40. Осень моей любви

                Октябрь 1969 г.
                Практика в НИИ. Киностудия.

** 4 октября. Сб. Гарик с утра смотался в Горький. Я грущу в одиночестве. Другой на моём- то мес-те живо бы приклеился к деве, по крайней мере, не скучал бы. Татьяна не такая. Появились киношники и она пропадала с ними. Ну, аллах с ней, не стоит вспоминать. Мы разные люди, у нас разные идеалы. Наконец-то я с тобой согласен. Рада? Впервые сходил в плавательный бассейн. Понравилось. 50 метров, 4 трамплина (3, 5, 8 и 12 м). Решил, что обязательно буду туда ходить.
*** Каждый день подбиваю себя на разрыв, что ли? Фраза «Мы разные люди, у нас разные идеалы … я с тобой согласен» как бы кричит об этом. Об этом же и очередное НОП. **

* 4.10.69. НОП из Дзержинска.
Это письмо не будет начинаться обычным ЗДРАВСТВУЙ или СОЛНЫШКО. Моё солнышко зашло, растаяло в вечерней дымке. А может быть это было и не солнышко … видно выдумал я его, замечтавшись. Принял за солнышко гаснущий после первой любви уголёк… Даже в самом расцвете люб-ви нашей у тебя что-то было с Сашкой Чумазовым…
… странное и непонятное началось уже тогда. Беспричинные сомнения в моей любви, истерический невроз. О последнем говорят в тех случаях, когда чрезмерная яркость представлений об окружаю-щем, эмоциональная окраска переживаний преобладает над рассудочностью, нарушая тем самым соразмерность реакции человека на жизненные события. Болеют…люди с преобладанием образно-эмоционального мышления, отнесённые в своё время … И.П. Павловым к так называемому «художественному» типу нервно-психической деятельности. У этих людей в норме имеются черты исте-рического характера. Они бурно реагируют на окружающих, капризны, крикливы…всегда обнаруживается некоторая театральность, наигранность, человек как бы изображает придуманного им са-мим героя. Однако люди с истерическими чертами могут быть дисциплинированными, многие из них хорошо работают и нередко вызывают симпатию у окружающих, действительно становясь «центром общества» (агитбригада?). Но перечисленные особенности характера человека с «художественным» типом нервно-психической деятельности ещё не являются болезненными проявлениями.
*** Тут, думаю, я был неправ, но писал это, скорее всего, под впечатлением событий на  Ленинских горах (приезд друга Тани с родины), и вообще дальше я  «разбираю» Таню со ссылками на И.Павлова как тип человека с преобладанием образно-эмоционального мышления или с «художественным» типом нервно-психической деятельности на примере взаимоотношений с  агитбригадой, сожительницами по общежитию. Примеров маловато, прав ли я и где я всего этого начитался, сейчас не пом-ню. Скорее всего, пошёл в библиотеку, а там, как это часто со мной бывает, подходящая статья попалась.

Я никого и никогда не буду держать 2-мя руками, если буду любить. Любить и сковывать свободу любимого человека – у меня это не укладывается в голове, хотя иногда на словах я могу «брякнуть» иное. Может быть, отчаявшись, найду хорошую девчонку, которая сможет полюбить меня и, не любя, женюсь.
*** А ведь так и случилось почти через 3 года.

Вот тогда я смогу держать в руках её. Я это чувствую и знаю. Но ведь тогда все отношения будет пронизывать чувство превосходства, я не буду уважать в ней человека, потому что не будет любви. Вот так примерно, ко мне сейчас относится Таня – не любит. Что ж, её можно понять. А любила бы, не было бы всех этих актов издевательства (нервотрёпка с письмами и прочее), неуважения во мне человека.
*** Ну, это я лишнего тогда написал, надо было бы помягче всё оценивать, но и простительно мне, ранен был в самое сердце. Об этом дне 15.12.67. я писал в огромном НОП страниц на 16 в октябре 1969 года. Тогда я был на практике в Дзержинске и у меня было время подумать, а главное изло-жить на бумаге результаты этих раздумий.

