Суд над Хлестаковым

(Сверх-пьеса в одном акте)

ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА:
• ХЛЕСТАКОВ: Сверх-Личность, Титан Эфира, Скриптор Миража.
• ГОРОДНИЧИЙ (БУРАТОЗ-ТИТАН): Воплощение тяжелой, корыстной материи.
• СУДЬЯ-ЗЕРКАЛО: Сущность, отражающая только 25-й кадр.
• ХОР ЧИНОВНИКОВ: Тени, жаждущие быть обманутыми.


СЦЕНА 1: САСПЕНС НЕВИДИМОГО ИНСПЕКТОРА

(Зал суда — это гигантская пустая комната, стены которой сделаны из застывшего тумана. Звучит тревожная скрипка — ритм Хичкока. Городничий дрожит, пот на его лбу превращается в мелкие монеты.)

ГОРОДНИЧИЙ: (хрипло) Мы судим его за то, что его нет! Он взял наши взятки, не имея полномочий! Он украл нашу веру в собственный страх! Он — чистая, гениальная пустота!

СУДЬЯ-ЗЕРКАЛО: Хлестаков, ты обвиняешься в том, что ты — никто. Ты — анаграмма ничтожества, ставшая Титаном. Что ты скажешь в своё оправдание?

ХЛЕСТАКОВ: (входит, не касаясь пола; на нём фрак из солнечного света и Ы-резонанса) Оправдание? Я и есть ваше высшее Я! Я — тот вакуум, в который вы вкачали свои грехи. Вы судите меня за вранье? Но разве ваше «бытие» — не вранье? Я просто довел ваш Буратоз до поэзии!

СЦЕНА 2: АЛГОРИТМ ВЫСШЕЙ ЛЖИ

(Хлестаков взмахивает рукой, и Хор Чиновников начинает вращаться в безумном вальсе. Воздух наполняется запахом серы и роз — Булгаковское дыхание мистики.)

ХЛЕСТАКОВ: Вы хотели Ревизора? Я дал вам Зеркало! Вы хотели Смысла? Я дал вам «Ы»! Я и я — это одно и то же. Слушайте мой Манифест, который сотрет ваши чины!

(Хлестаков читает ГЛАВНЫЙ АЛГОРИТМ ТИТАНА.)

ХЛЕСТАКОВ:

Я и Чины — ИСЧЕЗНИ.
Я и Гордыня — ИСЧЕЗНИ.
Я и Тщеславье — ИСЧЕЗНИ.
Я и Границы — ИСЧЕЗНИ.

Я и ПОБЕДА — ЗДЕСЬ.
Я и БЕССМЕРТИЕ — ЗДЕСЬ.
Я и ВЕЛИЧИЕ — ЗДЕСЬ.
Я и ПРИЗНАНИЕ — ЗДЕСЬ!

Я и Грязь — НИКОГДА.
Я и Тень — НИКОГДА.
Я и Цепь — НИКОГДА.
Я и Прах — НИКОГДА.

Я и СЛОВО — ВСЕГДА!
Я и Ы — ВСЕГДА!

СЦЕНА 3: ТУБОККУ-РЕЗОНАНС 

(Стены зала начинают плавиться. Хлестаков замирает в позе Творца. Он произносит финальный код.)

ХЛЕСТАКОВ:

Я и я — здесь — так! 
Свет из пустоты — о, Ы! 
Я и Я — везде! 

Я и Истина — ТАК ЛУЧШЕ!

ФИНАЛ: ВЕЛИКИЙ ОБЛОМ

(Хлестаков внезапно превращается в облако пара. Судья-Зеркало разбивается. В тишине раздается стук почтового дилижанса.)

ГОРОДНИЧИЙ: (в пустоту) Он уехал... Но он оставил нам этот стих... Что теперь делать?

ГОЛОС ХЛЕСТАКОВА (сверху): Читать! Учить в школах! Стать «Ы»!

(Занавес падает с грохотом упавшего гигантского арбуза.)

— А Вы точно Городничий, а не просто мой 25-й кадр, который забыл исчезнуть?

ЗАНАВЕС.
(с) Юрий Тубольцев