Икона на ивушке

Первое свидание

Помню, как случайно познакомился с этим родником. Рыбачил на Жиздре со стороны Новикова поселка. Клева не было, и я заскучал. А на противоположный берег в том месте были перекинуты металлические трубы. По ним я легко пересек речку и оказался на широком заливном лугу. А вдали за ним виднелся совсем незнакомый лес, он показался загадочным и своей неизведанностью властно манил к себе.


Вот и опушка. Чудеса начались прямо «с порога». Из леса на луг спускалась тропа. Именно в этом месте, как будто специально для меня. Я ступил на эту узкую дорожку и оказался под ажурным хвойным шатром. Тропа ветвилась, но я не свернул вбок, а шел прямо и слегка на подъем, все более углубляясь в гущу леса. Вот новая развилка, предлагающая на выбор два направления. Я предпочел взять правее и вскоре увидел лужайку с небольшим кирпичным зданием, которое венчала, как старинный шлем, островерхая жестяная крыша с крестом. Это оказалась она, часовня на Святом колодце. Согласитесь, нечасто в лесу можно увидеть что-то подобное.


Половодье

Нынешний визит к часовне пришелся на середину апреля и совпал с порой бурного таяния зимних снежных запасов. Поля уже очистились, но в укромных лесных уголках еще сохранились поникшие сугробы, уже потерявшие свою привычную белизну. Жиздра возле Устов разливается широко, панорама реки впечатляет. Потому и задерживаются пешеходы на мостах, любуясь на движение воды, окидывая взглядом затопленные деревья, кустарники и, конечно, луга.


Левый берег здесь более пологий и разлив покрывает все пространство до самого сосняка на Халелёвке. Там вдали в утреннем небе видна кучка птиц, летящих над водой. Расстояние превратило их в темные точки, но охотничий глаз даже по характеру движения безошибочно определит: это табунок диких уток.


Ниже моста я знал одно примечательное местечко, где на северном склоне, амфитеатром отходящим от края поймы, надолго оставался последний снег. Хотелось заснять его на фото. В окружении полой воды и серого берега эта полоса-дуга должна выглядеть эффектно. На деле же оказалось, что весь живописный снег уже растаял, запечатлеть его последнее пятно не имело смысла.


Глянул на разлив и сразу забыл о неудаче. Там вдоль полузатопленных кустов ивняка к берегу бесшумно приближалась лодка с охотниками. Не спеша подхожу к самому урезу воды и терпеливо жду. Я уже достаточно наснимал половодку, но лодочка так оживляла пейзаж! Вот суденышко уже достаточно приблизилось и стало подворачивать боком.


Пора фотографировать, иначе уплывут. Однако стоило достать из кармана редакционный Canon, как с лодки послышалось странное предупреждение: «Уберите аппарат, а то можете его лишиться». «Ну, это навряд ли», - парировал я, направил объектив на строгих дяденек и сделал пару снимков. Лодка стала удаляться. Надеюсь, я не испортил им охоту.

Бабушка Паша

От реки я направился к Устовскому храму. Слышал, что возле него обустроили родник и сделали купальню. Действительность превзошла все ожидания: красиво очень. Рука потянулась к фотоаппарату. Это великолепие появилось не только благодаря стараниям церкви. Как выяснилось, необходимые средства внес благотворитель, пожелавший остаться неизвестным. Источник при храме освящен в честь великомученика целителя Пантелеймона.


Отца Сергия в храме не оказалось, он уехал за прихожанами. Зато на перекрестке в ожидании начала службы стояла группа женщин. К ним я и подошел, объяснил, что хочу побольше узнать о Святом колодце и часовне в лесу. Валентина Егоровна Дугина любезно согласилась проводить меня к своей матери, старожилу села, родившейся здесь же 85 лет назад.


Прасковья Григорьевна Терехова сидела в горнице и глядела на божий мир через окно с помидорной рассадой на подоконнике. Верно, не думала она, что мужичок, промелькнувший через двор, вознамерится сделать ее героем дня. Но поговорить ей хотелось, ведь за долгую жизнь столько всего было! Жаль, что больше выдалось испытаний и трудностей, нежели радостных моментов.


Рассказала бабушка о войне, о фашистской неволе, о том, как там, в Гродненской области, переболели они тифом. Ее отец Григорий Васильевич Гурганов воевал в то время на фронте, а вернувшись в Усты, разузнал адрес своих близких и поехал за ними в Белоруссию. С тех пор бабушка Паша снова живет в родных местах.


Я повернул разговор в сторону Святого колодца. Всю историю родника и часовни Прасковья Григорьевна, конечно, знать не могла: почти 40 лет не краеведением занималась, а работала дояркой, телятницей, в совхозной бригаде. Однако утверждает, что родник был там всегда, и часовня тоже. По крайней мере, она помнит ее с довоенной поры.


«Каждый год на Казанскую в Устах престольный праздник, и в лесу на Святом колодце совершается богослужение», – рассказывает бабушка. «Говорят, что на этом месте когда-то явилась икона Казанской Божией Матери. Не знаете, когда и кому?» Мой вопрос не поставил бабушку в тупик: «Так ведь давно это было, теперь уж никто и не знает. Слышала я, будто бы ивушка там стояла над водой и вот, однажды, на ней икона и объявилась».

Казанская часовня

Дальше мой путь лежал в лес. А по дороге вспоминались сведения, почерпнутые из интернета. Если им верить, то православная надкладезная часовня построена в лесу близ Устов в 1890 году. В 20 веке она по известным причинам обветшала. Восстановлена усердием настоятеля храма отца Николая Мурзакова и прихожан. Ежегодно 21 июля к часовне совершается крестный ход с водосвятным молебном.


Я не был здесь лет десять и сразу заметил изменения. Кирпичной кладки уже не видно, она закрыта штукатуркой и покрашена. Рядом – серый деревянный заборчик, который прикрывает купальню. Здание позапрошлого века преобразилось и продолжает радовать верующих.


Под сенью деревьев то тут, то там еще лежал снег. Но это нисколько не мешало зябликам и дроздам распевать свои песни. Причиной была, конечно же, весна. Но очень хотелось верить, что птицы рассказывают историю той самой ивушки из народного предания. Да, петь в таком месте – сам Бог велел.
2012 г.