Служба

До чего же умильная мордашка у этого лемминга! Пушистый разноцветный мех, рыжий на грудке и по бокам, черные кожаные лапки-растопырки, любопытный живой нос и круглые ушки, слегка выглядывающие из меховой подушечки.

Слава присел совсем рядом, но ничего не изменилось. Казалось животные эти совсем не знают людей. Так впрочем оно и было. В кармане у него лежал сверток с хлебом и хороший кусок докторской колбасы. Он осторожно развернул бумагу, стараясь не шуршать, отломил краешек и бросил забавному зверьку. Предварительно обнюхав добычу, тот прижал ее лапами и принялся есть. Фуражка приземлилась сверху на лемминга. Ни звука!
- Эй, ты чего? Живой там?
Слава аккуратно приподнял головной убор. Лемминг как ни в чем не бывало грыз аппетитную корочку, не проявляя ни беспокойства, ни озабоченности происходящим.
- Ну ты жук! Вернее зверь! - восхитился молодой человек и пошел дальше, быстро догоняя сослуживцев, по мягкой и разноцветной летней тундре.

На днях Слава видел как лемминги беспорядочными рядами бежали к реке. То ли в поисках новой среды обитания, то ли объятые паникой, слепые в своем хаотичном движении, они падали и тонули. Следующие за ними напирали сзади, не меняя положения и скорости бега. Хотелось набрать в легкие воздуха и закричать на всю тундру: ребята! Вы куда, утонете же! Но разве остановишь криком этот движущийся поток.

- Прибавить шаг! - крикнул командир взвода, перекрывая хлюпанье болотной воды под сапогами.

Цепочка солдат вытянулась на дощатой дороге. Автоматы застучали о пряжки ремней, вещмешки качнулись за спинами. Кто-то негромко выругался, провалившись ногой между досок, кто-то молча подтянул ремень и ускорился.

А между тем по одиночке лемминги очень отважны и сообразительны, да и визжат при случае так пронзительно, что мелкие хищники сразу сбегают, услышав этот душераздирающий визг. Поохотиться на них есть немало желающих. Песцы, лисы, горностаи, ласки и волки  не упускают случая отведать мелкого зверька.

Да и  совы, поморники, сапсаны, кречеты, вороны, чайки постоянно наблюдают сверху, выискивая зазевавшегося лемминга среди травы.

Даже олени, особенно в голодные годы готовы прибавить плодовитого и довольно беззащитного зверька к своему рациону.

Растения в тундре расписным ковром тянутся до самого горизонта. На зеленом лиственном ковре расположены многочисленные фиалки, их бархатные листочки раздвигаются, давая место  бесконечному узору из розовых и желтых цветов рододендрона, То здесь то там выглядывают фиолетовые бутоны первоцвета, оценивая окружающую красоту. Мягким светом разливаются оранжевые головки сибирских роз.

Ягоды лопаются от спелости прямо под ногами: Голубика, брусника, клюква, смородина, черника, красными каплями растекаются по траве. Костяника, шиповник, морошка размазываются по сапогу. Можжевельник и даже малина! Как можно пройти мимо, не сорвав эту пряную и чуть кисленькую ягодку. Она сама падает в ладонь, не дожидаясь, когда до нее дотронутся: Съешь меня!

Дорога к стрельбищам выложена досками. Пушистый и разноцветный тундровый ковер очень обманчив. Садишься на него как на подушку, мягкую и манящую, и внезапно чувствуешь, как одежда наполняется прохладной, пронизывающей влагой.

Цель находится недалеко, около километра пешком. Вдалеке стоят фанерные мишени, перекошенные от дождей и ветра. Рядом - старый наблюдательный пункт из досок и брезента.

- К рубежу!

Линия двинулась по кочкам и мокрому мху. Под сапогами зачавкала вода. Вдалеке закричала птица.

Солдаты легли на землю. Перед глазами, трава, песок и подрагивающая мушка автомата.
Тишина.

- Огонь!

Тундра сразу заполнилась резкими очередями. Гильзы посыпались в траву. Пороховой дым смешался с запахом сырой земли и растений. Эхо прокатилось по бесконечному пространству.

Лемминги повыскакивали из своих убежищ. Тревожный писк разбавил эхо от выстрелов и несколько зверьков побежало в направлении противоположном шуму. Сородичей все прибавлялось и прибавлялось. Захваченные в врасплох, они  бросали свои повседневные занятия, недорытые норки, заботливо собранные припасы, больных и слабых сородичей и спасали жизнь, оглушенные и отупленные страхом.  Впереди шумела река, а они все бежали и бежали.

Слава поднялся с земли, отряхнул форму, снял с ближайшего куста ягодку-морошку и задумчиво потянулся. Под ложечкой засосало и заурчало. В казарме ждет обед. Еще один летний день в тундре близился к концу. Еще одна светлая полупрозрачная ночь. Служба идет…