– Мы не знаем, кто  прислал нам шампанское, Капочка решила, что это ты сделал нам сюрприз, – подхватила Тамара. – И тут увидели  тебя! Я подумала: за то, что вчера нас покинул, решил откупиться…
– Нет, нет! Капочка  ошиблась! Лэны нет, решил сюда прийти, увидел вас…подошёл. Пойдём танцевать! – обратился к Елене, – а то скоро программа начнётся.
Довольная, что исполнится её желание, Елена подала руку Малхазу, и они вошли в круг к танцующим.
– Да, Ленка замужем и такая свободная, а мы – одиночки  и такие зажатые! Надо было бы наоборот! Почему, Капа, мужики к тебе липнут,  а ты теряешься, лишь бы поиграть.? Ты что, себя списала? В любом возрасте можно влюбиться, – делала свои выводы Тамара.
–Нет, Томик, – засмеялась Капа. – Просто мало быть молодой и модной, надо быть ещё мудрой и харизматичной. К тому же я безопасная. Им что надо?..  Могут мне душу со всеми своими тайнами  открыть и пойти к другой, зная, что я никому ничего не расскажу. Вы-то с Ленкой ещё не вошли в серию старушек, а мне осталось стараться не быть такой. И не понимаю, чего ты теряешься? Живи на полную катушку! Давай возраст «ягодки» перенесём с сорока пяти на шестьдесят. Посмотри на себя : красивая, ухоженная, свободная, самодостаточная… И на рынке невест не последняя! Подними глаза! Смотри, как Ленка мужчину обхаживает, хочет весело отдохнуть! А ты чего теряешься?!
– Стоит ли открывать глаза, если смотреть не на что! Зато ты не теряешься, – огрызнулась Тамара. – При твоих  годиках то  полковник, то Семён Яковлевич. Теперь вот шампанское  к столу. Скорее всего, я думаю, опять тебе внимание он оказал. Только жди, где здесь проявится! Теперь всё, что угодно, можно предположить…
– Что ж делать?! Такой вот  я уродилась,  – Капиталина засмеялась заразительно и так, что на неё  оглянулись мужчины за соседним столиком. На это  отреагировала и Тамара:
– Вот, что и следовало доказать!
– Да тише ты… А то мне иногда кажется, что мы ненормальные, – тут же снова, поймав на себе взгляды от соседнего столика, заключила Капиталина. –  Но  другим, вроде, уже не кажется! – И она, довольная собой, рассмеялась.
        Объявили начало представления. На сцену вышел кордебалет – девушки, похожие на танцовщиц «Мулен ружа», бойко исполняли канкан.
 Елена принимала их с улыбкой и восхищением, Тамара смотрела на всё с напряжением и  осуждением, и только Капиталина воспринимала все их танцы  с непоколебимым равнодушием:
– Пусть повертятся, и они будут старыми! Пусть попрыгают, пока ноги не болят.
Глядя на ритмичные, зажигающие движения танцовщиц, Елена тихонько пропела:
– Эх, какие наши годы… Есть и силушка, и дурь, – и понизив громкость, закончила, –  ежели прогноз погоды не сулит магнитных бурь!
– Не мешай смотреть! – урезонила её Тамара.
Номера менялись один за другим. Во время небольшого антракта оркестр заиграл танго. Малхаз снова пригласил  Елену, и она,  словно бабочка, вспорхнула со стула и поплыла в танце. Тамара посмотрела на неё осудительно, но и  к ней тоже подошёл мужчина и пригласил. Взглянув неуверенно, однако, видимо вспомнив наставления Капиталины, Тамара поднялась и подала мужчине руку.
« Были когда-то и мы рысаками, – оставшись за столом одной, улыбнулась про себя Капиталина, – смотрю на подруг…красавицы… Хотим хорошо провести время… – вздохнула, – жаль упускать…лишь бы здоровья хватило… »
  Дамы вернулись к столу, и только устроились, как на сцене началось представление. Под ностальгическую мелодию  на сцену вышел одетый во фрак молодой  мужчина спортивного телосложения и начал  двигаться в такт музыки, снимая с себя медленно один предмет одежды за другим, давая зрителям предвкушение чего-то необычного.