Слишком много мной было сказано и тебе и в дневнике. В тот день (видимо случилась первая серьезная размолвка и были произнесены слова проклятия) ты сказала, что ненавидишь меня, что тебе про-тивно вспоминать о том, что я тебя целовал, обнимал, говорила, что я предатель и изменник и много другого. И всё это после того, как я вынул из конверта 5-6 фотографий. Интересно, что ты думаешь об этом сейчас.
*** Я готов повторить этот же вопрос почти через полсотни лет - Что Таня могла бы сказать об этом сейчас? Похоже, что именно после этих событий у нас получил право на жизнь процесс раскачивания качелей настроения, когда от любви до ненависти только один шаг, минута, час, день.

 … Много мы попортили крови друг другу, но больше ты мне, по крайней мере, на мне это сказалось сильней. Если то, что сможем оказаться вместе, реально, то только без всякого старого багажа. Не дай бог, если всё это повторится, да что там всё, даже малая толика меня и тебя не устроят. Боюсь жизни серой, скучной, но не ссорами же и обидами её красить. Если бы ты любила меня с самого начала крепко, то не было бы этих издержек. Сейчас ты боишься потерять меня, но лишь как запасной вариант (видишь, как я стал о тебе думать, себя вини) – не век же сидеть в девках, если никто стоящий не подвернётся, то ли просто оттого, что ты знаешь или предполагаешь, что со мной тебе будет хорошо (в том смысле, как это представляют большинство современных девушек и женщин) и ты только должна сказать в нужный момент – «Я, всё-таки, люблю тебя, Вовка!». Боюсь, что теперь это-то и надо доказать. А чем? Как?
Ну, а если все эти предположения неверны – извини, ты сильно и славно потрудилась для того, чтобы я стал думать о тебе хуже, чем оно есть на самом деле. В любом случае ты меня не любишь, а это…Что там говорить…
Ещё одна-две оплеухи вроде твоего последнего выступления с письмами и ты всё и навсегда испортишь
*** Кажется, я встал в горделивую позу и любуюсь собой? Но перед кем поза? Письмо не должно было быть отправлено изначально, это рассуждения с самим собой, хотя по форме в нём присутствует постоянное обращение к Тане. Но это уже другая Таня, не та, которую я любил, а та, в любви которой я к этому моменту сильно-сильно сомневаюсь, правильнее будет сказать, не верю. И даже если я ошибался, то при таком отношении к ней, подозревая её в неискренности, в нелюбви, истеричности и куче других обидных вещей, я сам, по сути, потерял право на её любовь. Но и всё ещё надеялся, вопреки всему. Клубок противоречий.

Терпеть подобное я могу, но уже не хочу. Я не железный. Ты убьёшь мою любовь, а, впрочем, без твоей она всё равно рано или поздно и сама умрёт. Не опоздай!
*** О каком опоздании идёт речь? Опять поза?  Но какая патетика!
Я весь перед тобой какой я есть. Всё ещё любящий тебя Вовка.

