Необычная сказка

    
                                "Достанешь, кузнец, царицыны черевички, выйду за тебя замуж».
                «Ночь перед Рождеством»  Н.В. Гоголь


                В некотором царстве, в некотором государстве, но в самом обычном современном украинском  селе в наши дни, жил Иван. И вот пришла пора ему жениться. Много девчат на него заглядывались, но он не заглядывался ни на одну.

                Ему по душе была лишь одна Настенька, - ну очень была ему по душе! Настенька была необычная девушка: посмотрит тебе в глаза – её глаза мудрость излучают, а опустит глаза – глядя на неё невольно чувствуешь, что она – «кость от кости твоей», кровиночка твоя. Но вот беда: больные были ножки у Настеньки, совсем не хотели ходить – с детства. И невыносимо больно было Ивану от того, что она в колясочке, - такое сокровище, такая жемчужинка! Сердце Ивана рвалось на части от невозможности помочь Настеньке. Печалился сильно Иван, даже горевал, но не знал как своему горю помочь.

                И вот однажды пришла откуда-то к нему такая мысль: а что если на больные ножки Настеньки надеть черевички какого-нибудь святого человека, старца-то или старицы, тогда его Настенька вмиг станет здоровой. Вот было бы чудо! И стал Иван постепенно верить в это чудо, да так вскоре поверил, что оно перестало быть уже чудом, а стало его надеждой.
                Долго не решался Иван сказать о своей надежде Настеньке, но однажды решился, -
         - Я достану тебе Царицыны черевички, которые носит Сама Богородица. Ты наденешь их и исцелишься. А выйдешь тогда за меня замуж?

         - Что ты, Иван, такое говоришь! Какая из меня жена? – Настя опустила глаза и заплакала.

                Но где  взять Царицыны черевички?..  И решил Иван угодить Богу, угодить Самой Богородице.  Стал Иван долго и горячо молиться, но этого казалось ему недостаточным.  Он ушёл в один и монастырей и стал там послушником, а потом и монахом, да каким монахом – особенным! Необычным монахом! Он, на редкость, был простым, безхитростным. Он не умел тщеславиться и лукавить: ну впрямь как святитель Спридон, но только не в шапочке. О таких Иванах, за их простоту, на Руси говорили: «Иванушка дурачёк!» Но любит Бог таких простачков и всегда помогает им. И бесы знают цену таким Иванам и боятся их.

             И вот однажды горячё вспомнив о Настеньке, Иван приказал одному лукавому бесу везти себя на Святую Гору, к самой Царице Богородице. У подножия горы остановился бес, дальше идти побоялся. И пошёл Иван, тая надежду, на вершину горы к самой её Игуменье.
                Долго ли, коротко шёл Иван, но всю дорогу он явно чувствовал, что Сама Пречистая уже поджидает его. И вот они встретились на вершине горы. Величественно и смиренно стояла перед Иваном Царица Небесная. Иван упал на колени.

              - Встань, Иван!
              - Не встану, Царица! Ни за что не встану!
              - Встань! Говори зачем пришёл.

          Иван, приподняв голову, рассказал о своём наболевшем. А Та, едва улыбнувшись, отдала Ивану Свои черевички, оставшись стоять босой на вершине горы.

              - Отвези их своей Настеньке! Она у тебя хорошая! Ступай, Иван.

              Не поднимая глаз, непрестанно благодаря Бога и Царицу за милость, Иван быстро помчался к берегу. Но на берегу, когда Иван пытался оседлать лукавого беса, Пречистая Дева остановила его. Она сделала жест рукой и огненная колесница вмиг предстала пред Иваном. Иван впервые поднял глаза: на верху горы стояла Сама Богородица и благословляла его. Иван сел в колесницу и  та вмиг подняла его в облака.  Колесница мчалась по небу, а на вершине всё ещё стояла Хозяйка Горы и её взгляд простирался на всю вселенную.   

             Сказка эта необычная и закончилась она необычно. Не смогли Иван да Настя жить в браке, они решили вместе посвятить жизнь свою Богу. Иван ушёл на Афон, сейчас он инок в одном из его монастырей. А Настя оказалась в монастыре у подножия Афонского полуострова, где когда-то будет большая женская лавра (как в сказке!). Настя оказалась простой и безхитростной как и её Спиридонушка – только без шапочки, а молодая игуменья почувствовав в ней « что-то»,  стала звать Настю доченькой.

                Иногда, после вечерней службы, Настя любуется Царицыными черевичками и смотрит в сторону горы: надо бы как-то вернуть их своей Госпоже, ведь ножки у неё наверное мёрзнут. А ещё Настя часто с улыбкой вспоминает, что однажды обещалась Ивану, ведь это она ему с шуткой говорила: «Достанешь, Иван, Царицыны черевички, выйду за тебя замуж!» - Да не случилось…