От удивления и неожиданности увиденного зрачки всех троих широко расширились:  они узнали в нём спасителя Капиной шляпки.
– Боже мой, как он красив!– прошептала Капиталина! – Вы видите?
– Нет, зрение совсем плохим стало, – засмеялась Елена, – надо бы пощупать…
– Фу ты…Тебе лишь ёрничать! Дома есть журавль, а тебя на синицу тянет!  – ответила с раздражением Капиталина, – мне- то хоть глазами можно порадоваться?! Вы не запомнили, как его зовут, когда объявляли?..
Номер продолжался, одежды на стриптизёре оставалось всё меньше, к нему тянулись из зала  руки разгулявшихся молодых дам. Он разрешал прикоснуться к себе и не запрещал им класть деньги под резинку плавок. 
Как- то незаметно для себя Капиталина  обратила внимание на то,  что он иногда смотрит в их сторону. Она улыбнулась  в ответ на пойманный взгляд. И он поклонился ей. Капиталина затрепетала. Его поклон заметили и подруги:
–  Опять ты у нас отличилась! Красавчика решила приманить, – наперебой стали подтрунивать над Капой.
По окончании программы снова заиграла музыка,  и начались танцы.
– Девчонки, я уже этого не выдержу, пойдём домой, – позвала она.
– Нет, Капочка, я остаюсь, меня Малхаз  проводит, – отказалась Елена.
– А я с Капой пойду! – поддержала Капиталину Тамара. 
  Только подошли они к выходу, как к ним подошёл уже переодетый стриптизёр:
– А что же вы уходите? Вам не понравилась программа? Когда я вас увидел в зале, подумал, какие же вы молодицы. Заметил ещё на пляже – задорные, смешливые. Такими и надо быть!
– Нам шампанское к столу кто-то прислал. Мы не знаем от кого. Случайно не Вы? – Капиталина решила выяснить неразгаданную загадку.
– А что, шампанское Вам понравилось?
– Просто было приятно, что нас решили порадовать вниманием. Только не знаем, как Вас зовут, чтобы поблагодарить. 
– Давайте знакомиться! – И с лёгким поклоном представился: – Георгий!
– Так вот, Георгий, большое спасибо сначала за спасение шляпки. Она мне очень дорога. – С удовольствием и немного жеманясь, растягивая слова, обратилась к нему Капиталина. – И за шампанское. Заставили нас поволноваться, от кого сюрприз. Очень приятно!
– Как было не обратить внимания, когда в зале присутствовали необычные для той ситуации очаровательные дамы ?! У Вас и сейчас, – обратился, поклонившись Капиталине, очаровательная шляпка. И брошь замечательная. Сразу понимаешь, что общаешься с элегантной и благородной  дамой.
Лицо Капиталины порозовело от удовольствия слышать  комплименты. И хотела она ещё поговорить с Георгием, однако Тамара прервала уже начавшую развиваться беседу, и после слов Капиталины « Это брошь бабушки…» обратилась к Георгию:
– Вы не поможете нам поймать такси? 
– Да я Вас на своей машине подвезу. Куда? – предложил Георгий.
– Санаторий «Морской»…
– Поехали!
– А Вас никто не будет ругать, что поздно?
– Нет. Я здесь на гастролях один.
– Так здесь девушек, женщин интересных много. Что ж Вы один?
– Я один, хочу  быть свободным. Моя работа  –   нервный стресс. Казалось бы, что можно привыкнуть, а не получается.  Да и деньжат не так много, как хотелось бы. К тому же, видишь потом лица  барышень, которые намедни мне в плавки деньги совали, так совсем становится неинтересным. Свяжи себя, тогда вопросы: что, куда, с кем… Поэтому мне общество таких дам, как Вы, больше нравится. К тому же вы похожи на питерских дам:   свободные, приятные. Кстати, ещё не сказали, как Вас зовут.