* 05.10.69.  Из НОП.
Я хорошо помню твои слова о том, что слово, данное мне здорово отличается от слова данного кому-то иному. Этим можно было бы гордиться, если бы оно было дороже для тебя, но ведь на деле оно просто обесценилось. Кто я для тебя сейчас, кем стала ты? Выводы можно сделать страшные. Получается, что «принадлежала» мне не любя, будучи равнодушной и далёкой по духу. Как ты могла? Ведь так не любя ты можешь с любым, ибо, чем отличается от меня он. Неужели всё это лишь голос плоти? А я мечтал видеть тебя чистой. Зачем я шёл навстречу тебе, когда ты (а не я) говорила – «Я хочу тебя». Я надеялся, что в тебе говорят остатки любви. Сейчас место надежды заступило страшное подозрение. Конечно же, ты будешь протестовать против всех этих «наветов», независимо от то-го так это или нет. Ну, а что ты скажешь на то, что боязнь потерять меня проистекает ещё и из твоей болезненной реакции на мнение окружающих (это я особенно ясно понял тогда, когда ты приводила доводы «за» и «против» поездки в Ачинск). Как будет выглядеть то, что ты бросила меня в глазах отца и матери, брата и Гали, их детей? Тебе ведь это не безразлично. Ты можешь рассердиться на меня за все эти дикие предположения, мало того, разозлиться, возненавидеть. Ты это можешь даже из-за пустяка, свидетельством тому это письмо… Я высказал всё, что думал, полнее сейчас не полу-чится. М.б. это письмо окончательно оттолкнёт тебя от меня, а м.б. ты поймёшь, насколько оно серьёзно, где я виноват – не обидишься (сама ведь ой как виновата), где прав – и согласишься. Если я и пошлю его, то с условием вернуть, а м.б. просто покажу когда-нибудь, это станет ясно, если я получу ответ на последнее своё письмо.
*** Ах, какое неразумное детство во всех этих словах, причем тут мнение окружающих, когда решается судьба. Хотя и его может быть не стоит игнорировать. А как Тане должно быть будет обидно читать это, если доведётся, конечно, будучи на восьмом десятке лет, когда вся жизнь в основном состоялась, а прошлое видится совсем в другом свете, ведь наверняка мне- то всё виделось в искаженном свете, во всяком случае, я мало чего понимал в том, что двигало ею в те молодые годы.

** 8 октября. Ср. Рано утром сюрприз преподнёс Валерка Муратов. Приехал в ДНИХТИ на 10 дней в командировку. Сразу же и поехали в НИИ.
Начал 7-ой лист «Установка в кабине, вид сверху». Дела идут быстро. Вечером бахнули по случаю приезда столичного гостя по «Столичной» - неплохая штука, если с закусью. Как то завтра? **

** 9 октября. Чт. После возлияния плохо спалось, но чертить мог. Кончил 7-ой лист и болтался. Не хотелось приниматься за новый. Вчера смотрел с Людой «Пятеро с неба» в полтиннике, а сегодня с Любой, Валерой и Гариком «Уличный регулировщик». **

** 10 октября. Пт. Начал переделывать роторный пресс. На хорошей бумаге с уменьшением числа позиций. Вечером в библ. и в баньку. Перед мытьём 79,1 кг, после- 78,6.  Игорь и Валера ночью едут в Москву. Игорь за пальто, Валера – к жене. Привезут 13-го мои фото и киноплёнки с Камчатки. **

** 11 октября. Сб. Утречком махнул в Горький. Тольки не было до 15-00. Прособирались и в Дз. Опять не поехали. Мне это положительно не нравится. Потом весь вечер проиграли в карты (я, Т., С. и её подруга Таня). На улице сильный ветер. Мой плащ уже не спасает, да и «без головы» не сладко. Простыл. Чихаю. **

** 12 октября. Вс. Утром получил от Мосиной письмо. Нормальное, только она опять не отвечает на вопросы (о Ковале, обо мне, Фроникуво и Камчатке). Это уже смахивает на избирательность. **
*** Вот и письмо есть, но опять ропщу. Не помню, что такое зашифровано под «Фроникуво».  Кажется, был некий Фролов – это «фро», но кто он и что такое «никуво»? Может быть НИ – это Николай, КУ и ВО – это Кучеров Володя. Пожалуй, моя догадка верна, это та парочка, за которых просила Таня и с которыми я был, пусть и в разных отрядах, на Камчатке.  А избирательность – это видимо, когда женщина слышит только то, что хочет, а отвечает только на те вопросы, ко-торые не создают проблем. Попробуй, ответь она неудачно на больной для меня вопрос о Ковале, опять ведь начнутся проблемы, а Таня, похоже, сама начала уставать от создаваемых самой же проблем. Гипотезы, вопросы, домыслы, а ответов нет и вряд ли уже будут.

