Любовь бывает только раз

Ссылка на мою авторскую страницу Стихи.ру:
https://stihi.ru/avtor/muzyka82?ysclid=mp4az6r2h4536546416

Иногда думаешь: любовь была один раз, и всё. Как вспышка, после которой глаза долго не привыкают к темноте. Потом встречаешь строки Пушкина — «кто раз любил, уж не полюбит вновь», — и киваешь, будто поэт заглянул в твою собственную грудную клетку. А следом Есенин — «кто сгорел, того не подожжешь». И кажется, что точнее не скажешь. Что главная краска жизни уже потрачена, и всё остальное — лишь оттенки, слабее, бледнее.
Но если честно до конца — дело не в поэзии. Дело в том, что на моём сердце давно висит замок. Самый настоящий, тяжёлый, с секретом, который я сама же и забыла. Мозг сработал, как надёжный охранник: один раз подпустил слишком близко, обжёгся — и больше не рискует. Это не гордость, не принцип «никого не впущу». Это просто усталость. И инстинкт. Защитная реакция, которая когда-то спасла, а теперь потихоньку душит. Но я её понимаю. Она старалась, как могла.
Психологи сказали бы, что это гиперопекающая стратегия. Философы — что крепость охраняет не столько боль, сколько страх снова оказаться беззащитным. Мудрецы, пожалуй, спросили бы: а кто внутри этой крепости? Хозяин или всё ещё тот самый испуганный человек, которого однажды ранили?

Правильный вопрос. Но ответа на него нет быстрого.

Я заметила другое. Искать новую любовь, когда тебе плохо — бесполезно. Клин клином? Не работает. Сердце — не щепка, его не вышибают. Когда внутри война, всё, что входишь, превращается в поле боя. Нужно сначала научиться быть одной. Не в смысле «одиночество — это судьба», а в смысле — хорошо одной. Когда не надо заполнять пустоту чужим телом или чужими словами. Когда тишина не давит, а дышит с тобой в унисон.

Вот тогда, говорят, и приходит.

Я не знаю, придёт ли. Замок пока на месте. Но иногда, по ночам, мне кажется, что где-то в его механизме есть маленькая, едва заметная дверца. Не для того, чтобы её взломали. А для того, чтобы однажды я сама, без спешки, без надрыва, просто повернула ручку и выглянула наружу.

Не ради кого-то. Ради воздуха.

А там — будь что будет.