Ответила Тамара:
– Я Тамара, а вот Капиталина. Приятно, что познакомились с Вами. И ещё раз благодарим за шампанское.
– Разрешите проводить вас до корпуса! – услужливо предложил новый знакомый.
– Нет, нет, не стоит! – Тамара подхватила под руку Капиталину. – Вам всего доброго!
Попрощавшись с  Георгием, пожелав друг другу спокойной ночи, подруги разошлись по своим номерам.
Капиталина, войдя в комнату, устало опустилась на кровать . «Устала. И чего тебе, старушка, ещё надо?– обратилась она мысленно  к себе, – всё стараешься за молодыми успеть. Да, интересно… Да, приятно… И старички ещё липнут… Теперь хоть помечтать…А Георгий такой учтивый молодой человек… Хотел с нами поближе познакомиться…»
Слушая звуки, доносящиеся с улицы через открытое окно, вспоминала  себя молодой, и, сама не зная почему, ей опять вспомнился Андрей – деревенский агроном. Как – будто из другой жизни возвращался он в память много раз.   Может быть, думала она, Георгий  опять чем- то напомнил того. Только этот элегантный, предупредительный, а Андрей был увальнем, к обходительности не привыкший. За одно мгновение промелькнула у неё в мыслях вся последующая после отработки в деревне такая длинная прожитая жизнь. Она вздохнула: ведь давно  поняла, что был он надежным, а она потеряла его, и теперь  одна доживает свой век. И с иронией в свой же адрес заключила: есть, кого и что вспомнить…
Со вторым мужем Прохором Александровичем она познакомилась, придя к нему в райисполком на приём с просьбой о ремонте их квартиры. Он всё расспрашивал о ней, об её жизни, работе и обещал прислать комиссию для оценки состояния  жилья для проживания. Пригласил её ещё раз зайти к нему в кабинет за решением. Так завязалось знакомство.
Был он старше её намного, был вдовцом. Семья его погибла во время войны, и он, всячески проявляя почти отеческую  заботу о Капе, смог добиться её согласия на брак.
Её сын в то время  оканчивал школу, и Капа понимала, что её выбор на устройство семьи с обеспеченным служащим при её учительской зарплате, гарантирует, прежде всего, благополучие семьи. Бабушка, к тому времени, стала болезненной, требовались средства  на уход за ней, и с таким решением Капы бабушка согласилась.
Прохор Александрович  старался баловать свою Капочку. Частые поездки на элитные курорты, дорогие подарки, интересные встречи с известными людьми – всё устраивало её настолько, что она не задумывалась о любви. Ей казалось, что она любит его и заботилась о его здоровье. Но после его ухода из жизни, горевала недолго.
Ушёл он скоропостижно. Был заядлым охотником, и в период разрешения охоты рвался отправиться на охоту вместе с друзьями. Капа не возражала. Иногда привозил трофеи и предпочитал разделывать тушки сам.  Ей даже нравилось  слушать его истории и потом пересказывать их  подругам.
В одну из зимних охот на зайца он сидел с товарищем в стогу сена на поле в ожидании зверька, но резко встав с нацеленным ружьем, упал. Выстрелило не ружьё, а его сердце…   
– Не судьба!– заключила своё воспоминание.
Она лежала с открытыми глазами, задумавшись о жизни и наблюдая за световыми бликами, возникающими в окне  от фар, подъезжающих к санаторию машин, и за медленным движением луны, которая лишь немного была видна  сквозь окно.
Черная южная ночь с яркими звездами  была  над территорией санатория размыта огнями фонарей, и луна сквозь развесистые кроны  деревьев пробивалась сюда, чтобы далеко за полночь показать себя неспящим гостям, задерживающимся здесь ненадолго.      