** 13 октября. Пн. Рано утром приехал Гарик с Валерой. Плёнки он привёз. Из тех 6-ти, что сдавал он – одна оказалась цветной и неэкспонированной. Валера фотоплёнки не смог получить – закрыт был отдел. Сразу же на работу с Игорем. Валера лёг отсыпаться. Продолжаю работу над проектом. Достал ацетон, вечером буду клеить. **

** 14 октября. Вт. Впервые сходил на занятия киностудии при ДКХ. Руководит ею Михайлов Кон-стантин Иосифович. Смотрел там свои свежепроявленные пленки с Камчатки. Скверно. Много операторского и режиссерского брака. Начал монтаж с вырезания брака. А «Квант»  - хорошая штука. **

** 15 октября. Ср. Пресс окончен. Ура. Есть 8 листов. Вечером клеил плёнку по хронологии. Выкинул ещё 10-12 метров. От мамы письмо. Обещает после Ленинграда прибыть 17-19 октября ко мне. Буду ждать. **

** 16 октября. Чт. Доделал спецификацию к прессу и сачковал. Надоел мне этот пресс за 4 дня. Сегодня второй раз был в киностудии. Показывал уже кромсанный вариант фильма. Смотрится значительно лучше.
Ходим с ребятами и девчатами в кино, библиотеку и баню. Это, можно сказать, культурный досуг.
Делаю всё, чтобы дипломный проект выглядел солидно и весомо. И чтобы потом в Москве не доде-лывать и переделывать плоды дзержинской халтуры. **

** 20 октября. Пн. Объявился Китаев. Побеседовали вчера у нас в общежитии, а сегодня в ДНИХТИ о проекте. Вроде бы доволен. Вечером сорвались пораньше – аванс ведь (35 руб.) и на 5 часов я уже смотрел «В 12 часов придёт босс», а потом с девчонками фильм «Каждый вечер в 11». Оба фильма понравились. Давно нужен был такой романтико-мечтательный фильм как последний. Современный, молодёжный. **

** 21 октября. Вт. Татьяна «даёт прикурить» - не пишет. А для меня это как «лекарство от хорошего настроения». Как ни уговариваю себя успокоиться, забыть – не могу, слишком сильно люблю. Светка Фадеева говорит, что есть только одно лекарство – познакомиться с другой хорошей девчонкой и, как говорится, клин клином. Для меня ли этот рецепт? **

** 22 октября. Ср. Весь день печатал у Геныча, в 11 вернулся домой, а там и телеграмма от мамы. Сбегал на вокзал – будет завтра в 17-40. Завтра же поход с Шубиным на завод и зачёт по практике. **

** 23 октября. Чт. Завод посмотрели, зачёт сдали с большой пользой для себя. Я сорвался пораньше встречать маму. Есть письмо от Фартуха (отчим). Мамочка здесь. **

** 24 октября. Пт. С утра ходили по заводу, продуло меня насквозь – не заболеть бы. Сорвались с завода в 14-30, благо свободный выход. Студенты ведь. Вечером съездили с мамой к Фадеевым. Хотелось показать им своё кино, но они кинопроектор не достали и просто побеседовали о былом и грядущем.
Ходил вечером в баньку. Вес 78,6 кг. **

** 25 октября. Сб. С утра в Горький. Сначала на такси на Грузинскую, где жила 23 с лишним года назад мама, потом на Мытный рынок – где она работала, набережная, ул. Свердлова, центр.
Сильный ветер погнал нас в Дзержинск. А тут и Гарик подвёл – не передал Генке мою просьбу о проекторе, а главное, что даже не прореагировал на мои слова – «Что же ты так подвёл меня?», про-должал спокойно читать книгу. **
*** В этом он весь. Преимущественно спокоен, редко горячится, а тут, коль скоро виноват, так по нему лучше промолчать, а оправдываться – терять время, да и вероятность нарваться на скандал (не со мной) легче избежать.

** 26 октября. Вс. Утром проводил маму на «Буревестник» в 7-25. **

** 27 октября. Пн. Продолжаем ходить на завод. Питаемся по талонам спецпитания. Рано возвращаемся домой. **

** 28 октября. Вт. Сегодня первый день в цехе прессования. Ходили, смотрели. Игорёк быстро слинял домой, а я сидел над инструкциями. Стоят последние и довольно холодные дня октября. Сегодня долгожданное письмо от Мосиной. Ждал 19-го, а получил 28-го. Она упрекает меня в холодности (потрясающей) и чувствует, что к этому руку приложила Светлана.
*** А ведь угадала. Но, стоит обратить внимание, на то, что в записях она уже не ТАНЯ, не ТММ, а МОСИНА. Отчуждение?
А сама начинает письмо так же холодно. Ничего хорошего из этого не получится. Я же предупреждал её, что такие оплеухи с молчанием не должны повторяться, её – которая просила за это проще-ния. Как в известном анекдоте я скажу ей «Раз» ещё будет «Два» и «Всё, я так более не могу» Жаль, что я не смогу получить ответ на это письмо. Смотрел по телевизору «Сёстры», вот это любовь, жаль, что такое я вижу только в кинематографе. Меня же, того, кому везде и во всём везло, не считая мелочей, здесь постигла неудача. Она не для меня. Я слишком мелкая и серая пташка, а ей под стать какой-нибудь гигант.
*** Я с трудом понимаю записи этого дня. Они сумбурные, особенно начало. Что за анекдот? Конечно, вопрос отношений с Таней меня очень волновал и потому я ответил ей тогда немедленно, а про себя рассуждал и писал в дневнике о себе, как об обычно везучем человеке, которого лишь в люб-ви постигла неудача. Почему не могу получить ответ? Понятно, что уезжаю, но ведь ответ мог придти в Москву. Тогда в голову всё чаще стала приходить мысль – «Может быть просто эта нежная, красивая женщина судьбой предназначена не  мне (или я не для неё), может наше с ней счастье в том, чтобы существовать раздельно, вдали друг от друга?». Слова уничижения, - мелкий, серый, не гигант, - отражение тогдашних переживаний и осознания того, что я бессилен что-либо сделать. А ведь, пожалуй, нужны были жёсткая воля, решительность, напор. Но одновременно в голове крутилось – «Не моё это, я слишком мягок для таких движений, а значит, я лишь пожинал плоды своего характера, воспитания, нерешительности. Можно было бы рассуждать на эту тему много, но всё – поезд давно ушёл, прошлого не вернуть, и только желание знать причины поведения Тани, её шагов навстречу и откатов назад, заставляет меня писать эти комментарии. Есть и другое. Мои дети, внуки, которым в этом может быть какая-то наука, польза от знания ошибок отца и деда.

** 29 октября. Ср. Писал экономику и чуть рука не отсохла. Муторное дело. В 4-м часу пришёл домой и завалился спать. **

** 31 октября. Пт. Приехал Шубин. Бегает по институту. Я сходил на завод в последний раз, сдал допуск. Шубин отгрохал великолепнейший отзыв. Еще вчера вынесли чертежи и купили билеты на 211 поезд 0-30 – 6-40. Настроение приподнятое, хочется как мальчишке петь, прыгать, драться. Давно такого не было. Пришёл конец пребыванию в Д. В последний день октября с упакованными чертежами я отбыл в Москву.

Предстояла работа по оформлению пояснительной записки к дипломному проекту и его защита. Но основное уже было сделано во время практики.

* НОП – неотправленные письма или фрагменты из них, иногда я называл их в шутку «полусекретным архивом».
** - двумя звездочками отмечены начало и конец фрагмента из дневника этого периода.
*** - современные комментарии.