     Номер Капиталины Илларионовны был на втором этаже, а подруги жили на третьем. Договорились, что они, спускаясь к завтраку, заходят за ней.
В назначенное время она  была уже готова к выходу и ждала свою «сладкую парочку». Но  они задерживались. Позвонила Тамаре:
– Девчонки, вы собрались? Я уже в коридоре. Вас жду.      
– Да Ленка что-то не спешит. По – моему с ней что-то произошло, – ответила Тамара.
–Так что ты не зайдёшь? – спросила Капиталина. И тут же добавила:
–Я иду к ней! И ты иди!
Номер  Елены был не заперт. Сама Елена  лежала на кровати с лицом, опухшим от слёз.
–Ленка, что произошло? Ты поздно вернулась? В историю попала?   Малхаз не проводил? – вопросы подруг сыпались один за другим.
– Девочки, он меня обманул, – сквозь слёзы протянула Елена…
– Как обманул ? – с усмешкой уточнила Капа. – Попользовал и бросил?
– Вот, именно, попользовал.  Он обманул меня, – опять повторила Елена. – Мы танцевали, потом он подсел за наш столик и сделал заказ – и вино, и десерт, и салат, и горячее… – её рассказ прерывали громкие всхлипывания. – Я ведь думала, что это он меня решил угостить. Сидели, болтали, танцевали.  Подумать не могла, чем это закончится. Он извинился и сказал, что на минуту подойдет к друзьям.  Ждала долго, а он не пришёл. Вот ведь гад, где-то, наверно, наблюдал, как мне пришлось за весь заказ расплачиваться.
– И много это? – поинтересовалась Тамара.
– Много…Почти на девять тысяч…Он же очень дорогой коньяк заказал!
– У тебя столько денег  было?.. – удивилась Капиталина.
– Да нет!.. Карточка с собой была!
  – Так вы что, весь коньяк выпили?
  –Да нет, не весь…Я бутылку забрала.
 –И что, ты её просто в руках несла?
  – Да, – через слёзы подтвердила Елена. И добавила, – потом на такси  ехала, а когда  в машину садилась, он по телефону позвонил. Я же, дура, ему свой номер дала. Так знаете, что он сказал?! Он сказал, что мы теперь квиты. Что я рассчиталась за вчерашний  вечер. Девочки, не деньги жалко… Себя жалко, что попалась так глупо…
– Зато натанцевалась,– съязвила Тамара, – с красивым, молодым. Хватит слёзы лить! Если встретим, делайте вид, что его не знаем! Покажем, что он последний жмот, а не мужик… Мы можем заплатить, и всё! И не жалко! Всё! Идём завтракать, а то нам ничего не останется. А вечером твой дорогой коньяк допьём! Деньги ещё есть?
– Уже мало, – вяло ответила Елена, и, вспоминая происшедшее, заключила, –  заблуждения радостны, истина страшна!
– Не могу поверить…А может, всё-таки, надо постараться его встретить, поговорить, чтобы он как-то возместил ущерб? Объясниться… – попробовала предложить Капиталина.
На что тут же получила иронический ответ:
– Нашла, с кем объясняться! Игнорируем!
Телефонный звонок на  мобильник Елены прервал их разговор.
– Девочки, это Иван, –  сообщила имя мужа, взглянув на экран. Не торопясь ответить, с испугом посмотрела на подруг. – Что ему скажу?
Вызов продолжался. Но, чтоб не быть услышанной на другом конце вызова, Тамара тихо спросила:
– Ленка, у тебя деньги ещё есть?
– Да говорю, что немного, – подтвердила ещё раз, –  А у вас есть, чтоб мне не просить?
– Есть, – в голос ответили обе. – Не проси! Обойдёмся!
– Извини, дорогой мой…долго не подходила…Душ после моря принимала. – С томностью сладким лепетом начала Елена разговор с супругом. – Да! У нас всё хорошо. Купаемся! Тебе девочки тоже шлют привет. У детей всё нормально?..  Не скучай! Целую, целую…